явно держит дистанцию. Со мной тоже попыталась. И сделала бы, если бы я позволил.
Сегодня пятница. Получается, в следующий раз мы увидимся в понедельник. Надо как-то пережить два дня. Почему она не приходит на прогулку в выходные? Впрочем, понятно, почему. С мужем дома сидит. Еще не хватало, чтобы этот дятел тоже сюда притащился. Это наш бульвар! Ловлю себя на жесткой ревности и офигеваю. Вот это я даю, уже присвоил женщину. Чужую, не мою. Быстро! Но кто мне запретит? Есть у меня одна черта, не очень удобная для окружающих. Если чувствую, что мое, ни за что не отдам. А с Даной я, кажется, еще в разбитом внедорожнике с дырой в груди это почувствовал.
Возвращаюсь домой и всю субботу занимаюсь делами. Бизнес не ждет. Пока валялся в больнице, персонал успел расслабиться и наворотить косяков. Быстро забыли мою жесткую руку. Но ничего, я напомню. Выходной-не выходной, пообщаться в мессенджерах и построить всех успеваю. И задания раздать вместе с разбором полетов. Тружусь до позднего вечера, потому что очень хочу другого. Дана — не такое уж часто встречающееся имя. Ее можно найти, запросив базы уволившихся за два последних года врачей. Найти и пробить всю информацию. Но я обещал ей не искать. И пока не собираюсь нарушать обещания.
В воскресенье в гости без приглашения заваливается Алекс. Опустошает мой бар и ржет над тем, как я нетерпеливо меряю шагами гостиную. Отпускает пошлые шутки и вдохновенно меня стебет. Я тоже умею портить настроение и перехожу к болезненной для него теме. Интересуюсь, нашел ли он тех, кто толкает в его клубе наркоту. Слышу в ответ, что уже дважды вычищали персонал, меняя полностью. Но пока безрезультатно. А потом отборную брань, обещание откопать гниду из-под земли и урыть собственными руками. В ответ Лекс тоже язвит. А точнее, спрашивает, что нарыли следаки о моей аварии? То, что это не случайность, нам уже известно. Трудно было не влететь в столб с подрезанными тормозами. Но на причины и возможных заказчиков пока не вышли.
В результате мы оба напиваемся, Алекс остается у меня ночевать. Просыпаемся поздно, и я быстро выпроваживаю его, взбодрив чашкой кофе. Уже у выхода звонит его телефон. Закрывая за другом дверь, слышу, как его голос становится вкрадчивым и чертовски соблазнительным. Все понятно — охмуряет очередную красотку. Можно даже не интересоваться, есть ли у нее муж. Почти сто процентов есть. А значит, снова буду лечить его разбитую рожу. Или расцарапанную, когда дурочка ему надоест, и он даст ей от ворот поворот.
Проводив Алекса, привожу себя в порядок. Пил я не так много. После травм мне пока нельзя уходить в загулы, как раньше. Впрочем, они и раньше случались редко. Не люблю терять контроль над ситуацией и собой. Но холодный душ и все нужные для быстрого похмелья процедуры выполняю. Сегодня я должен светить не помятой рожей, а чертовски обаятельной. Чтобы моя спасительница попалась на мою харизму, а не на жалость и желание меня лечить. Хватит, это у нас уже было. Ролевые игры доктор-пациент вряд ли Дану вдохновят.
Приезжаю на бульвар за полчаса до нужного времени и нетерпеливо прохаживаюсь по утоптанному снегу. Чувствую себя как школьник на первом свидании. Всерьез беспокоюсь, что девушка не придет. Но Дана появляется вовремя. Такая же, как и в прошлый раз. Настоящая и до невозможности сексуальная. Никаких шуб, высоченных каблуков и боевой раскраски выходящих на брачную тропу охотниц. Все тот же пуховик, угги и шапка с помпоном. Серьезный взгляд синих глаз. И легкая улыбка на таких соблазнительных для меня губах. Розовых и вкусных, без всякой липкой фигни. Жрать помаду, целуя женщин — то еще развлечение. Но они почему-то думают по-другому. Все они, кроме Даны.
Я чертовски рад ее приходу. Окрылен и воодушевлен. Чувствую себя в ударе и болтаю без умолку. И не сразу понимаю, что происходит что-то не то. Начинаю внимательнее наблюдать и наконец осознаю. Я лажаю! Действую по отработанной схеме. Охмуряю, как привык. Забыв, что передо мной совсем другая женщина. Даже близко непохожая на тех, кого можно такой дешевкой купить. И все, что работало до сих пор, ее только отталкивает. Моя спутница больше не улыбается. Хмурит брови, покусывает губы. И уже пару раз посмотрела на мобильник, проверяя время. Это полный провал!
Мысли мечутся, просчитывая варианты. Но все, что приходит в голову — банально до тошноты. Если я правильно догадался о ее достатке, Дану не впечатлить ничем, что можно купить за деньги. Не вскружить голову моей пресловутой харизмой. Не завоевать, прикидываясь властным самцом. Если отбросить все эти линялые маски, останусь лишь я сам, голый, такой как есть. И вот здесь мне становится неуютно. Что если такой, как есть, я вообще ее не заинтересую? Но выбора у меня нет. Никто не предоставит второй шанс. Если она сейчас уйдет, разочарованная мной, уверен, больше сюда не приедет.
Останавливаюсь, скидываю с себя привычные защиты циника и избалованного женским вниманием мужика. Практически бросаюсь в омут с головой и хрипло говорю:
— Дан, кажется, меня занесло. Прости и забудь все, что я тут наплел. Давай спишем на последствия травмы и начнем сначала. И вот что я предлагаю. Мы с тобой ничего друг о друге не знаем, кроме имен. Как случайные попутчики в дороге. А значит, можем общаться откровенно, без условностей. Что скажешь? Честно говоря, уже забыл как это бывает. Когда не надо думать, как выглядишь в чужих глазах. Даже с друзьями я не бываю до конца откровенным. Что уж говорить об остальных. Но с тобой хочу попробовать. Можешь спрашивать о чем угодно. Обещаю ответить честно. Не настаиваю, но был бы очень рад взаимности. Если затрону что-то слишком личное, просто скажи. Сразу заткнусь.
Глава 7 Дана
Я все-таки приезжаю на бульвар, хотя до последнего сомневаюсь, что поступаю правильно. Марк уже ждет, всем своим видом показывая, насколько рад моему появлению. Это, конечно, сильно греет женское самолюбие — понимать, что кто-то в тебе так заинтересован. Я давно подобного не испытывала. Не ощущала себя желанной женщиной. Той, что способна вскружить голову. Кажется, я себя такой вообще никогда не ощущала. А замуж вышла совсем по другим причинам, прагматичным и далеким от взрыва чувств.
Но уже через полчаса нашей прогулки начинаю жалеть, что приехала. Ощущение своей
