рубящих удара по правой руке противника. Порезы остались, но не более того.
Голем уже подошел слишком близко. Колин хотел отбежать подальше, но противник споткнулся, не дойдя до него всего пару шагов, упав лицом на землю. Как оказалось, причиной были два больших корня, обвивших ноги существа. Шейла не забыла о своем напарнике. Не теряя времени, мечник принялся рубить руки и ноги противника. Это заняло около минуты. Предположения Колина подтвердились: каждая часть тела после отсечения рассыпалась в горстку земли.
Обернувшись, он посмотрел, как идут дела у Шейлы. Та еле сдерживала натиск друида. Земля вокруг нее была перерыта. То тут, то там валялись кучи земли и корней. По-видимому, напарница успела отразить не одну атаку.
Колин решил теперь воспользоваться своим любимым метательным ножом, который уже не раз выручал его благодаря одному незатейливому секрету. Пока он пристраивал его в руке для удобного броска, Малькольм, вытянув руку ладонью вниз, заканчивал читать заклинание. Из земли, точно в раскрытую руку, вылезла палка, в диаметре она не превышала размера монеты. Маг метнул ее в Шейлу, словно копье. Та, выставив перед собой руку, прочла заклинание. Перед ней образовалась зеленая полусфера. Врезавшись в нее, палка распалась на сотни мелких щепок, которые продолжили свой путь, но уже внутри сферы. Шейла ничего уже не успевала сделать. Они прошили ее насквозь, не оставив живого места.
Колин видел это, но заглушил в себе чувства. Воспользовавшись моментом, он метнул нож. Тот попал врагу между лопаток. Как и в прошлый раз, тело Малькольма осыпалось землей, а он появился неподалеку.
– Ты настырный, – было заметно, что маг истратил почти всю энергию. Друида шатало, лицо стало бледным, а между фразами он делал значительные паузы. – Что смотришь, заметил? Но не переживай, сил тебя убить у меня хватит.
Проведя над землей круг, Малькольм начал произносить заклинание. Неожиданно он оборвался на полуслове. У него изо рта пошла пена, руки инстинктивно схватились за сердце. Ноги перестали держать, подкосившись, Малькольм рухнул на землю. Еще недолго он сопротивлялся, но вскоре его мучения прекратились. В лесу стало успокаивающе тихо, будто не было мгновение назад этого сражения.
Колин, прихрамывая на правую ногу, подошел к куче земли и достал из нее свой метательный нож. Смахнув с него остатки грязи, мечник провел пальцами по рунам, выбитым на металле. Давно один настырный продавец уговорили его купить этот нож, сказав, что благодаря неизвестным рунам любой, кого порежет его сталь, умрет от яда. Пусть стоил он дорого, Колин ни разу не пожалел о его приобретении.
Убрав нож обратно в сапог, наемник пошел к Шейле. Как ни странно, во время драки он лишь растянул связки на ноге, в основном отделавшись легкими синяками. Когда маг отшвырнул его в первый раз, мечник подумал, у него не останется ни одной целой косточки.
Шейла была мертва. Открытые глаза все еще выражали удивление от увиденного. Закрыв ей веки, Колин взял ее походную сумку, в которой находилась книга с заклинаниями. Оторвав от посоха шар, наемник бросил его в нее. Подойдя к Малькольму, он нашел у того книгу за поясом. А вот с посохом было сложнее. Если у Шейлы он состоял из двух частей, то тут представлял собой единую конструкцию. Подобрав его, мечник двинулся в обратную сторону, туда, откуда они пришли с Шейлой.
Элеонора предупредила: если Шейла не выживет, нужно забрать у нее посох с книгой. Аналогично поступить с вещами Малькольма. Колин сначала отказался все это брать, лишняя ноша будет только мешать, но глава ордена обещала заплатить по золотому за каждую вещь, а за такие деньги можно было помучиться.
* * *
Последнее, что запомнил Джеймс, это жгучая боль в груди. После чего все померкло, появилось ощущение легкости и даже воздушности. Будто птица, он парил в пустоте, только вот летел не вверх, а вниз. Это было похоже на падение в колодец. Кормик хотя ничего не видел, но ощущал вокруг себя круглые стены. Страха не было, присутствовало лишь чувство полной отстраненности от всего и спокойствие, такое, которое человек, не спавший несколько суток, испытывает, как только его голова касается подушки.
Внезапно что-то изменилось. Джеймс даже не сразу понял, что именно. Только через какое-то время пришло понимание. Падение прекратилось, тьма теперь не была такой непроглядной. Юноша лежал на мокрой траве. Да, именно на мокрой. Он ощущал это всем телом. Вокруг него все пространство было окутано плотным туманом, но благодаря ему стало возможным рассмотреть хоть что-то.
Вокруг сплошной стеной возвышался лес. Силуэты мощных дубов выглядели великанами. Их крон за туманом было не разглядеть, но и без него, Джеймс был в этом уверен, ему не удалось бы увидеть деревья целиком.
Подул легкий ветерок, от которого Кормик поежился. Его одежда пропиталась влагой, поэтому от ветра по телу пробегала инстинктивная дрожь. Где-то рядом хрустнула ветка, почти одновременно с этим справа раздалось зловещее рычание.
Джеймс подпрыгнул от страха. Он осмотрелся по сторонам, но ничего подозрительного не заметил. Потихоньку, шаг за шагом, юноша начал отходить в противоположную сторону от места, из которого доносились непонятные звуки.
Отойдя шагов на двадцать, Кормик решил ускориться и трусцой побежал вглубь леса. Его мысли занимали сплошные вопросы. Где он находится? Что это были за странные звуки? И почему на кофте нет никаких следов? Джеймс уже успел ее бегло осмотреть, на ней не было ни крови, ни ножевых порезов.
Беглец резко остановился. Ему только сейчас пришла в голову мысль осмотреть тело. Ведь юноша помнил, как его зарезали. Он до сих пор ощущал боль в ранах. Закатав одежду, Джеймс осмотрел места ран. На нем не было ни царапины.
Сзади раздался вой, теперь он стал угрожающим. От него у Кормика началась нервная дрожь. Ему вдруг стало очень страшно. Хотелось куда-нибудь убежать, скрыться, затаиться, лишь бы это нечто не смогло его найти.
Собравшись с духом, Джеймс возобновил свой бег. Передвигаться было тяжело, этому способствовала плохая видимость и выступающие отовсюду корни деревьев. Уже два раза позади него слышался этот непонятный вой, причем с каждым разом он был все ближе. Кормик уже не сомневался, охотятся именно за ним. Он почувствовал, что уже начинает выдыхаться. Дышать становилось все тяжелее, ноги, казалось, вот-вот отвалятся.
Из-за шума в ушах юноша не сразу смог услышать шум воды. Теперь он знал, куда ему необходимо было держать путь. Это был шанс для его выживания. Если Джеймсу удастся переплыть реку, он будет в безопасности.
На каждый
