Читаем без скачивания Мизери (пьеса Саймона Мура) - Саймон Мур

Ну, давай, Пол, соберись. Это же сумасшедшая… Она тебя погубит… Давай, давай, Пол.

Он сжимает губы, хватает колеса. Преодолевая боль, катится к двери и кричит, заставляя себя. Преодолев несколько метров, он совершенно обессилен.

Пол, давай… Один звонок по телефону и ты свободен…

Он предпринимает новое усилие, чтобы проехать сквозь дверной проем в коридор. Черный телефонный аппарат на другом конце холла. Он медленно катит коляску и, наконец, хватает трубку. Он слушает — ничего. Он проверяет кабель, подключение, бьет по клавише. Затем медленно переворачивает весь аппарат и видит, что внутри него ничего нет — просто пустая коробка.

О, Энни! Отлично придумано. Мертвый телефон, и никаких тебе проблем с оплатой этих чертовых счетов! Ну что, надо ползти назад. Ее может принести в любую минуту. (Но он передумывает и продолжает свой марафон.) Нужно только прихватить немножко наших любимых таблеточек от этой проклятой Поли. Энни, а ну-ка скажи — где мой Новрил, а? Куда ты его прячешь? Твоему любимому писателю он очень нужен…

Он скрывает в коридоре еще одну дверь и вкатывается в ванную, дыша при этом так, как будто взобрался на высокую гору. Нащупав выключатель, Пол зажигает свет.

Боже мой… Ах, ты моя пташка….

Маленькое помещение заполнено до отказа медикаментами. Это просто фармацевтический мини-склад. Он шарит глазами по полкам и, наконец, видит свои таблетки, но… они так высоко, что не дотянуться. Опираясь левой на ручку коляски, он изо всех сил пытается правой достать лекарства. Пальцы почти касаются пачки, но сил совсем нет, и он падает назад, с гримасой Поли и отчаяния.

Мне нужны мои таблетки!!! (Стиснув зубы и преодолевая адскую боль, он чуть ли не встает из кресла и все-таки дотягивается до своих таблеток, но схватив их, падает на пол и теряет сознание).

Пол распростерт на полу ванной комнаты. Затемнение. Вдали слышен звук вертолета. Он приближается и повисает прямо над домом. Пол очнулся от грохота, карабкается в кресло, a когда ему удается втащить себя в него, вертолет улетает. Пол обессилен. Издалека доносится звук подъезжающего автомобиля. Он останавливается у доме. Слышны шаги по снегу. Щелкают замки, открывается дверь. Пол судорожно вздрагивает, как будто его ударило током. Несколько мгновений он почти парализован, слушая, как Энни входит в дом.

Энни: Я привезла вашу бумагу. Надеюсь, мой дорогой, вы оцените это по достоинству.

Энни раздевается в прихожей, снимая куртку и ботинки. Когда она направляется в коридор, он успевает дотянуться до выключателя и погасить свет. Она идет к нему в комнату, но затем поворачивает и поднимается сначала наверх к себе.

(Поднимаясь.) Можете себе представить, Нэнси еще валялась в постели. Хотя я и не рассчитывала найти ее в церкви на коленях.

Пол, почти обезумевший от страха, едет на коляске по коридору, не забыв закрыть дверь ванной.

(Сверху.) Битых пять минут я барабанила в ее дверь, пока, наконец, эта красавица не спустилась вниз, полураздетая и, по-моему, полупьяная. Она обозвала меня сумасшедшей, но магазин все-таки открыла. Эта шлюха за пять долларов открыла бы и гроб своей собственной матери.

Пол вкатывается задним ходом в свою комнату и успевает закрыть дверь как раз в тот момент, когда Энни, надев шлепанцы, спускается вниз. Она входит в его комнату, заставая его отъезжающим от дверей.

Энни: Да вы весь в поту… Что вы делали? Пол задыхается и не знает, что сказать. Отвечайте! Что вы делали?

Пол (после паузы): Я…я… я… у меня были страшные боли. Как будто вы не знаете!

Энни (достает носовой платок и вытирает ему пот со лба). Было очень больно?

Пол: Я хотел перебраться опять в кровать, но не смог. На коляске мне, действительно больно…

Энни; Ну, и чья это вина?

Пол: Моя.

Энни: Я же вам говорила, что вы меня доведете. «Век живи, век учись», — так говорят? Вот и учитесь.

Пол: Я учусь.

Энни (смотрит на его руки): Что это вы так странно держите руки? (Он обнаруживает, что все еще сжимает в руках пачку с таблетками.) Я вас, кажется, о чем-то спросила.

Пол: (заикаясь): Энни, у меня, просто, лопается мочевой пузырь. Я терплю из последних сил. Я не хочу снова обмочиться, Энни…

Энни: Ах, вы бедняжка. Энни вам доставляет много неприятностей. Ух, злая Энни! Сейчас я вам принесу все, что нужно. И таблетки тоже.

Как только она выходит, он едет к кровати и прячет таблетки под матрац а затем быстро возвращается на прежнее место. Она приносит ему утку и таблетки. Он жадно глотает лекарство. Она подает ему утку.

Энни: Вам помочь?

Пол: Я справлюсь сам.

Он делает вместе с креслом пол-оборота от нее и берет стеклянный сосуд. Она делает вид, что отвернулась. Где-то наверху по радио слышен перезвон колоколов. Падает снег. Она стоит, улыбаясь, пока он испражняется. Медленно гасится свет.

Конец первого акта

Второй акт

Начало весны. Снега уже нет. Вид дома несколько преобразился. Стало заметно, что дерево эа окном охватывает своими ветвями всю стену и даже прорастает сквозь крышу. Оно напоминает некое чужеродное существо, гигантского паразита, облапившего дом и уже наполовину сросшегося с ним.

На дереве подвешен Большой уродливый пчелиный улей. Энни передвинула кровать Пола так, чтобы стол стоял у окна. Ему приходится сидеть спиной к двери, из-за чего он не замечает когда она тихо, как и подобает медсестре, входит в комнату.

Пол окреп и может передвигаться куда более уверенно. Он сидит в своем инвалидном кресле, держа несколько листков бумаги, и обращенный лицом к взволнованной Энни. Он начинает читать.

Пол: «Возвращение Мизери.» Глава первая: Возрождение. Рори Кэрмичел ввалился в просторную кухню своего загородного дома и бросил на старинный стоп связку фазанов, возвестив таким образом о своем прибытии. Он стянул с себя насквозь промокшую рубашку, беззаботно швырнул ее на пол и провел своими сильными пальцами по белокурым влажным волосам. Сверху из Большой гостиной лились нежные звуки Шопена, и, слушая их, он не заметил, как к каплям дождя, стекавшим по его щекам, примешались и слезы. Воспоминания о том, как близка была Мизери к смерти, нахлынули на него… Ее роды были продолжительными и очень сильными, и когда акушерка, принимавшая роды, крикнула, что нужно срочно бежать за врачом. Рори сразу понял — его возлюбленная на краю гибели… И сейчас, поднимаясь в гостиную и слыша доносившиеся из детской, крики своего сына, он в который раз тихо поблагодарил судьбу. Улыбка озарила его лицо, когда лучшая во всей Шотландии нянюшка Энни Уилкес запела шалунишке трогательную колыбельную песню…

Энни потупилась со смущением и гордостью.

Когда Рори вошел в залу, Мизери, сидевшая за роялем, вскочила и кинулась в его объятия. Вдыхая аромат ее каштановых волос, он прижимал ее к себе, как самую большую в мире драгоценность. Боже! Прибудь он с доктором той страшной ночью пятью минутами позже, и ничего этого могло не быть. Никакое переливание отданной тогда им для Мизери собственной крови, ее бы уже не спасло, даже если бы он отдал ее всю до последней капли. «Мой любимый, — сказала Мизери и»…

Энни: Прекратите, Пол.

Пол опускает рукопись.

Пол: Что случилось?

Энни: Вы же знаете, что.

Пол: Вам это не нравится?

Энни: Это все вранье. Нет, это написано прекрасно, но все равно — это полное вранье.

Пол (изумленно): Что вы имеете в виду?

Энни (отнимает у него рукопись). В книге «Дитя Мизери» Рори в конце бежит за врачом, это правда. Но доктор так и не приехал. Потому что лошадь Рори зацепилась подковой за ворота мистера Грегори, и он, слетев с нее, упал, сломал себе несколько ребер и всю ночь пролежал без сознания под дождем. ВРАЧ ТАК И НЕ ПРИЕХАЛ. Понимаете?

Пол: Я ничего не понимаю. Вы хотели получить вашу Мизери, и вы ее получили…

Энни: Дорогой мой, вы, наверное, меня за дурочку считаете! (Она трясет головой.)

Когда я была девочкой, я каждую субботу ходила в кино. Больше всего мне нравились приключенческие сериалы, и самым-самым любимым был про «Человека-ракету». Каждая серия всегда заканчивалась, когда герой находился в Большой опасности — то в падающем горящем самолете, то привязанный к бомбе, которая вот-вот взорвется, то в клетке с дикими зверями… И всегда на таких местах серия заканчивалась, и всю неделю все переживали; как же он спасется. И в следующую субботу вы вдруг видели, что в самолете, например, он находил под сидением парашют и в последний момент выпрыгивал. Это, может, было и нереалистично, но это МОГЛО БЫТЬ. Но однажды была серия, где враги запихнули человека — ракету в машину без тормозов. Они заварили все дверцы и пустили ее с горы под откос. Человек-ракета несся в этой машине и пытался тормозить, управлять или открыть двери. Вдруг перед ним возник обрыв, и стало ясно, что машина летит в пропасть… Господи, я еле удержалась на сидении! Я еле дожила до следующей субботы и прибежала за два часа до открытия кассы. Я не могла понять — как же он спасется?! Каждая серия начиналась с конца предыдущей. И тут тоже показывают, как он мчится в этой машине вниз, пытается тормозить, управлять… А потом, прежде чем машина полетела в пропасть. Ракета вдруг открыл дверь, и выбросился из машины на дорогу. Все дети визжали от восторга! А я была в ярости! Я орала, что это же не то, чем тогда кончилось! Вам что, всем память отшибло? Это же мерзкая ложь! Человек-ракета тогда не выбрался из машины, и Рори тогда не доскакал ни до какого доктора. Понятно?