Читаем без скачивания Божественное правосудие - Дэвид Бальдаччи

— Скажи хотя бы, кто ты и откуда.

— Дэнни… Дэнни Райкер, — нехотя выдавил он. — Довольны? А ваше имя?

— Бен, — ни секунды не колеблясь, ответил Стоун. Так звали его отца. — Так откуда ты, Дэнни Райкер?

— Дивайн, штат Виргиния. Маленький шахтерский городишко почти у самых врат ада.

— Далеко отсюда?

— До фига и больше.

Стоун снова вздохнул.

— И там твоя мама?

— Совершенно верно.

— Ты оставил ее в этой дыре совсем одну?

— Уж будьте уверены, она не одна.

— У тебя есть деньги добраться до дому?

— Возможно.

— Или все спустил в покер? Утверждали ведь, что ты мухлевал.

— Потому что совершенно играть не умеют! — С дерзкой ухмылкой парень глянул на главаря. — Правда, толстун?

— Куда ты ехал на этом поезде? — спросил Стоун.

— Туда, где нет угольных шахт.

— А ты работал на шахте?

Не отвечая, Дэнни огляделся.

— Есть хочу.

Он двинулся в сторону дешевой закусочной, видневшейся в квартале от станции. На фасаде красовалась гордая вывеска «РЕСТОРАН», составленная из неоновых букв. Светилась только последняя, и Стоун про себя окрестил забегаловку «У одинокой Эн».

Он оглянулся на Толстого и его побитое войско. Главарь держал в руке нож. Если оставить Дэнни одного, эти подонки наверняка с ним покончат. В свое время Стоун многих лишил жизни. Возможно, теперь стоит отойти от личных планов, чтобы спасти ее хоть одному.

Пока они ели за стойкой, Стоун периодически оглядывался через плечо на Толстого с дружками. Те сидели возле сортира, жрали гамбургеры с картошкой фри и бросали на них злобные взгляды поверх пивных кружек.

Когда Стоун собрался заплатить по счету, Дэнни, опередив его, бросил деньги на стойку и поднялся.

— Спасибо, что выручили. — Сейчас в голосе не было и следа рисовки.

— Ради Бога.

— Для старикана вы прекрасно деретесь.

Как ни странно, прозвучало это совсем не обидно.

— Может, я и не так стар, как ты думаешь. Просто у меня была трудная жизнь.

— Вам не позавидуешь.

— И что же делать?

— Продолжай катиться или помирай, как говаривал кто-то из великих.

«Неплохой жизненный совет. Сейчас я как раз перекати-поле».

Выйдя от «Одинокой Эн», они за дверью столкнулись с загородившим дорогу Толстым. За ним стояли двое подручных.

— И куда это мы намылились?

— Слушай, если хочешь, могу вправить тебе нос на место, — дружелюбно предложил Стоун.

— Еще раз подними на меня руку, сукин ты сын, и я тебя зарежу, — угрожающе махнул тот ножом.

Формально это был нож, но такой маленький, а парень обращался с ним так неловко, что Стоун с тревогой подумал: хорошо, что это ненастоящее оружие.

— Ладно. Тогда удачи.

Они с Дэнни двинулись мимо Толстого, когда тот замахнулся ножом.

И мгновение спустя рухнул на колени, держась за живот. Дэнни потер кулак и сверху вниз посмотрел на упавшего.

— Ну что, невкусно один на один, а, Толстый?

Толстый нанес Дэнни слабый удар ножом, лишь слегка задев колено. Дэнни собрался ударить еще раз, но передумал и просто оттолкнул от себя подонка.

— Лежачих не бьют, — улыбнулся он Стоуну. — Неспортивно.

Стоун остро глянул на двух приятелей Толстого, которые, похоже, никак не могли решить: драться им или драпать.

— Вы меня уже знаете, — сказал им Стоун. — Если через минуту не заберете своего дружка и не исчезнете раз и навсегда из моей жизни, я вас, уродов, отправлю в реанимацию.

Он нагнулся, поднял нож и незаметным движением кисти легко метнул его на десять футов. Нож глубоко вонзился в деревянный фасад закусочной. Секунду спустя закадычные дружки, подхватив Толстого под руки, во всю прыть улепетывали прочь.

Раскрыв рот, Дэнни глядел на нож, вошедший в доску по самую рукоять. Затем, расшатав, вытащил его и бросил в урну.

— Где вы так научились?

— В летнем лагере. Ну и что ты надумал, Дэнни? Домой подлечиться или дальше играть в салочки с ублюдками?

— Домой. Дня на два… не больше.

— Отличная идея.

— А вы?

— Приземлюсь где-нибудь на ночь. Дождусь следующего поезда на юг. Устал я от этого холода.

«И просто устал».

Они зашагали по улице.

— Я не мухлевал в карты.

— Верю.

— С чего бы это?

— По-моему, ты не настолько глуп, чтобы жульничать, играя один против троих… А как ты доберешься до Дивайна? Поезда туда ходят?

Дэнни расхохотался.

— В наш замечательный Дивайн, черт возьми, ничего не ходит! Далеко в стороне есть автобусный маршрут. Оттуда пешком или автостопом. Ну да мне не впервой.

И тут краем глаза Стоун заметил черный седан, медленно кативший по улице. Вот он остановился рядом с полицейской машиной, водитель опустил стекло и стал о чем-то беседовать с копом. Взгляд Стоуна упал на государственный номерной знак.

«Машина ФБР? Здесь? Проводник что-то заподозрил и сообщил куда следует?»

Стоун обратился к Дэнни:

— Дивайн ведь довольно изолированное место?

Дэнни перевел взгляд с машин на Стоуна.

— Изолированное? Мягко сказано! Дивайн такое место, в которое трудно попасть, но из которого еще труднее вырваться.

— Вот и отлично.

— Не понял…

— Поехали.

— Вы шутите? Говорю же — это чертова дыра.

— Да вряд ли, Дэнни.

— А вы что, специалист по всяким адским местам?

«Конечно. Я побывал в настоящем аду, сынок. Правда, не виргинском».

ГЛАВА 9

Джо Нокс сел в «ровер» и, погруженный в раздумья, потихоньку поехал домой. Он изучил все, до последнего клочка, документы из металлического ящика, и буквально в каждом из них содержались потрясающие открытия. Но хотя общая сумма данных была значительной, следственных версий, вытекающих из сведений секретного характера, оказалось не так уж и много. ЦРУ всегда умело мастерски скрывать свои операции, а в данном случае вообще превзошло само себя. И все-таки Нокс сумел собрать разрозненные кусочки в единое целое.

Мотив, по которому дом Грея полгода назад взорвали, скорее всего был обусловлен несанкционированной операцией ЦРУ в Советском Союзе еще в восьмидесятых годах прошлого столетия. Взаимосвязь просматривалась вполне четко. Одна страничка из ящика ошеломила даже видавшего виды ветерана Нокса. Совершенно очевидно, что в недостроенном туристическом центре Капитолия примерно в то время, когда взорвали дом Грея, произошла интенсивная вооруженная перестрелка. Погибло энное число спецназовцев ЦРУ, а истинные причины их смерти были скрыты от общественности очень эффективной машиной дезинформации. Похоже, за операцией стоял Грей, в то время формально уволенный с государственной службы. Кто перебил агентов и в первую очередь почему они все там оказались, осталось загадкой.

«Перестрелка внутри Капитолия? Грей, должно быть, сошел с ума».

В досье было указание на то, что у Грея состоялась встреча с действующим директором ЦРУ. Этого человека Нокс считал бесполезным политическим назначенцем, который хоть и начинал свою карьеру в управлении, но в последующие годы трудился на благо страны в конгрессе. Ноксу вряд ли удастся с ним встретиться. Маклин Хейес дал понять, что в управлении нет единого мнения на то, как продолжать расследование этого дела. Или не продолжать…

Грей был удостоен и тайной аудиенции у президента в Кемп-Дэвиде. Скорее всего эту информацию Маклин Хейес получил, сам того не ожидая. Нокс отдавал себе отчет, что вероятность опросить президента Соединенных Штатов равна вероятности самопроизвольного возгорания во время проливного дождя.

Одна из наиболее интересных порций информации, которую он выудил из досье, касалась расформированного подразделения ЦРУ «Тройная шестерка», или «войск политической дестабилизации», как неофициально прозвали его рядовые цэрэушники. Менее изящный термин: «правительственные киллеры». Подразделение «Тройная шестерка» было одной из самых оберегаемых тайн ЦРУ. Ведь официально ЦРУ никого не убивало и не лишало свободы. Вдобавок к этому не лгало, не мошенничало и не крало.

К сожалению, ополчившаяся на управление пресса все чаще стала публиковать возмущающие общественность разоблачения. Нокса никогда не прельщала эта сторона деятельности ЦРУ. Что греха таить, в интересах США действительно лучше бы видеть некоторых деятелей в гробу. Тем не менее Нокс был убежден, что разведке следует заниматься сбором информации, а не санкционированными ликвидациями и пытками.

Грей, очевидно, пришел к выводу, что несколько отставных киллеров из «Тройной шестерки» были убиты. Были ли эти смерти связаны с несанкционированной операцией в бывшем Советском Союзе, выяснить не удалось. Согласно показаниям одного из телохранителей Грея, в тот самый вечер, когда взорвали дом, бывший шеф разведки встречался там с одним человеком. Этот мужчина работал на одном из вашингтонских кладбищ и был допрошен ФБР в связи с предполагаемым убийством Грея. Именно он первым — как намекнул Маклин Хейес — предположил, что диверсант, взорвавший дом Грея, мог прыгнуть с обрыва в Чесапикский залив.