К счастью после этих событий Глеб стал теплее и более раскрепощённый. Ему казалось, что заступившись за меня на набережной он мог теперь себя вести более дерзко.
— Дикая кошечка. — прошептала он мне на ухо, притягивая к себе и целуя. Так пылко и нежно, зажимая ладонями мое лицо. Глеб так сладко пах, очень соблазнительно. Вот только…
Ничего… Я ничего больше не чувствовала, когда он прикасался ко мне. Где-то на подсознании я обвиняла его, что он позволил сотворить такое, оказался слаб и не смог защитить. Смотрела в его красивое лицо и видела юного мальчишку, который слишком медленно все делал. Его нерешительность погубила меня. Если бы он не оставил меня в баре, мужчина не пристал бы ко мне.
Отвечаю на поцелуй Глеба ради интереса и чтобы не вызвать подозрений. Приятно, но не более того. Он не такой напористый и дикий, нежный и внимательный. Целуясь с ним, не чувствую как в моем животе начинают порхать бабочки. Эйфория не охватывает все мое тело, поцелуй не возбуждает меня. Это неправильно, наверное, стоит прекратить все это…
Целуя его так и вижу зеленые глаза перед лицом. Чеширский кот довольно улыбается. Он рад, что его шлюха теперь испорчена.
СТОП. У Глеба карие глаза. Испуганно отстраняюсь от раскрасневшегося друга, делая несколько шагов назад. Сердце бьется, как сумасшедшее. Даже прикладываю руку к груди, чтобы успокоиться.
Это просто стресс. Мне нужно время.
— Я так давно ждал нашего поцелуя. — говорит Глеб, неловко улыбаясь. Светлая прядь, обычно зачесанных назад волос, выбилась и теперь спадала ему на глаза. Он смотрел на меня с такой нежностью. Мой Глеб. Мне же нравилось быть с ним. Даже сейчас смотрю на него и отмечаю, как он красив.
Но целуюсь с ним и вспоминаю, как в мой рот проникал настырный язык другого мужчины. Он не целовал меня — трахал, имел, потом точно также отымел членом. Его яйца шлепали по моему подбородку, который теперь Глеб придерживает во время поцелуя, еле касаясь с такой нежностью.
Меня всю передергивает. Ненавижу себя за то, что не лгу. Проклинаю себя на за содеянное, а что обманываю хорошего парня. Что я делаю?
— Я тоже. — честно говорю я, но упускаю момент, что мое блаженство больше связано со свершением долгожданного, а не самим поцелуем. Возможно, сказывается стресс. — Просто…
— Это твой первый поцелуй? — он снова подходит ко мне вплотную, прижимает к себе. Мы стоим у бассейна совсем одни. Обстановка невероятно романтичная, все располагает к чему-то особенному, но я не решаюсь и двинуться. Не могу сказать, что нет, не первый. Но как бы мне хотелось, чтобы это было не так.
Лиза с Игнатом пошли в бар, заказать коктейли, но их подозрительно долго нет. Подруга перенесла наше приключение намного легче, чем я. Оно никак не сказалось на ее отношениях с Игнатом, она оставалась все такой же веселой и ласковой. Лиза постоянно мечтательно улыбалась, я же растеряла все своё очарование и шаловство.
То, как часто она стала пропадать из номера, говорило мне, что их отношения наоборот пошли на сближение. Но она ничего не рассказывала мне, а я и не спрашивала. Мы не отдалились, нет, просто каждая из нас переживала произошедшее по своему.
Я же, как дикий зверёныш, шарахалась от Глеба. Старалась избегать его прикосновений, находила поводы увильнуть от его компании. Чем больше я от него шарахалась, тем сильнее его ко мне тянуло. И это раздражало. Я так долго ждала от него напористых действий! И тут, когда мне понадобилось побыть наедине со своими мыслями, он стал просто великим соблазнителем?
К моему счастью эту романтическую паузу заполняет пьяное хихикание и заставляет нас смущенно разойтись. Мы садимся рядышком, прижимаясь к друг другу, глядя на пьяных друзей, временно не возвращаясь к этой теме.
— Вика, ты меня напрягаешь. — Игнат со своей регулярной рубрикой «Достать Вику» меня подбешивает. Ему постоянно хочется задеть меня. Все развивается по уже отработанной схеме. На меня давит происходящее и поэтому не отдавая отчёт последствиям, я медленно чеканю:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— О'кей, Игнат, давай сразу прогоним сценарий. Ты докапываешься до меня и я в ответ говорю тебе что-нибудь колкое. Потом ты делаешь выпад и Лиза начинает наглаживать твои яйца, чтобы ты успокоился. О'кей? Давай сразу перейдём к тому месту, когда ты отвалишь от меня!
К концу моей тирады голос срывается. Я просто вскакиваю и пулей лечу в номер.
Лиза догоняет меня только у двери, заходит в номер вместе со мной. Гладит плечи и спину.
— Викки… — шепчет она. — Тебе нужно принять душ и лечь спать. Завтра мы поедем на водопады и ты наберешься положительных эмоций…
— Как у тебя получается? — перебиваю ее, забираясь на кровать. Лиза опускает глаза и ничего не говорит, выглядит она виновато. — Ну и как, Игнат? Хорош?
Она дергает плечами.
— Он мне снится. — признаюсь я ей. Говорю это вслух. Мне становится легче, когда я начинаю говорить. — Каждую долбанную ночь он мне снится. Разные места, разные обстоятельства, но все заканчивается одинаково. Он находит меня и насилует. Я просыпаюсь с болью в челюсти словно все было реально. Потом все утро пытаюсь понять, почему он преследует меня, почему не отпустит?
— Ты испугалась. Тебя поразило такое отношение к себе. Попробуй сблизиться с Глебом. Время лечит, любовь лечит! Не зря же говорят, что клин клином вышибает!
— Может быть. — бросаю я, машинально листая ленту Инстаграмма не видя фотографий. Двойное нажатие пальцем по экрану уже проходит машинально, я даже не смотрю на экран. Раньше мне нравилось читать новости, а теперь все такое пресное и серое. У меня как будто пропали вкусовые рецепты, словно его сперма выжгла все во рту.
Мое внимание привлекает новость об ограничении авиасообщения России с несколькими странами из-за сложившейся ситуации в мире. Люди пребывающие из всех стран обязаны пройти двухнедельный карантин. Какая ересь. Уже не знают, что придумать, лишь бы повысить спрос на свои курорты, не способные конкурировать с зарубежными.
Не предаю значения этой новости. Откладываю телефон, быстро забывая о ней и уходя в душ, продолжая с ненавистью мылить мое тело.
Пусть он будет проклят!
Глава 5
Полнолуния ночь!
Даже птицы не заперли
Двери в гнездах своих.
Тиё
Месяц на Мадагаскаре пролетает быстро. Я влюбляюсь в остров с каждым днем все сильнее. Мне все здесь нравится: океан, воздух, атмосфера и зелень.
Лиза оказывается права, нежность и любовь Глеба, который с каждым днем становится все одержимее мной, излечивает мою рану. Инцидент почти затирается. Я запираю его в своей памяти и не позволяю больше даже и думать о произошедшем. Представляю, что это произошло не со мной.
Просто сон.
Национальный парк Андасибе производит на меня неизгладимое впечатление. Дикая, необузданная природа, наполненная контрастными красками и звуками, поражает своей неповторимостью. Воздух, пропитанный ароматами цветов, дурманит. От буйства красок рябит в глазах. Глядя на лемуров, проходящих мимо тебя, ты открываешь рот и быстро достаёшь камеру, желая запечатлеть красавчика.
— Это нереально. — выдавливает Глеб и мы все соглашаемся с ним. Наши с ним пальцы переплетены в замок, чувствую себя невероятно счастливой. Отчуждение отступило. Постепенно давящее чувство стыда отступило, образ араба пропал, он перестал мне сниться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Время лечит. А тем более в таком месте!
Мадагаскар — нереально красив. Здесь все волшебно.
Мы сняли на несколько дней гостиницу недалеко от заповедника с видом на каменные джунгли Мадагаскара. Номера были очень дорогие и богато обставленные, вид на джунгли опьянял. Мы много читали об этом месте в интернете и копили деньги на эту гостиницу, чтобы насладиться единением с природой.
