Поэтому проблема с этим классом огромная. А проблема с народом — это и есть проблема исторического наследства. Проблема того, сможем ли мы задним числом осуществить подвиг выхода из падения. Страна должна из падения выйти. Общество должно выйти. Но оно должно сначала увидеть, что происходит. Увидеть — и ужаснуться.
Итак, вопрос заключается в следующем.
У нас есть властная пирамида. Политическая система опирается на класс, который наступает на страну. Есть ли у этого класса конструктивный антагонист? Да или нет? Назовите. Это первое.
Второе. Если конструктивного антагониста нет, то можно ли его создать?
И третье. Когда мы его создадим, что мы намерены делать? Ведь, даже создавая его, надо бороться. Я предлагаю внимательно прочитать «Тюремные тетради» Антонио Грамши. Когда нам говорят, что Грамши использовало ЦРУ и мало ли еще кто, в том числе для разрушения нас… Понимаете, открытия Ньютона или Эйнштейна тоже можно использовать для того, чтобы нас разбомбить, создав ядерную бомбу… Грамши замечательный человек — умнейший, продвинутый, действительно очень много привнесший в марксистскую теорию, вообще создавший новую стратегию политической борьбы, новую теорию политической борьбы.
Вот и давайте в данной части это обсуждать.
Мы уже обсудили элементарное — пирамиду, место класса в ней и регресс (то есть то, что было сделано с народом).
Мы уже поняли, что для того, чтобы возник антагонист, нужно либо обнаружить его в недрах народных масс (и он не может быть регрессивен, в противном случае он не антагонист; это какой-то слой, регрессивностью не захваченный). Либо создать. И мы должны обсуждать, как он должен действовать.
У Грамши по этому поводу есть крайне важное положение. Оно называется «Позиционная война». Вообще, Грамши очень активно использует термин «война» по отношению к политической деятельности. Грамши различает позиционную войну и то, что он называет войной маневренной (которую вел Ленин в 1917 году).
В той ситуации, в которой мы оказались, если субъект даже и создастся (а создавать его мы должны сейчас все вместе: обнаруживать, скреплять из имеющегося и т. д.), ему придется вести позиционную борьбу. Позиционную войну за гегемонию, как говорил Грамши. Не за власть, а за гегемонию. Перед таким субъектом будет стоять задача борьбы за гегемонию. И все то, что на приведенной мною общей карте обозначено, все указанные виды деятельности — это и есть возможность сочетания идеологической борьбы с борьбой за гегемонию в обществе в том точно виде, в каком это понимал Грамши.
Мы должны действовать в условиях регресса. Но ориентироваться на эту теорию можно и должно. Это не отдельные мысли, не чьи-то сверхценные идеи. Это то, что признано миром. Это то, что является следующим этапом развития марксизма, ленинизма, вообще политической стратегии в мире. И миновать этот этап мы не можем. Поэтому обсуждать политическую теорию мы должны под этим углом.
ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ. ПОЛИТИЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ
Несколько слов о политической философии. В дальнейшем я буду уделять ей, по возможности, больше внимания.
Прочту два стихотворения Некрасова. Первое называется «Сеятелям».
Сеятель знанья на ниву народную!Почву ты, что ли, находишь бесплодную, Худы ль твои семена?Робок ли сердцем ты? Слаб ли ты силами?Труд награждается всходами хилыми, Доброго мало зерна!Где ж вы, умелые, с бодрыми лицами,Где же вы, с полными жита кошницами?Труд засевающих робко, крупицами, Двиньте вперед!Сейте разумное, доброе, вечное,Сейте! Спасибо вам скажет сердечное Русский народ…
В связи с политической философией и вопросом о культуре как регуляторе, хочу обратить внимание даже не на общий пафос, не на сходность этого пафоса с тем, что мы призываем делать («Сеятель знанья на ниву народную!..»). Я на другое хочу обратить внимание.
«Сейте разумное, доброе, вечное» — вот что было сказано революционным движением. Вот с чем шли в народ. Не говорилось же: «Сейте подлое, грязное, мерзкое». Об этом не говорили. Об этом сказал не Некрасов. Об этом во всеуслышание сказал Бахтин, приравнявший народную культуру к культуре «низа» и призвавший работать через «низ», через карнавальную культуру для разрушения вертикальных систем. И это уже вопрос глубокой политической философии, который нам придется обсуждать.
Итак, здесь речь идет о культурном регуляторе на основе «разумного, доброго, вечного».
А вот другие строки Некрасова — из поэмы «Кому на Руси жить хорошо»:
Эх! эх! придет ли времечко,Когда (приди, желанное!..)Дадут понять крестьянину,Что розь портрет портретику,Что книга книге розь?Когда мужик не БлюхераИ не милорда глупого —Белинского и ГоголяС базара понесет?Ой люди, люди русские!Крестьяне православные!Слыхали ли когда-нибудьВы эти имена?То имена великие,Носили их, прославилиЗаступники народные!
Так он чего хочет, Некрасов? Не только, чтобы Белинского, который ему близок, мужик «вместо Блюхера и милорда глупого» (то есть вместо пошлостей и политического гламура) понес с базара! Он же и Гоголя хочет. И Гоголя тоже! Это уже никак не из его лагеря человек. Он хочет, чтобы мужик с базара понес великую литературу. И он ее понес. Они молились на это столетиями. И они это сделали.
И в этом смысле нам следует обсуждать вопрос о том, что такое культура как сверхрегулятор русского общества в XVIII–XIX веках и советского общества. Это вопрос и политический, и философский, и вопрос «АЛЬМОРа» (альтернативных моделей развития). Ибо если этот регулятор есть, то альтернативные модели есть. И тогда мы можем из них в нашем втором цикле выйти на Четвертый проект, понять его до конца.
Потому что, если мы не поймем, что такое культура как нормальный регулятор и чем ее функционирование в русском обществе, в русской цивилизации отличается от функционирования в традиционном обществе и в обществе эпохи Модерн, мы не разберемся с Четвертым проектом.
Итак, мы будем двигаться в следующих передачах второго цикла каждый раз по 4-м направлениям:
— деятельность,
— актуальная политика,
— политическая теория,
— политическая философия.
Это первая передача, которую я разделил на четыре части.
И да поможет нам Дух Истории справиться с этой задачей!
Выпуск № 12. 19 апреля 2011 года
Как я уже говорил, во втором цикле передач — с 11-й по 20-ю — мы будем делить каждую из передач на четыре части.
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ
Мы никогда не продвинемся вперед в деятельности, если не будем разбирать конкретные вопросы. И потому я, прежде всего, займусь первым блоком нашего начинания: «Территориальная целостность». И предложу, каким образом в рамках этого раздела можно формировать подразделы и как можно вести деятельность (рис. 15).
Сразу оговорю, что процесс этот окажется «мертворожденным», если от тех, кто смотрит и слушает передачу «Суть времени», не будут исходить предложения. Конечно, мне есть кому поручить заниматься этим направлением. Но это будет неинтересно. Так что всё, что мы предлагаем, — это не директива, а месседж тем, кто нас слушает, в расчете на конкретный ответ.
Итак, первый раздел — «территориальная целостность» — состоит из следующих подразделов.
Первый подраздел. Сбор материалов, как иностранных, так и отечественных, в которых рассматриваются различные варианты расчленения исторической России — Российской империи, СССР, РФ. Подчеркну, что имею в виду материалы доказательные, ответственные. То есть не разного рода фантазии о чьих-то тайных протоколах, а такие материалы (их немало), которые можно рассматривать и анализировать.
К сожалению, очень многие не знают о том, что эти материалы существуют. Что расчленение СССР — это лишь первая фаза в расчленении исторической России. Что дальше этот процесс обязательно будет продолжен и что есть люди, которых очевидным образом не устраивает целостность Российского государства. Я бы даже сказал — целостность страны, именно страны.
Совершенно необходимо, чтобы люди знали о борьбе, ведущейся вокруг территориальной целостности страны. А для этого такие материалы должны быть собраны, упорядочены и представлены к рассмотрению.
В числе прав, которыми наделен человек, есть право знать и право понимать, что не одно и то же. Человек должен, во-первых, обладать информацией. И, во-вторых, он должен иметь аппарат, позволяющий ему эту информацию анализировать и делать выводы. Выводы он делает свободно, но аппарат-то он получает в процессе образования и самообразования. А для всего этого знания, сведения о предмете должны быть собраны. Знания тоже. Но сведения — прежде всего.
