и канистры с водой. Возле одной из них на складном стуле сидела и ужинала девушка. Походные сапоги и камуфляж на ней смотрелись очень хорошо. Стройная и опрятная. Руки показались довольно крепкими. Чёрные локоны повисли на плечах. Варшинка вдруг повернула голову в сторону фонрадов, и неожиданно подмигнула. На этом моменте Дальгал остановил съёмку. Опустошив тарелку, дама пошла к поставленному на отдельный столик тазику и помыла свою посуду.
- Ну что, каша с тушёнкой – хороший вариант? – прозвучал над головами фонрадов голос Игмера, уже принёсшего кастрюлю, консервную банку с говядиной, пачку с крупой и две бутылки воды.
- А, да, - ответил Ларц. – Вы могли предупредить, и мы бы своей тушёнки достали, а то вас объедим.
- Да бросьте вы, всё нормально. Ваше может нам понадобиться на обратном пути или хотя бы завтра. Всему своё время. Я сейчас отойду и помою руки, - сказал Альгар, прежде чем достать из кармана запакованное мыло, взять одну бутылку, пойти к толпе и попросить Митврека помочь.
Охотник с рассечённой губой намочил руки своего товарища, а потом поливал их уже мыльными. Потом Ларц увидел, как коллеги вдвоём идут к костру.
- Ну, братва, побуду-ка я с вами, - с этими словами Митврек сел рядом с Игмером.
Альгар ножом срезал уголок пачки с крупой, которой затем наполнил алюминиевую кружку, чтобы затем высыпать в кастрюлю, помыть, слить грязную воду, а уже потом налить две кружки и поставить на огонь.
- Я сейчас банку вскрою, - Митврек взялся за нож.
- У меня консервный нож есть, - географ полез в карман.
- Да ладно тебе, мне привычно так открывать, - сказав это, охотник посмотрел на Дальгала. – Если открываете простым ножом, то тут надо с силой не переборщить, - мужчина, держа рукоять в одной руке, сверху ударил другой, и острие вошло в консервную банку. – А то помню, как при мне один чудак решил выпендриться, так две банки сгущёнки и угробил – пробил насквозь так, что она вытекала с обеих сторон, и плакал потом.
Трое у костра после этого рассказа засмеялись. Открыв банку, Митврек вывалил всё мясо в кастрюлю:
- Сейчас крупа пропитается говядиной.
Игмер достал из другого кармана солонку и посыпал немного в варящуюся крупу. Пока Альгар помешивал, они с Митвреком разговаривали.
- Так куда вы путь держите? – спросил охотник с рассечённой губой.
- Нам до хребта Мангруха добраться надо, - ответил географ.
- О, виды там отменные, - сказал Митврек. – Помню, как на эти горы и холмы поднимался. Деревья идут гущей, и за ними вдали город.
- А вы, нам говорил Фальтмак, на мерхоруфов идёте.
- Да, верно. В этом лесу их выискиваем. Мало нам мральдалов, так ещё и эти ошиваются около посёлка. Думаю, слыхали. Недавно ещё несколько грибников пропало. Говорят, вроде бы и с ружьём были, и с топором. Видать, неопытные совсем. Эх, бедолаги.
Дальгал вспомнил, что видел мерхоруфов на одном из репортажей в Фонрадии. Человекообразное, сутулое, ходящее на двух лапах, помимо рукообразных конечностей имеющее ещё одну, торчащую из спины, на которой торчит жало. Кожа дряблая, жилистая, красная. Голова яйцеобразная, лысая, покрытая надутыми венами. Глаза впавшие. Пасть полна острых зубов в два ряда.
- Мы тут лагерь пока разбивали, три человека сходили в разведку и вальнули несколько мральдалов, - Дальгала вырвал из воспоминаний голос Митврека. – Пока мерхоруфов не встречали. Но всё ещё впереди.
- Вот, готово! – воскликнул Игмер, снял кастрюлю с огня и с ложкой наполовину внутри поставил её на землю. – Будешь, Митврек?
- Не, спасибо, я ухи наелся.
- Ну мы тогда сходим за тарелками.
- Без проблем. Я подожду.
Мужчина ждал недолго, и географ вернулся с алюминиевой тарелкой. Две такие же достали из рюкзака Ларц и Дальгал. Отужинав горячей кашей, путники посидели ещё полчаса, а потом Игмер с ружьём встал на охрану лагеря, подменяя другого охотника.
Ночь была спокойной. Слышались треск костра, стрекотание сверчков и голоса птиц. Ночью стало довольно прохладно. За всё время, что Игмер и другие бойцы стояли на страже лагеря, не показалось ни одно опасное существо. Оператору, снявшему ещё один кадр, запомнился показавшийся светлячок-привидение в образе человека, хотя из-за далёкого расстояния и однотонного сияния Дальгал не смог толком разглядеть его черты. На время Игмер и его спутники не смотрели. В один момент к Альгару просто подошли другие охотники, которые заявили, что пришёл их черёд. Тогда Игмер, Ларц и Дальгал пошли спать. Они пожелали друг другу спокойной ночи, влезли в палатки и застегнули их изнутри.
Вырвавшись из объятий охотничьего костюма, каждый спрятался от лёгкого холода в спальный мешок по шею. Стало мягко и тепло. Навалилась приятная усталость, и глаза сомкнулись.
***
Игмер открыл глаза, зевнул, оделся и вылез из палатки. Другие охотники умывались и готовили завтрак. Сопровождаемых Альгаром гостей из Фонрадии не было. Географ услышал храп, который доносился из их палатки, и брови варшина приподнялись.
- Во дают люди, - тихо сказал сам себе Игмер, после чего принялся будить съёмочную группу: - Уважаемые Ларц и Дальгал! Подъём, господа!
Палатка зашуршала и заворошилась. Молния расстегнулась, и из распахнувшихся тканевых врат по очереди вылезли одетые белые горцы.
- Доброе утро! – с улыбкой поприветствовал пробудившихся Альгар.
- Доброе утро, - сказал Ларц и потянулся.
