class="p1">Катя обещание дала и, конечно же, выполнила, а башмачки Маргарите Петровне вернула, извинившись за сломанный каблук. А та, проводив удаляющуюся от избушки девочку и сжимая испорченные башмачки в руках, тихо притворила дверь, постучала по полу и вновь опустила невесть откуда взявшуюся складную лестницу на чердак. Перед тем как вернуть башмачки в тайник, Маргарита Петровна провела над ними рукой, и те опять стали как новые.
Маша только и успела прошептать:
− А как же…
Но её удивительная бабушка уже гремела чем-то в пыльном хранилище. Там что-то шуршало, поскрипывало и перемещалось.
Маша в тот вечер ещё долго размышляла и о невидимой до поры до времени лестнице, и о серебряных башмачках, и обо всех тех интересных вещах, спрятанных на загадочном «ином» чердаке. Но больше всего Маша думала о том, что всё получится, если как следует потрудиться.
И… как бы так сделать, чтобы пробраться на чердак? Нужен план!
Вопрос: а что если и у тебя были бы такие башмачки? Что в них хорошего, а что плохого?
Ряба и Ко
Как-то вечером Маша с бабушкой собирались за стол выпить чаю. Маша расставляла на расшитой узорами скатерти креманки с вареньем, конфетницы с сушками да баранками, а бабушка около печки заваривала чай со свежими листьями чёрной смородины. Пузатый самовар стоял в центре стола и ждал своих гостей.
− Бабушка, − обратилась Маша.
− Аюшки?
− Расскажи мне, пожалуйста, про магазин «Ряба и Ко».
− О, − улыбнулась Маргарита Петровна, подходя к столу с заварником в руках, – это занятная история.
− Неужели это магазин тех самых деда и бабы, у которых была курочка Ряба?
− Они самые, − с улыбкой подтвердила догадку девочки умудрённая жизнью бабушка.
− Но как такое возможно? – не поверила Маша. – В сказке ведь совсем не так было.
− Может, так, а, может, и не так. Это как посмотреть… – и Маргарита Петровна, налив в чашку порцию свежего чая, принялась рассказывать…
…Жили-были дед да баба. Жили себе, особо не тужили. В домишке небольшом да низеньком. И была у них курочка Ряба. Помимо курочки жила у них ещё под полом мышка. Носу лишний раз не высовывала, но в нужный момент прибегала.
И вот снесла как-то курочка яичко, яичко не простое – золотое! Уж не знаю, чем там дед с бабой курицу свою кормили, но явно некачественным комбикормом…
Маша, слушая бабушку, прыснула со смеху, чуть не поперхнувшись чаем. Котофей, спящий на печке, приоткрыл один глаз, обвёл взглядом комнату и, удостоверившись, что всё в избушке в порядке, уткнулся носом в хвост и опять спать.
– Ты, Маша, дальше слушай, – продолжила бабушка.
… А дело-то поутру было, завтрак подавать – самое время. Что делать? Вот дед стал яичницу готовить. Бил, бил яйцо – не разбил. Баба била, била – не разбила.
Тут мышка-мыслишка мимо по каким-то своим делам бежала, да непременно по столу ей почему-то надобно было проскочить! Хвостиком махнула, яйцо возьми и покатись, упало и разбилось.
Дед плачет, баба плачет, а курочка давай кудахтать:
– Не плачь, дед, не плачь, баба. Снесу вам яичко другое, не золотое – простое!
Но это когда ещё она снесёт новые яйца, а кушать-то хочется. Пришлось старикам бутерброды готовить из того, что в холодильнике нашлось. И вот сидят они, хлеб с колбасой жуют, чаем сладким запивают да думы думают, и на золотую скорлупку всё посматривают.
Мимо опять мыслишка пробежала. Благо не по столу уже, а по полу. Дед подумал, подумал, взял скорлупу и на рынок пошёл. Там он её продал, купил ещё несколько кур. Так дело и пошло. Яиц золотых, правда, больше никто не нёс. Видно, решили они всё-таки эко-кормом живность свою кормить, но зато магазин открыли. Вот и вся сказка!..
…Закончила рассказывать Маргарита Петровна. Маша сидела задумавшись и мерно размешивала варенье в остывшем чае.
– И какая же во всём этом мораль? – спросила девочка. – Ведь у всех сказок всегда есть мораль!
– А такая, внученька, – отпивая сладкий чай из чашки, пояснила бабушка, – что у медали всегда две стороны – что-то плохое, а что-то хорошее5–, а то и все три, если не забывать про ребро этой самой медали. И что, если хорошенько подумать над задачкой, всегда можно найти решение.
В печи сонно тлели дрова, за окном царствовала ночь, все отправились спать. Спали в хрустальных вазочках вкусные конфеты и маковые баранки. Спал остывший важный самовар. Кот, уткнувшись в собственный пушистый хвост, мирно посапывал на печи.
А в кухне, в свете полной луны, по полу незаметно прошмыгнула маленькая юркая мышка.
Маша и Петушок-Золотой гребешок
Дорогие родители,
Пожалуйста, внимательно изучите это небольшое отступление, прежде чем начать читать новую историю. Это сказка-говорилка и обсуждалка, то есть, вам придётся задавать вопросы, а юному читателю думать, рассуждать и предлагать варианты ответов.
Если предложенные ответы не такие или не совсем такие, как в сказке, – это прекрасно! Чем больше вариантов – тем лучше. Главное – не отвечайте за вашего человечка и не давайте готовый ответ. Пусть он ищет его самостоятельно.
Если юный читатель запутался, можно задать наводящие вопросы и по ассоциациям и рассуждениям вывести к решению.
И только если уж совсем всё застопорилось, предложить ответ из сказки.
Готовы? Тогда начинаем!
Румяное солнце, выглядывая из-за белых кружев облаков, медленно поднималось над густыми кронами деревьев, окрашивая сочные листья во всевозможные оттенки зелёного. Мягкий тёплый ветер разносил по округе ароматы луговых цветов и спелых, чуть забродивших ягод. В Луково наступало утро.
Открывались резные ставни, из окон слышались добрые пожелания «утра и хорошего дня». Просыпались печи и расписные самовары. Пузатые заварники с нетерпеливым позвякиванием выстраивались в ряд. Ворчало в чугунных сковородах сливочное масло.
По улицам деревушки плыли аппетитные запахи сдобы, глазастых яичниц с жареной варёной колбасой и, конечно, сочных, сладких поджаренных сырников, которые в это утро готовили в домике на странных кривеньких подпорках.
«Ку-ка-ре-ку!» – разнеслось на всю округу6, разрезая сонное утро и внося сумятицу в непроснувшиеся умы жителей пёстрых домишек.
– Бабуль, это невыносимо! – обречённо вздыхая, пожаловалась бабушке невыспавшаяся Маша. – Когда он уже кричать перестанет?
– Да кто ж его знает, – задумчиво ответила Маргарита Петровна, выглянула в окошко, выходящее во двор, и продолжила замешивать тесто, тихо мурлыкая под нос: – Петушок, петушок, золотой гребешок, маслена головушка, шёлкова
