А значит, мне сейчас придётся быть многословным. И внимательным. Неизвестно, в какой момент он захочет поставить точку в моём монологе… Если, конечно, у меня вообще хоть что-нибудь выйдет. Волк, кем бы он там ни был, очень даже неглуп – и это по меньшей мере.
– Подумать только, даже благородные песни Высоцкого какой-то псих может извратить в своём сознании до больного полузвериного мировоззрения… Но дело не в этом. Как только мне пришла догадка насчёт названия песни, тут же стало ясно всё остальное. Даже удивительно, как всё оказалось просто. Ты несколько лет убивал людей, теша какие-то там свои подавленные комплексы, но тут твоя холостяцкая жизнь закончилась. После женитьбы ты на время угомонился, но год назад всё началось заново. Волк в тебе возродился в ещё большем масштабе. В конце концов, жена начала что-то подозревать. Ты знал, что она решила вот-вот обратиться к врачу. А это привлекло бы внимание к твоей персоне, и тогда всё могло выплыть. Да и полиция уже шла у тебя по пятам. Конечно, можно было бы взять себя в руки, затаиться. Но… прекратить убивать ты уже не мог, не так ли? Тебе надо было срочно на что-то решаться. И вот тогда ты решил исчезнуть.
Или мне показалось, или «труп» у моих ног едва заметно шевельнулся.
– Что ж, у тебя был неплохой план, – продолжил я, не спуская с него глаз. – Ты нашёл частного детектива – какого-то военного отставника-пенсионера. То есть меня. Тебе и не нужен был профессионал сыска, даже наоборот. Туповатый бывший солдафон как раз подходил идеально. Правда, служил я не только в спецназе, и, как я уже говорил, одна из моих прошлых военных профессий – системный аналитик. Но ты-то не знал этого. Дальше всё шло строго по плану. Телефонные звонки, упоминание клички – Волк… И вот тут настало время главного спектакля под названием «Волчья ночь». А суть его в том, что Волк решил стать… жертвой Волка, каково!.. Сыграно всё было – высший класс! Я купился. Мне и в голову не пришло померить пульс человеку, убитому несколькими пулями в грудь и в голову. Всё было очень натурально. Ты ведь работал в театре гримёром, как мне рассказала твоя жена, и, конечно, понимаешь толк в таких делах. Кстати, она появилась в доме согласно твоему плану – и, что самое главное, провела опознание. Ведь это было для тебя самое важное – чтобы мы удостоверили, что видели твой труп. Когда этот «труп» вдруг исчезнет неведомо куда, всё, разумеется, спишут на Волка – мало ли зачем маньяк прихватил с собой мёртвое тело своей жертвы!.. А Глеб Эдуардович Лидов после этого перестанет существовать. Тебя вычеркнут из всех списков – в том числе и из списков подозреваемых… И можно начинать новую жизнь под новым именем. Например… Фролова Семёна Ивановича. Да, Волк, я проверил содержимое гаража, и кое-что там нашёл. Я исходил при этом из неверных предпосылок, но всё-таки сумел собрать нужные факты, и это очень помогло мне в итоге понять, что к чему. Так вот, о Фролове – мир его праху, как говорится: ты, я уверен, загодя присмотрел этого гастарбайтера. В нужный момент обездвижил – скорее всего усыпил. Потом, уже перед самым началом спектакля, убил его, перерезав горло, причём очень аккуратно – тебе нужна была его кровь для своего собственного «трупа». Что ж, всё получилось, как ты и задумал – я просто не мог не поверить в реальность исстрелянного мёртвого тела при таком количестве натуральной крови.
Я усмехнулся.
– План у тебя был простой – мы с Надеждой Павловной любуемся на твой труп, потом спешно уезжаем за помощью. Воспользоваться телефоном мы не могли – здесь не действует мобильная связь. Я уверен, ты специально подыскал дом в такой местности. А деньги на его покупку, как и на всё остальное, ты вовсе не зарабатывал, а украл полгода назад у того бизнесмена, которого убил. В собственной «Ниве» двигаться было уже опасно, и ты её бросил где-то или утопил в болоте – пускай одной загадкой для следствия будет больше!.. Потом, оставшись один, ты уехал бы на заранее угнанной «тойоте», избавился где-нибудь подальше от трупа Фролова и от машины, а сам начал бы новую жизнь по его документам, лишь слегка видоизменив их. Вы ведь и по возрасту, и вообще по всей метрике похожи. Вдобавок человек из другой страны, ни здесь, ни в другом городе никаких родных. Его нескоро хватятся. Если вообще хватятся.
Я секунду помедлил.
– Но каждый план рано или поздно может дать сбой. В жизни не всё так гладко, как в планах, даже если они идеально продуманы. Твоя жена не вовремя разоткровенничалась со мной, и ты решил убить её, чтобы она не выболтала мне ещё больше. Меня ты пощадил не из большой симпатии – просто я нужен был тебе как главный свидетель. Ведь именно я должен был подтвердить, пусть и с твоих слов, что за тобой упорно охотился Волк.
Как же, как расшевелить эту неподвижную тварь?!.. И тут меня осенило.
– Скоро я сдам тебя моим друзьям из «убойного отдела». Кстати, догадайся, что произойдёт с тобой в камере следственного изолятора. Ты всю жизнь причинял боль другим – теперь очередь твоя. Готовься, Волк…
В этот миг я понял, что добился своего.
Покрытый засохшей кровью «труп» распрямился, как пружина.
Его реакция оказалась молниеносной. Волк выдернул пистолет из-под покрывала тахты за какую-то долю секунды, одновременно отщёлкивая предохранитель.
Он знал, что его спасёт лишь быстрота – поистине нечеловеческая, волчья.
Но я выстрелил первым.
