Одарив Ника Моретти ослепительной улыбкой, Серена прощально махнула рукой и быстро сказала:
— Мне надо идти. Буду в семь тридцать.
Дело сделано.
И все в ее пользу.
Как приятно это чувство — удовлетворение!
Ник провожал ее взглядом, любуясь упругой походкой и покачиванием бедер, туго обтянутых шортами. Он не удержался от победоносной улыбки, веря, что на этот раз одержал верх над строптивой мисс Флеминг. Ум и сообразительность Серены сегодня вечером будут в его распоряжении, и он сможет попытаться проверить не только эти ее качества.
Серена сама закрыла за собой парадную дверь и этим лишила его дальнейшего удовольствия разглядывать ее сзади. Ничего, память у него крепкая.
А спереди… Когда Серена наотрез отказалась задержаться здесь еще на несколько минут, потому что в других домах ее тоже ждут, он успел увидеть, как она решительно скрестила руки на своей полной груди.
Да, мисс Флеминг не намеревалась хоть в чем-то уступать ему.
Ник прекрасно понимал, что он ей не по душе такое редко с ним случалось, когда речь шла о женщинах, — и что, несмотря на все его попытки, он не смог загладить то плохое впечатление, которое явно произвел на Серену в это утро. Ее отношение к нему не переменилось, разве что только тогда, когда они заговорили об оплате ее консультаций. Но и здесь она тоже провела его, назвав такую цену. Надеялась, видимо, что он не согласится.
Впрочем, деньги — это пустяк.
Он принял ее вызов и этим заставил прийти к нему сегодня вечером. Сознание победы вернуло Нику хорошее настроение, он даже улыбнулся, взглянув на терьера, который до сих пор причинял ему только неприятности.
— Ты должна вести себя прилично, — назидательно сказал он собаке.
Знаком одобрения было постукивание собачьего хвоста по паркету. Это заставило Ника вспомнить, что он не вытер до конца лужу, и он укоризненно погрозил терьеру пальцем:
— Ты не заслуживаешь этого красивого розового банта. Ни одна уважающая себя леди не позволила бы себе того, что сделала ты, да еще в неположенном месте.
Обвинительный тон тут же оборвал наступившее перемирие. Сердитое лаянье напомнило Нику недавно услышанные слова о том, будто враждебность рождает враждебность. Пожалуй, не стоит винить Клио за то, что ей захотелось таким образом уничтожить в доме запах Джастин.
— Ладно, ладно, — успокоил он собаку, смягчив голос и чуть растягивая слова, как это делала Серена, когда усмиряла Клио. — Ты, наверное, желала мне лучшего, дав возможность узнать все плохое, что есть в характере Джастин. Хорошо, будем считать, что с ней покончено.
Клио в знак согласия помахала хвостом.
— А теперь пришло время ленча. — Если бы кому-нибудь из его друзей удалось услышать, в каком тоне он уговаривал собачку, то шуток и смеха ему хватило бы до конца жизни.
Но сейчас Ник сделал удачный ход, и надо продолжать в таком же духе.
— Не хочешь ли еще курочки?
Сестра, уезжая, среди прочих советов и указаний, сообщила ему, что слово «курочка» было волшебным словом для ее любимицы и сразу успокаивало ее. При Джастин, однако, оно утратило свое необыкновенное качество, а сейчас подействовало как чудесный сигнал: Клио бросилась в кухню к холодильнику, вся дрожа от нетерпения.
Тщательно отделив мясо от костей, Ник наполнил ее мисочку курятиной. Клио мгновенно все съела, вдоволь попила водички и, довольная, прошествовала в свой уютный уголок, а затем, свернувшись калачиком на коврике, уснула.
Ник в приятном удивлении только покачал головой. Возможно, он вовсе не нуждается в помощи Серены Флеминг. Видимо, достаточно было устранить Джастин. Однако одна или две маленькие победы над своевольной собачкой еще не гарантируют ему мирное сосуществование в течение целых двух месяцев. Да, нужно еще что-то сделать, чтобы Клио не лаяла по ночам.
Он знал, что Анжелина и Уорд позволяли собачке спать в их постели. Это забавляло их, они смеялись над ее проделками. Он же не представлял себе, что будет по утрам просыпаться от прикосновения собачьего языка. Это было бы уже слишком и никак не значилось в наказах, оставленных сестрой. Если Нику удастся завлечь Серену Флеминг в постель, то ему ни в коей мере не хочется вмешательства ревнивого терьера.
Ник, предавшись мыслям о том, как ему обуздать эту сварливую девчонку и сделать ее своей на эти два месяца, вернулся к холодильнику проверить, что там есть для его ленча, — аппетит разыгрался не на шутку. Увидев бутылку «шардоне», он подумал, что сегодня вечером неплохо начать консультации со стаканчика хорошего вина — это создаст вполне дружескую обстановку. Одним выстрелом убить двух зайцев было весьма заманчиво.
Неплохое начало. Попытка не пытка.
Привлекательная женщина в его постели. Знаток своего дела, собачий психолог.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
— Семьдесят долларов? — воскликнула Мишель, не веря своим ушам.
— Я не верю низким ценам, — объяснила Серена. Чисто психологически.
— Психологически?
— Да. Чем выше цена, тем больше покупатель уверен в том, что получает по-настоящему ценную услугу. Работа в парикмахерской научила меня этому.
Недоверие Мишель сменилось скептической усмешкой.
— Чем же ты таким особенным собираешься удивить Ника Моретти за семьдесят долларов?
— Тут понадобится твоя помощь. Мне нужны все твои секреты и опыт, когда имеешь дело с непослушными собаками. Половина полученных мною денег — твоя.
Мишель вздохнула.
— Что ж, я не возражаю, но мне кажется, что ты рискуешь, Серена.
— Как я рискую, если буду подготовленной?
— Я мало помню из того, что Анжелина Гиффорд рассказывала мне о своем брате. Видимо, она надеется, что Клио обожает его, ибо на свете нет ни единого существа женского пола, которое не влюбилось бы в Ника Моретти.
— Во всяком случае, со мной этого не случится, и я не стану его очередной жертвой, — вполне серьезно заверила Серена свою сестру. — Я просто собью с него спесь, как сделала это с его кузеном Лайэллом Дунканом. Но я честно отработаю свои доллары.
— Гм… Он уже произвел на тебя впечатление.
Совсем недавно тебе нанес обиду богатый и вполне подходящий жених. Хотя бы теперь будь поосторожней…
— Мишель! Он даже не нравится мне!
— И все же он зажег в тебе искорку…
— О, ради бога, Мишель! Речь идет всего лишь об одном часе в день. И мне нужна твоя помощь.
— Ладно. Давай проверим, как ты удержишь в голове необходимые тебе знания.
Я не подпущу к себе Ника Моретти слишком близко, чтобы он не смог причинить мне вреда, поклялась себе Серена. Ее сестра не знает главного: для Серены это будет всего лишь игра, из которой она должна выйти победительницей.
