— Мистер Джексон, пожалуйста, не волнуйтесь, — осторожно начал Саммерс, видя, в каком состоянии находился, только что вошедший человек. — Нам необходимо выяснить всего лишь несколько вопросов, связанных со вчерашним совещанием.
— Да, действительно, вчера у нас состоялось очень важное совещание, — подтвердил Джексон. — Однако мне не хотелось бы обсуждать с вами вопросы финансовой политики компании.
— Что вы, мистер Джексон, — принялся его успокаивать его полицейский, — нас совершенно не интересуют вопросы финансовой политики компании. Мы здесь только лишь для того, чтобы выяснить все обстоятельства, приведшие к трагической гибели сотрудника вашей компании Эдуарда Эрденштейна.
— Как, Эрденштейн погиб? — растерянно спросил финансист. — О боже, неужели это правда?
— Похоже, что да. Есть все основания предполагать, что сегодня утром он разбился в своем автомобиле.
Руки Джексона задрожали, он, извинившись, достал из кармана баночку с таблетками, и принял одну из них.
— Мистер Джексон, постарайтесь успокоиться и понять, что нас интересуют только те обстоятельства совещания, которые связаны со взаимоотношениями Эрденштейна с сотрудниками компании. Постарайтесь вспомнить все детали этого совещания.
— Хорошо, попробую… Хотя, что там вспоминать. У компании очень сложное финансовое положение. Поэтому все силы сейчас направлены на подготовку к участию в конкурсе, связанного с поставкой кинопроекционной аппаратуры в африканские страны. Накануне наши ведущие инженеры сделали ряд интересных предложений, которые позволяют без существенных финансовых затрат доработать нашу основную модель СH-200. В результате чего проектор будет полностью соответствовать сложным климатическим условиям африканского континента. Более того, наши специалисты не забыли даже про защиту от насекомых, которых там великое множество. В результате у нас появилась немалые надежды на победу в конкурсе. А эта победа, должен сказать вам, господа, позволит компании смело смотреть в будущее, произвести технологическую перестройку и перейти к выпуску новых перспективных моделей.
— Мистер Джексон, — стараясь сохранить спокойный тон, сказал лейтенант, — все, что вы рассказали, представляет определенный интерес. Однако постарайтесь вспомнить о конфликте Эрденштейна с руководством компании. Возможно, к нему необоснованно выдвигались какие-либо претензии, кто-либо пытался его оскорблять, может быть, даже угрожал?
— Эрденштейн? А он тут при чем? — с удивлением пожал плечами Джексон. — Одну минуточку… Кажется, я начинаю понимать, что вас интересует… Вы уж меня извините: в голове одни финансовые проблемы, никак от них не избавиться. Действительно, вчера Эрденштейн со скандалом покинул совещание. Хотя, должен вам сказать, вел он себя как мальчишка. Ничего оскорбительного в его адрес я не услышал… Вообще, мне кажется все было наоборот. Именно Эрденштейн вел себя вызывающе. С самого начала совещания он был слишком агрессивным, от него исходило какое-то нервное напряжение, создавалось впечатление, что решается что-то исключительно важное для него. Я никогда не видел его в таком состоянии, хотя он частенько вел себя надменно, но именно вчера он превзошел самого себя.
— А вы не могли бы сказать, почему отклонили проект Эрденштейна? — осторожно спросил Саммерс.
— Толком ничего сказать не могу, так как сам ничего не понял… Вот с проектом Джейка Макгрегори все понятно. Он представил прекрасный материал: большое число схем и чертежей, электронная презентация, интересный доклад. А с проектом Эрденштейна?… Он ничего не представил, по поводу его предложений было сказано всего лишь несколько слов, смысл которых я не сумел уловить. Я ведь финансист… Вот и все. Затем Эрденштейн возмутился, оскорбил всех присутствующих и покинул совещание.
— Значит, ничего оскорбительного в адрес Эрденштейна со стороны других участников совещания не прозвучало? — поинтересовался полицейский.
— Нет ничего, у нас совещания всегда проходят в корректной атмосфере.
— Спасибо, мистер Джексон, вы нам очень помогли. Можете быть свободным.
Уинстон Джексон поблагодарил полицейских, принял очередную пилюлю и усталой походкой направился к выходу.
— Не приведи господь, жить на одних таблетках, — грустно сказал Саммерс. — Хотя, кто знает, как сложится жизнь?
Затем в зал вошел руководитель отдела маркетинга компании Чарльз Абрахамсон. Бывший военный, всегда подтянутый и опрятный. У него была отлично сохранившаяся, загорелая кожа и абсолютно седые волосы, коротко постриженные и торчащие во все стороны ежиком. Особенно молодо выглядели его глаза, они словно светились особой энергией, будто Абрахамсону и не было пятидесяти лет. Обладая отменным здоровьем, он привык постоянно колесить по стране и по всему миру, бывая в служебных командировках.
Была у Абрахамсона и другая сторона жизни, которую он всячески старался скрыть. Чарльз являлся страстным поклонником прекрасного пола, причем обожал в женщинах только тело, их характер его просто раздражал. Именно ему принадлежала знаменитая во всей компании фраза: «Какое было бы счастье, если бы у женщин были только ножки. Но у них ведь есть еще и голова!» Абрахамсон никогда не был женат — сначала военная служба, затем постоянные командировки не способствовали созданию семьи. Бывая в различных странах, Абрахамсон всегда выкраивал время для посещения различного рода злачных мест. Он постоянно вступал в связь с женщинами легкого поведения, при этом Абрахамсону больше всего нравилось не само овладение женщинами, а созерцание их тел. Абрахамсон не мог пройти мимо красивой женщины, не оглянувшись. Его глаза постоянно выискивали в толпе красивые и стройные женские фигуры. Кроме того, он накопил у себя целую коллекцию эротических предметов и литературы.
— Чарльз Абрахамсон, руководитель отдела маркетинга, — коротко представился он.
— Мистер Абрахамсон, нам необходимо задать вам несколько вопросов.
— Пожалуйста, сэр, я готов.
— Нас интересует, как проходило вчерашнее совещание?
— Как обычно, сэр, в деловой обстановке, — невозмутимо ответил Абрахамсон.
— Что вы можете сказать о конфликте Эрденштейна с другими участниками совещания?
— Никак нет, никакого конфликта не было, — также невозмутимо продолжал руководитель отдела маркетинга. — Эрденштейн всегда исключительно болезненно относился к критике своей работы. Просто вчера с ним случилась настоящая истерика. Думаю, что в таком состоянии можно легко угодить в автомобильную катастрофу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
