Натянуто улыбаюсь и делаю еще десять повторений на ноги.
— Не за что извиняться, Ир. Горский действительно кобель. Самый настоящий. — В разговор вступает бойкая Саша. Она резво отжимает у хрупкой Иры телефон. — Я не пойму, чего ты ждешь? Собрала вещи и переехала к нам. Тебе даже париться по поводу квартиры не надо. Еще неделю наше жильё будет пустовать, пока мы тут греемся на пляже Турции.
Саша и Ира — мои две подруги, с которыми я знакома с первого курса банковской академии, куда меня заставил пойти учиться папа. Несмотря на то, что после второго курса мне пришлось перевестись на заочное отделение из-за участившихся разъездов из-за показов, общаться с девочками мы не перестали. Видимся, конечно, достаточно редко, но созваниваемся хотя бы раз в неделю стабильно. Рассказываем друг другу обо всем, делимся самым сокровенным.
Девчонки в данный момент отдыхают в Стамбуле, поэтому наш разговор происходит в виде видеоконференции.
Беру в руги две небольшие гантели и начинаю делать приседания.
Александра самая бойкая из нашего трио. Она рубит с плеча без колебаний или страха. Изменить жизнь на триста шестьдесят градусов для неё не проблема. Сорваться с места и уехать на выходные за тысячу километров к парню, которого знает от силы месяц, ей раз плюнуть. Прыгнуть с парашютом, нырнуть с аквалангом, купить билеты в другую страну и сесть через час в самолет, вычеркнуть человека из жизни за сутки — это лишь малая часть того, что способна совершить эта дерзкая девушка.
Ира, в отличие от Саши, более мягкая и спокойная, хотя периодически и ее кусает клещ «адреналиновый». Она любит спорить со всеми подряд на абсолютно любые темы. Переубедить соперника в своей правоте, ее личный сорт кайфа. Ира готова давать людям второй шанс и дарить прощение. Но только один раз. Если её доверие предают дважды, то этот человек навсегда исчезает из её круга общения.
Отложив гантели в сторону, я ложусь на коврик и начинаю качать пресс.
— Саша, ну чего ты так сразу налетела на Каролину? Побег — это самое простое, что можно сделать. Но вряд ли от этого будет толк. — Ира хмурит лоб и толкает Сашу в загорелое плечо. — Во-первых, Лина любит Назара. Во-вторых, её муж — её менеджер, а значит, даже разведясь, они не перестанут видеть друг друга.
— Менеджера можно уволить или сменить.
— У Горского немалые связи. Если с ним разойтись на ножах, то стекло в туфлях, которое Каро сыпали соперницы, может показаться детскими шалостями.
— Пусть только попробует. Мы такую шумиху поднимем в прессе. И в суд подадим!
— Эй, девочки! — Остановившись на половине подходов, я пытаюсь утихомирить спорящих подруг. Хватаю телефон с подставки и кричу в микрофон. — Девочки! Ау! Назар не сделает такого. Никогда. Прекратите выдумывать. — Смахнув с мокрого лба пот, я тянусь за бутылкой воды. — Вспомните меня два года назад. Он давно мог мне закрыть двери к глянцу. Но не сделал этого тогда, и тем более сейчас не сделает, когда вложил в мою раскрутку немало денег.
— О, ты была тем ещё монстром, — восклицает Саша, — Хотелось тебя придушить.
— Саш, — недовольно зыркнув на подругу, Ира поворачивает камеру на себя. — Каролина, не вздумай зацикливаться на том периоде. Тебе было очень плохо, все это понимают. Болезнь мучила тебя, поэтому ты срывалась на окружающих.
— Ир, я согласна с Сашей. Я действительно была чудовищем. Не представляю как Назару удалось выстоять и не бросить меня тогда. Связался с психически неуравновешенной малолеткой на свою голову и терпит меня столько времени. Я сама себя готова придушить, как вспомню, что вытворяла в тот период.
— Каро, но это не оправдывает измену, — перебивает Саша. — Вы были в браке, когда он связался с той блондинкой.
— Я сказала ему, что все кончено. И сбежала. Головой я понимаю, почему он это сделал.
— И что? Не ищи ему оправданий, Каролина. Штамп в паспорте стоял на тот момент? Стоял. Значит он не имел права тащиться в чужую койку.
— А-а-а-а, — стону я с закрытым ртом, падая обратно на коврик. — Я не знаю, что мне делать, девочки. Правда не знаю. Еще и этот ребенок покоя не даёт. А если бы он действительно был сыном Назара? Я умерла бы на месте.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Мы поддержим тебя в любом случае, — через минутную паузу успокаивающим голосом мурчит Ира.
Сашка, наоборот, недовольно сжимает губы и молчит. У неё есть ещё пара резких высказываний в запасе, но вряд ли я готова сейчас их услышать. Именно поэтому мы с ней лишь перебрасываемся короткими кивками головы.
— Спасибо вам, крошки. Вы как всегда лучшая жилетка для того, чтобы выговориться. Мне пора бежать в душ и ехать на интервью со «СтарПипл». Я теперь вроде как звезда.
— Держи хвост пистолетом, Линка. И звони, если что не так. Не пропадай.
Посылаю девочкам воздушный поцелуй и отключаюсь. Бегу в душ, чтобы смыть с себя пот после тренировки, и буду собираться на встречу.
Кроме увлажняющего крема больше ничего на лицо не наношу. Подбор образов подразумевает многочисленные переодевания, не хочется пачкать дорогую одежду своим тональным.
Достаю любимое трикотажное платье карминового цвета, застегиваю пояс на талии. Тыну вверх молнию на массивных черных ботинках и хватаю сумочку. Делаю пару пшиков любимой водички для тела вокруг себя и подкрашиваю губы прозрачным блеском.
Сев в такси, пишу Назару, что уже в пути к студии Дерзкого. Жду, что он пришлет хотя бы маленький смайл в ответ. Но проходит пол часа, таксист успевает довезти меня до пункта назначения, а мое сообщение так и остается непрочитанным.
Глава 8
Каролина.
Когда вхожу в студию Дерзкого в назначенное время, Горский наконец-то отвечает на мое сообщение. Пишет, что на сервера их компании идёт хакерская атака, злоумышленники пытаются взломать пользовательскую базу данных. Как только станет чуть поспокойнее, то он обязательно мне перезвонит.
С облегчением выдыхаю. Радуюсь, что картинки, нарисованные ревнивой фантазией, не имеют ничего общего с реальностью.
Переживаю за Назара. Если клиентская база попадет в руки преступников — это серьезный урон по репутации компании сотовой связи. Люди могут быстро побежать к конкурентам, начать менять абонентские номера, разрывать бизнес контракты.
Мысленно желаю мужу и его компьютерным защитникам успехов.
У самих дверей фотостудии меня ловят стилисты и, проведя меня в один из наибольших залов, командуют раздеваться. За импровизированной ширмой, состоящей из четырех металлических стоек, вплотную обвешанных вещами, я снимаю свое платье и ботинки.
Кожа моментально покрывается мурашками. В просторном помещении с высокими потолками и бетонными серыми стенами достаточно зябко. С радостью впрыгиваю в безразмерные темно-зеленые штаны, лишь бы не переохлаждаться. Фактурный топ, подобранный в пару к брюкам, не получается застегнуть из-за объемов моей груди.
Еще одна особенность моей внешности, подаренная матушкой природой. При достаточно скромных объемах талии и бедер, мой обхват груди составляет девяносто шесть сантиметров. Из-за чего не только множество дизайнерских вещей, которые шьют по усредненным модельным параметрам, но и обычные повседневные вещи на меня оказываются просто-напросто малы.
— Упс, — растерянно жму плечами, придерживая рукой расстегнутый топ.
Даже зная мои параметры, не всегда удается попасть в цель. Но я не жалуюсь.
Безостановочные примерки и переодевания даются мне достаточно легко. В этот момент от меня всего лишь требуется либо стоять ровно, либо по запросу фотографа или стилиста пройтись пару метров по залу, покрутиться и встать в одну из удачных поз, чтобы сделали несколько пробных снимков.
Гораздо сложнее для меня даётся интервью, которое параллельно с примерками берет у меня журналистка популярного глянца. Её конечно больше всего интересуют самые болезненные периоды моей карьеры: проблемы с едой, травма спины, моё вчерашнее возвращение на подиум.
