— Хардин сегодня облажался, хотя он всегда лидировал в этой игре. — говорит Хлоя.
— Я тоже могла победить, но Кайл поймал меня минут за десять до окончания игры, это просто нечестно. — хнычет Наоми, а мои брови просто ползут вверх от возмущения.
Стараюсь делать вид, что все в порядке, надеюсь получается неплохо. Устраивать при всех разборки с Кайлом было бы весьма глупо, но рано или поздно я поговорю с ним, если до этого не прибью.
— Специально для Хардина, Бек, озвучь преступление, он пока что один не в курсе. — улыбается Митч и хлопает зеленоглазого по плечу, но ему совсем не до смеха.
Это он так сильно проигрывать не любит или у него конкретно ко мне какие-то претензии?
— И расскажи где ты так классно спряталась, подруга, я хочу хоть раз выиграть сто баксов. — подначивает Кэндис.
Я сглатываю и смотрю куда угодно, только не в глаза Хардина. Боже, лучше бы он тогда заметил меня на этом чертовом диване и сейчас все пошло бы совершенно иначе.
— Эй, земля вызывает Бекку! — Оливер щелкает пальцами прямо перед моим лицом.
Преступление, точно.
— Я…то есть. Ох. В общем, это была инсценировка смерти с целью получения денег от страхования жизни. — еле-еле вспомнив, выговариваю я.
— Воу, ну за пять минут такую бредятину я бы точно не отгадал. — смеётся Кайл, а я хочу треснуть его чем-то тяжелым.
— Да, но зато ты сразу понял, что это мошенничество с целью выгоды. — говорит Наоми.
Оу, ну конечно он понял. Ведь это Кайл спросил у меня, черт возьми.
Я устала. Сейчас я понимаю, что больше всего на свете хочу оказаться в своей мягкой кроватке и провалиться в сладкий сон, чтобы не мучать себя ненужными мыслями.
Подойти к Хардину и попросить отвезти меня домой, я боюсь. Он сейчас явно не в настроении. Так что придётся вызвать такси.
Я тянусь за своим телефоном и нащупываю посторонний предмет. Черт, ключ. Я же должна отдать его Митчу. Я обещала.
Я иду к азиату и тяну его на балкон кухни, якобы для того, чтобы покурить. Сигареты, кроме Митча, никто не курит. У нас в компании все перешли на джул, либо вообще никогда не баловались этими никотиновыми палочками, например, как Хардин.
Мы выходим и парень передаёт мне сигарету вместе с зажигалкой. Как только я поджигаю ее, я передаю зажигалку Митчу вместе с ключом и он подозрительно смотрит на меня.
— Хиро?! — улыбается он. — Теперь ясно, как ты смогла так хорошо спрятаться.
Я ничего не отвечаю, делаю пару затягов и выкидываю окурок в пепельницу.
Выхожу, и сразу же натыкаюсь на Хардина. Он смотрит на меня сверху вниз и внутри все начинает скручиваться в узел.
— Поехали домой. — хрипит он. — Сейчас же.
В ответ я просто киваю, так как от волнения вряд ли смогу выдать что-то членораздельное.
Мы прощаемся со всеми и в полной тишине идем к его машине. Я сажусь на переднее сиденье и включаю музыку через блютуз, чтобы в автомобиле не стояла гробовая тишина, ведь я уверенна на все сто процентов, что он не скажет мне ни слова.
Проехав половину пути, я понимаю, что в очередной раз оказалась права. Парень рядом со мной нем, как рыба. Я включаю следующую песню и Хардин неожиданно подает голос, отчего я вздрагиваю.
— Где ты была? — холодно спрашивает он.
— Эээ, пряталась. — говорю я, сдвигая свои брови.
— Не делай из меня дурака. — чеканит зеленоглазый. — Окей, перефразирую, с кем ты была?
— Что? Я была одна! — стараюсь звучать уверенно.
— Бекс, я не слепой. — выдыхает парень. — Ты пришла позже всех, твои волосы растрепанны, макияж слегка размазался, платье помято, и вся шея в красных отметинах. — Хардин сжимает руль. — У меня есть глаза, если ты не заметила.
— Просто это было очень неудобное и тесное место. — я тереблю ремень безопасности своими пальцами. — Честно.
— Твою мать, хватит мне врать. — парень начинает резко и очень громко кричать, одновременно стукая правой рукой по рулю. Я зажмуриваюсь от страха.
Да, я видела его взбешённым, и не раз. Но этот гнев никогда прежде не был направлен на меня.
Заметив мое состояние, Хардин останавливает машину где-то на обочине и берет меня за руку.
— Бекс, посмотри на меня. — очень тихо произносит брюнет.
Но мне страшно поднять свой взгляд на него.
Хардин тянется своей рукой к моему лицу и плавно поднимает меня за подборок.
— Прости, я не хотел. — он смотрит на меня виноватыми глазами, а я лишь положительно качаю головой.
Всю оставшуюся дорогу мы молчали. Доехав до моего дома, я тянусь к ручке двери, чтобы выйти, но рука Хардина останавливает меня.
Он тянет меня на себя и обвивает мою талию своими руками.
— Обними меня, Бекс. — шепчет парень мне в шею и я просто таю.
Прижимаюсь к нему ближе и завожу руки за спину, обнимая его в ответ. Вдыхаю родной запах и чувствую полнейшее умиротворение.
— Спокойной ночи. — говорит Хардин и целует меня в макушку.
Я отстраняюсь от парня и открываю дверь автомобиля, выйдя из него, я внимательно смотрю на брюнета.
— Спокойной ночи. — говорю я, опустив голову в асфальт и захлопываю дверь.
Захожу в дом через обычный вход, так как думаю, что мама уже давно спит.
Оказавшись в гостиной, я охаю от удивления.
Моя мать лежит на диване, а на ее любимом итальянском ковре огромное пятно от опрокинутой бутылки вина.
Долго ещё это будет продолжаться? Как можно до такой степени нажираться?
Я подхожу к креслу, беру плед, и накрываю свою мать.
Поднимаюсь в свою комнату и сразу иду в душ, чтобы смыть с себя весь негатив за этот вечер.
Спустя двадцать минут, я лежу в своей кровати и чувствую, как проваливаюсь в сон, но меня будят уведомления на телефоне.
«Ты передала ключ?» — неизвестный номер.
Я сразу понимаю, что это Хиро, потому что больше просто некому. Я записываю парня в своей телефонной книжке.
«Да.» — быстренько печатаю я, и, отложив мобильник, засыпаю.
========== Глава 5 ==========
В моих ушах стоит звон и я с тяжестью поднимаю свои веки, словно они налиты свинцом. Голова просто раскалывается и я шарю своей рукой по тумбочке в поиске бутылки воды, которая обычно всегда стоит там.
Случайно я сбиваю ее и она падает на пол, укатываясь под кровать. Мда, с самого пробуждения все идёт наперекосяк.
Сползаю с кровати с полузакрытыми глазами, и рукой пытаюсь нащупать заветный бутыль на полу, наконец, продолговатый предмет оказывается в моих руках и я дрожащими пальцами откручиваю пробку.
Как только струйки прохладной воды стекают по стенкам моего горла, я начинаю мычать от удовольствия, будто ничего лучше в жизни не испытывала. Вот что значит сушняк.
Ну все, так много пить я больше никогда не буду.
Хотя, я так говорю практически после каждой вечеринки.
— Ребекка! — вопли моей матери доносятся снизу. — Ребекка, сейчас же спустись вниз!
Как бы сильно мне не хотелось, все же придётся это сделать.
Моя мать лежит все на том же диване, ровно в такой же позе.
Когда я подхожу ближе, она наконец замечает меня, и смотрит в упор своими опухшими глазами.
— Принеси мне аспирин и воды без газа, немедленно! — в приказном тоне говорит она, словно я какая-то служанка.
Я ничего не отвечаю. Вообще не хочу с ней разговаривать после вчерашнего. Она уже начинает переходить все рамки разумного. Если к постоянным оскорблениям и унижениям я успела привыкнуть, то к рукоприкладству не хотелось бы.
Подаю этой опухшей женщине стакан воды и таблетки. Она залпом выпивает это и откидывается обратно на кожаную декоративную подушку, которая не предназначена для сна.
— Что ты стоишь надо мной? Уйди, и так тошно. — шипит она с закрытыми глазами.
Можно мне билетик в один конец подальше от этой особи женского пола, которая подавляет во мне какое-либо самоуважение и с каждым днём все сильнее втаптывает в грязь.
Не успеваю я начать подниматься наверх по лестнице, как она вновь открывает свой рот.
