уходят из недр — будет взрыв. Станция погибнет. Спасательные команды заберут вас. Главное, чтобы труба эвакуационной капсулы не была деформирована. В любом случае — прощайте, ребята! Я хочу, чтобы вы спаслись.
— Дора! Дора!!
Но связь с Дорой была прервана…
Вот и Узел. Освещения уже нет, все вокруг шевелится, как живое — стены и пол. Вот и дверь, горящая оранжевыми полосками. Удар по красной кнопке — массивная дверь уходит в сторону: капсула внутри освещённая красноватыми аварийными светильниками, пять спасательных кресел по кругу. Удар по большой красной кнопке у двери, двери мягко закрылись. Хулио и Рикки уже в креслах — противоперегрузочная масса облепила их вязкой прозрачной пеной, Жорж падает в свободное кресло и погружается в противоперегрузочное желе, вздох, ещё один глубокий вздох — и вот раздался взрыв стартовых зарядов. Погружаясь в красный туман нечеловеческой перегрузки, Жорж успел услышать через скафандр, через сталь стенок спасательной капсулы, услышал каждой клеткой своего тела и мозга, услышал мегазвук: чудовищной силы, всеобъемлющий взрыв в недрах Луны…
Техники не видели, и не могли видеть, как их спасательная капсула уходила вверх по трубе, как за ней, буквально по пятам сдвигалась порода, деформируя и разрушая трубу, как, спустя десяток секунд капсула красным, раскаленным цветком вырвалась из скалы, которая, спустя мгновение вся приподнялась от квазимощного взрыва в ее глубинах, а потом медленно, подняв огромное облако пыли, сползла вниз, в огромный провал…
— Нарси! Жорж Нарси! Вы слышите меня? — настойчивый голос, женский голос возвращал Жоржа из чёрного бархата небытия.
Жорж открыл глаза: нежно — зелёные стены и потолок больничной палаты, лицо молоденькой медсестры, или доктора, красивое лицо, большие тёмные глаза, сочные розовые губы, аккуратный, чуть вздёрнутый носик и локон золотистых волос, выбившийся из-под шапочки. Красивая!
— Я живой! — сначала сказал, еле шевеля губами Жорж.
— Я живой!! — уже сильнее и громче. — Я живой!!
— Живой, живой, Нарси. Да живой ты, не кричи так! — силой удержала девушка Жоржа, попытавшегося приподняться.
— А где мои ребята? Где Хулио и Рикки? — спросил Жорж, немного успокоившись.
— Живы. Помяло их немного, но сейчас они в регенерации восстанавливаются.
— Хорошо. Очень хорошо… — снова стал впадать в забытье Жорж.
Сколько времени прошло ещё — Жорж не знал. Он плавал в океане, теплом и ласковом, плавал один и наслаждался покоем, и мягким светом заходящего за водным горизонтом солнца.
— Нарси! Жорж Нарси! — опять женский голос вернул Жоржа в реальность. Женский голос. До боли знакомый голос.
Жорж открыл глаза: возле койки сидела женщина в форме офицера Флота. Сидела и улыбалась, держа Жоржа за руку.
— С возвращением, Жорж Нарси!
Это голос Доры.
— Дора? — приподнялся Жорж на локтях. — Это ты?!
— Капитан — инспектор Сильвия Росс — улыбнулась в ответ женщина.
— Но голос, ваш голос, капитан… — растерялся Жорж.
— Я нейроматрица бортового компьютера Станции РДС-12. Вы не знаете о нейроматрицах, Нарси?
Жорж бессильно откинулся на подушку: он слишком долго был в Спейсе, он ничего не знал о нейроматрицах.
Но он, Жорж Нарси, был жив, а это главное…
Файл 2
ЕСТЬ ГОРОД ЗОЛОТОЙ …
1
Я потянулся руками, а потом всем телом до сладкой боли — хорошо — то как! Проснулся около десяти утра, выспавшийся и отдохнувший. Свежий воздух, удобная большая кровать, чистое белье, лёгкое, но приятное чувство после выпитого вчера вечером бокала дорогого коньяка во время ужина в ресторане отеля «Мариотт», здесь, в Селене — самом большом городе на Луне. Все замечательно!
И жизнь начинается заново. Я, Жорж Нарси, шеф — инженер Станции РДС-12, полот Флота второго класса, а это в табеле о рангах приравнивается к майору военного флота, уволен со службы без права на пенсию и выходного пособия. И, что самое смешное — без права ношения формы Флота по своему усмотрению. Что, что, а уж это меня колышет меньше всего, хотя, форма, конечно, красивая, но одевал я её за шесть лет службы всего три раза, и в последний раз — вчера, во время оглашения решения дисциплинарной комиссии Флота. Уволен за грубое нарушение Устава и должностных инструкций во время внештатной ситуации на Станции Луна РДС-12.
Да плевать, главное — что я выжил. И ребята мои выжили. Кстати, Рикки и Хулио остались на Флоте, им даже звания повысили. Звонили ребята вчера, ругали на чем свет стоит тех чинуш из Флота, которые уволили меня. А ещё благодарили за то, что я вытащил их из этой задницы во время гибели Станции. А потом пригласили меня сегодня на вечеринку, куда-то в Лиловый район — это самый отвязный район в Селене: бары, дешёвые рестораны, кайфхаусы, стрипбары, бордели и танцполы. Короче, сегодня вечером и ночью мы будем пить водку и текилу, курить траву, шляться по женщинам, драться с такими же флотскими, как мы, и просто наслаждаться жизнью.
«Жорж, ты нам теперь не начальник, так что мы покажем тебе настоящую жизнь Лилли. Оттянешься по полной. Мы платим за все. Долг платежом красен, ведь ты вытащил нас из той могилы на Станции!» — многообещающе пообещал Рикки.
Ну, что — ж, оттянуться, так оттянутся!
Как хорошо!
Я выполз, наконец, из постели и пошлёпал в мягких, голубых отельных тапочках в туалет. Потом я долго и с наслаждением мылся в душе, брился допотопными лезвиями, которые на днях купил в магазине «Ностальжи» (кстати, очень дорогими), кривлялся в зеркало, чистил зубы и все такое…
Потом я заказал завтрак себе в номер. Это было круто и очень дорого — проживание в «Мариотте» на полном пансионе, но Флот оплатил мне это удовольствие до конца недели — не рассчитали, видно, времени своих бюрократических проволочек с дисциплинарной комиссией. А мне хорошо! Живу уже в отеле пять дней, с
