— Зачем им нужно было его убивать? — спросил он.
Она открыла сумку, извлекла из нее какой-то предмет, завернутый в носовой платок, развернула и положила ему на ладонь кусок руды. Он оказался достаточно тяжелым и состоял чуть ли не из чистого золота… Первоклассная руда.
— Если там много таких самородков, вы можете чеканить монету, — заключил он.
— В этом-то и дело, мистер Шевлин. Рудник едва окупается, иногда мы в прогаре. Кусок руды мне прислали в посылке без обратного адреса и каких-либо пояснений. Тогда, чтобы прояснить ситуацию, я отправила на прииск человека. — После некоторых колебаний она продолжила: — Мистер Шевлин, я провела детство в Калифорнии и Неваде, где были шахтерские и скотоводческие города. По дороге сюда я тоже проезжала подобные поселки, но нигде не видела столь процветающих городов, как этот.
— Что вы от меня хотите?
— Я уверена, здесь открыто богатое месторождение и мое золото расхищают… разворовывают. Я хочу, чтобы вы узнали, так ли это, и если так, то кто покупает золото и где оно хранится. — Она посмотрела ему в глаза. — Я хочу, чтобы вы положили конец грабежу и вернули мне украденное золото.
Он недоверчиво улыбнулся в ответ.
— Не знаю, что вам сказал обо мне Бразос, мисс Теннисон, и чем я заслужил ваше доверие, но уверен, что на свете нет такого человека, который в одиночку смог бы сделать то, о чем вы просите.
— Вы можете это сделать.
Он пересек комнату и встал у окна, глядя на улицу. Пока она не сказала, ему и в голову не приходило обратить внимание на благосостояние города. Что-то неуловимое, конечно, настораживало, но, видно, он слишком устал после дороги, да и все его мысли были заняты Элаем Паттерсоном. Лишь теперь он понял, в чем дело. Бразос точно выразился: у горожан денег куры не клюют, и все трясутся от страха.
Но как можно победить порок, если в нем погрязли все?
Отвернувшись от окна, Майк спросил:
— Вы говорили, что кто-то хотел купить рудник?
— Первое предложение поступило довольно давно от Холлистера и Эванса. Я отказалась. Второе — через несколько месяцев от человека по имени Мэйсон. Он сообщал, что хочет закрыть рудник и восстановить скотоводческую компанию «Рафтер Н». Предложение Мэйсона вскоре повторили, но письмо пришло из «Рафтер Майниг компани». В нем говорилось, что их человек Мэйсон уже делал подобное предложение, и повторялось то же самое, только в других выражениях.
— Кто подписал письмо?
— Некто Бен Стоув.
Бен Стоув!
Когда Шевлин последний раз видел его, тот жил в заброшенной фермерской хижине, понемногу воруя скот и гоняясь за дикими табунами. А теперь вознамерился купить рудник?!
— То, что вы сказали о городе, — чистая правда, — спокойно произнес он. — Чистая правда. Он процветает. Скорее всего, все, кто связан с рудником, и являются расхитителями, если там действительно есть что красть. И каждая контора в городе продает или покупает золото. Что касается возвращения вашего золота, полагаю, это из области фантазии. Его, должно быть, уже реализовали через легальную торговую сеть.
Она поднялась.
— Мистер Шевлин, золото не так легко утаить. Вам, без сомнения, известно, что золото двух разных приисков отличается друг от друга. Его трудно сбыть так, чтобы об этом не стало известно. Ни о каких торгах сообщений не поступало, необъяснимо возникшее золото нигде не появлялось. Вы считаете меня глупой девчонкой, но поверьте, я разбираюсь в горном деле, и неплохо. Мой дед растил меня как мальчишку и среди прочего обучил всему, что касается бизнеса, золота и торговли. Агентство Пинкертона проверяет для меня продажу золота, не говоря уже о том, что я могу узнать из обычных биржевых источников. Побывав здесь, я убедилась, что агенты Пинкертона едва ли способны разобраться во всем, что происходит. Чтобы вскрыть нарыв, требуется человек, знакомый с местными особенностями.
Он с уважением посмотрел на нее. Эта девушка знает, чего хочет, и прекрасно понимает, как добиться желаемого.
Расхитительство, кража богатой руды с рудника или из плавильного цеха всегда с трудом поддавались контролю. Раздевалки, в которых рабочие переодевались из рабочей одежды в обычную, могли частично предотвратить воровство, точно так же как проверка личных вещей. Но там, где есть высокосортная руда, всегда найдется способ ее похитить.
Если ее предположения правильны, то люди, управляющие рудником, наверное, сознательно предоставляют рудокопам возможность воровать, чтобы вовлечь их и все общество в целом в преступную деятельность. Большую же часть золота администрация попросту присваивает, допуская в легальную торговую сеть лишь его малую долю, которую потом сама и скупает, чтобы изъять криминальный драгметалл из обращения.
Чтобы система действовала, требуются деньги, безоговорочное подчинение и определенная хитрость. Как только рудник попадет в собственность управляющих из числа расхитителей, они смогут предпринять другие шаги, а пока выжидают. Однако им, без сомнения, известно, что такого рода деятельность долго продолжаться не может. И время уже подпирает.
— Я вам заплачу, мистер Шевлин, — продолжила девушка, — и заплачу неплохо. Даю десятую часть того, что удастся вернуть, и если мои расчеты недалеки от истины, то похищенное примерно составит миллион долларов.
— Вам пришлось бы довериться мне. Что помешает мне, найдя золото, оставить его себе?
Она улыбнулась ему.
— Мистер Шевлин, у вас очень плохая репутация. Говорят, что вы головорез, воровали скот, принимали участие в групповых перестрелках, когда-то дружили с теми самыми людьми, которые меня теперь грабят. Все это мне известно. Но, несмотря ни на что, я вам доверяю. — Она подобрала подол юбки и подошла к двери. — Видите ли, Бразос не единственный человек, который назвал мне ваше имя. Когда-то давно я слышала, как мой дядя рассказал моему деду, что в Рафтере есть один человек, на которого можно положиться при любых обстоятельствах. Что бы о нем ни болтали, сказал он, Майк Шевлин — честен и заслуживает доверия.
Да кто, черт возьми, мог ей сказать про него такое? Отвернувшись, он опять подошел к окну, чтобы она не заметила, как глубоко тронули его эти слова.
— Ваш дядя не мог меня хорошо знать, — произнес он.
— Он полагал, что знает, и верил в вас. Вы тоже его хорошо знали, мистер Шевлин. Его звали Элай Паттерсон.
Глава 3
Грянула буря. По небу неслись редкие облака, сквозь которые, как огни далекого города, сияли звезды.
Он стоял один на залитой лужами улице посреди враждебно затаившегося города. Уже перевалило за полночь, и лишь несколько фонарей освещали мокрый тротуар, грязную дорогу и пустые глазницы ложных фасадов магазинов.
