недвусмысленно уставился на меня.
— Стерлинг, ты идиот?
Я решил не отвечать.
— Забудь. У нас и раньше не было и шанса собрать какую-то вечеринку, а уж после твоего сегодняшнего перформанса на дне второкурсника — этого, с Анжелой… мы с тобой превратились в главное посмешище Академии, — он цокнул языком. — Да и после того, что ты сделал с этими бугаями… мы резко откатились поближе к началу пирамиды Маслоу. Какая уж тут, блин, популярность…
Пётр закрыл лицо ладонями и замолчал.
Пока что я решил не сообщать ему, насколько серьезно я настроен касательно этой тусовки. Хотя, сказать, что устроить это очень просто, я бы тоже не смог.
Как заставить толпу народу прийти на вечеринку к двум позорным неудачникам?
Очевидный вариант — сделать так, чтобы они не были неудачниками. Взять Петю, отправиться в какой-нибудь лесок, чтобы никто не мешал, и там заниматься спортом. Привести свои тела в порядок… найти себе стилистов… подтянуть навыки коммуникации…
Минимум полгода.
С-сука.
— Мой брат… р-раздавит тебя нахер, — внезапно раздалось откуда-то снизу.
А Кислевский довольно быстро очнулся.
— Тебе и твоему дружку… — амбал не мог подняться, лишь полусознательно изрыгал проклятия. — Да брат вас при всех…
Отлично.
— Кто там твой брат? — уточнил я со смешком.
Глаза у Петра тут же стали по пять копеек; видимо, говорить ему было слишком страшно, поэтому он просто скрестил ладони и всем своим жалостливым видом попытался донести, чтобы я не прекратил вести эту задушевную беседу с Кислевским.
— Антон Кислевский, мудила…. — бугай приподнялся с пола. — Будущий муж бабы, по которой ты течешь, урод. И, по совместительству — первый мечник герцога.
Значит, его брат важная и влиятельная шишка в этом месте? Отлично, отлично. Я широко улыбнулся.
— А, это чмо… — я рассмеялся, — Передай, что я ему жопу порву.
Петя отчаянно начал дёргать меня за рукав; его веко дергалось так быстро, что, казалось, ещё немного, и он бы мог на нем взлететь.
Я подошёл к поднявшемуся на ноги Кислевскому, прошёл мимо него и открыл дверь из комнаты.
— Забирай своего дружка и вали отсюда, — я указал рукой на коридор. — А брату передай, что если мы завтра не встретимся до пяти вечера, то он, как там это говорится… — я с улыбкой оглянулся на побледневшего Петра. — Слитый лох, во.
Кислевский посмотрел на меня с широко распахнутыми от удивления глазами, но больше ничего говорить ничего не стал; спустя двадцать секунд как его, так и Каменева в комнате уже след простыл.
Мне же внезапно прилетел удар в затылок.
— ТЫ ЧЁ ТВОРИШЬ⁈ — Петя орал как резанный. — СТЕРЛИНГ! БЕГОМ ИДИ ИЗВИНЯТЬСЯ ПЕРЕД АНТОНОМ КИСЛЕВСКИМ!! Я НЕ ШУЧУ!!!
— Ничего я не творю, — хмыкнул я. — Просто жду.
— Смерти нашей⁈ — в отчаянии всхлипнул очкарик.
— Нет, ответа этого… Антона.
Пётр закачал головой и истерически рассмеялся, уже больше в качестве защитной реакции.
— Ты думаешь, первый мечник будет лично с тобой разбираться? Да ты для него просто дерьмо из-под ботинка! Просто… червяк! Просто… грязь! Он каждый день с самим герцогом видится… Ему точно не до тебя. Но это не значит, что он это проглотит…
Петя резко бросился к своей кровати и принялся быстро швырять вещи в рюкзак.
— Может… ещё успеем свалить…
Парень думал быстро. Это хорошо. Жаль только, думал он в другую сторону от той, что нужна нам. Хотя определенная логика в том, что первый мечник (что бы это не значило) не прибежит ко мне по первому запросу, была.
— Ты хочешь сказать, что он просто пошлёт ещё шестерок?
Само по себе это не то чтобы большая проблема. Вот только и толку для меня в этом мало.
Петя обернулся, не переставая утрамбовывать вещи в свой баул.
— Да. Но только это будут уже не Кислевский с Каменевым. Это будут натуральные головорезы. Во что ты меня, бл*ть, втянул…
Я рассмеялся.
— Как втянул — так и вытащу. Где тут у нас главный зал?
— Зачем тебе туда?
— Ну, — я улыбнулся, — мы же хотели тусовку.
* * *
Он хорошо знал историю.
Отлично осознавал, почему мир устроен так, как он устроен.
Был уверен, что длительное отсутствие больших войн — не более, чем историческая аномалия, границы — условны, а пацифизм — губителен.
Знал, что на рождение в привилегированной семье стоит смотреть лишь как на приятный бонус к тонне стараний, которые нужно без малейшей жалости в свой адрес прикладывать каждый день к тому, чтобы становиться лучше, сильнее, умнее.
Разбирался в литературе, кинематографе и шахматах. Хорошо танцевал и добился значимых успехов в спорте.
Он не сомневался, что скоро герцогство сгорит в огне битвы и утонет в море крови.
Единственное, чего он не понимал…
Так это нахера ему нужна эта долбанная Анжела⁈
Антон Кислевский туго затянул длинные, светлые волосы в хвост и ловко перебросил клинок из левой руки в правую.
Удар.
Деревянный манекен резко изогнулся, разбрасывая щепки во все стороны.
Нет, ну как же невозможно его бесила эта наивная, наглая дура. Парень злобно стиснул зубы, представляя на месте деревянного болванчика с плохо нарисованной рожицей свою будущую невесту.
Удар.
Хватка парня была такой сильной, что он практически не ощутил отдачи.
Подумать только. Все его друзья начинали активно заниматься боевыми искусствами и выплескивать злость на спортивном инвентаре, как правило, уже после того, как разошлись со своими вторыми половинками.
Удар.
А он даже сойтись ещё не успел!
Одна из щепок впилась в бледную щеку Антона, но он этого даже не заметил. Он посмотрел на истерзанный мечом кусок дерева перед собой и нахмурился.
Это какая же в таком случае страшная участь уготована его манекенам для фехтования уже после того, как они с Анжелой Аквиллой сыграют свадьбу?
Ему даже стало немного жаль эти деревяшки, на которых он уже тринадцать лет как без устали отрабатывал рубящие удары мечом.
Антон перехватил рукоять покрепче.
Нет, конечно, Антон немного лукавил. Он, наверное… возможно… с натяжкой… догадывался, зачем родители выдают его за дочь герцога. Она же дочь герцога, в конце концов.
Звук от ещё одного удара по манекену разнёсся по тренировочному залу.
Дочь герцога… Да в стране тьма тьмущая этих герцогов и их дочерей!
Конечно, Антон был взращен на идеях патриотизма. Наше герцогство самое лучшее, самое
