себя некорректно, больше такого не повторится.
«Да, а извиняться ты за это не стал», — подумала я и поставила ему ещё один минус в свою воображаемую тетрадку.
— Давай поговорим, но не здесь, — сказал он, беря меня снова за руку и отводя в сторону от коридора под нишу у окна.
Сопротивляться было глупо, возможно, нам действительно стоит всё обсудить ещё раз. Я была готова идти на уступки, понимая, что общаться всё равно придётся. Мы же студенты одной академии.
— Что ты хотел обсудить? — я сложила руки на груди, показывая, что открываться ему в полной мере не намерена, даже если и веду диалог.
— Я нашел способ сокрытия татуировки, но для него нужна наша кровь и это должно быть общее решение.
— Послушай, Крис. Мне она совершенно не мешает. Её из-под манжет даже и не видно.
— Ты уверена? Больше предлагать не стану, — он ухмыльнулся, немного приподняв бровь.
Обаятелен, конечно, мерзавец, когда хочет. Интересно, много ли девчонок за ним бегает. О нет, почему я об этом думаю? Ну какая мне разница сколько, да хоть вся академии. Стоп! Внезапная мысль прервала самобичевание и копание в себе.
— Так ты хочешь скрыть татуировку, чтобы она не мешала тебе встречаться с другими девушками! — мой голос прямо-таки сочился радостью. Но не от предполагаемых встреч моего жениха с другими, а от понимания происходящего.
— Не говори ерунды, — Крис нахмурился, — я ни с кем не встречаюсь и не встречался. По крайней мере, дольше двух недель.
— Да вы позёр, однако, — я закатила глаза. И он ещё хвастается сроками. Тут бы я его обыграла — я даже меньше не встречалась.
— Шучу, — примирительно поднял руки, — а если серьёзно, то убрать видимость или нет? Уверен, что у твоих подруг возникнут вопросы.
— О, с ними я разберусь. По крайней мере, на походы в кафе и прочее это не повлияет.
— Прочее?
— Ты же сам сказал — тогда, в саду, — что я могу заниматься тем же, чем и прежде до помолвки. Так что воспользуюсь твоим советом, — я даже подмигнула. И куда делась вся обида на него. Неужели я такая отходчивая? Где моя тетрадка с минусами…
— Да, сказал. И ты решила сразу же ему последовать?
Я непонимающе смотрела и ждала пояснений.
— Парень у перехода. Кто он?
— У нас много студентов в академии, если ты не знал. Так что если это все, что ты хотел мне сказать, то я пойду.
Я видела, что он не хотел меня отпускать, но и ругаться снова тоже не хотел. Да и что мог сказать — «Не подходи к парням и не подпускай их к себе»? Пока у него не было такого права.
— Увидимся, — он не стал меня задерживать и отошел в сторону.
Про Лизи я совершенно забыла. Более того, спустившись в столовую, я не думая набрала на поднос гору еды которую мне никогда не съесть одной: овощное рагу с мясом, салат, печеные пирожки, сок и — совсем непонятно зачем — чай с молоком, который я никогда раньше и не пила. Итак, что я имею: жениха, который ведёт себя, мягко говоря, странновато, — то не хочет ничего обсуждать, то сам начинает общение, да ещё и какая-то странная претензия про Алекса. Не всё ли равно ему, с кем я общаюсь? Интересно, когда же я начну находить ответы на вопросы, а не складывать в копилку новые.
От размышлений меня отвлёк голос сестрёнки.
— Как ты могла! — визг Сильвии прекратил абсолютно все разговоры в столовой, включая и за ректорским столом. Ей надо было идти в оперные певицы, а не в боевики, с ее-то внешностью и голосом она могла стать примой. Хотя, возможно, на это и расчет — враг явно будет не готов к такому ультразвуку из уст милой девушки. Она подошла прямо к столу вместе со своими подругами.
— Могла что? — я устало потёрла переносицу. Бывают такие ситуации, когда находишься немного в ступоре от происходящего вокруг. Это был именно такой случай.
— Зачем ты к нему лезешь? Крис Вебер знать тебя не желает. Ты — навязанная невеста, обуза, доставшаяся ему по воле родителей.
Я не знала, плакать или смеяться. Если Крис хотел скрыть информацию о нашей помолвке, то Сильвия была готова сообщить об этом всем, да ещё и в такой ультимативной форме.
— Так забирай себе, не стесняйся, — посмотрела её прямо в глаза. Такое чувство, будто она думает, что я от этого в восторге. Что за глупость! Радоваться тому, что тебя продал родной отец.
— Ты же знаешь, что не могу. Твоя магпомолвка не даст мне этого сделать.
А вот и третье действующее лицо пришло. Я смотрела на вошедшего и замершего на входе в столовую Криса и злилась. У одного необъяснимые перемены в настроении, вторая устраивает истерику на ровном месте. Если бы хотели быть вместе, то надо было ставить в известность родителей до подписания договора, а не меня — после.
Пока я засмотрелась на ещё одного участника нашей драмы, Сильвия времени даром не теряла. Она взяла с моего стола мой же сок, к которому я ещё не успела притронуться, и выплеснула прямо мне в лицо. Между прочим, мой любимый апельсиновый.
Какие же это непередаваемые ощущения, когда холодная сладкая жидкость стекает по лицу прямо в вырез блузки, оставляя на ней и коже мокрые разводы. Хорошо, что лицо было не накрашено, иначе к соку присоединились бы и остатки макияжа.
Похвалив себя за усердные ночные тренировки со стихией в ночь перед отъездом, воздухом высушила лицо и одежду, от грязных разводов это меня не избавило, но я хотя бы перестала походить на мокрую кошку. Ну что ж, Сильвия, раз ты первая начала, то… Я встала, махнула рукой, создавая пасс, и подняла вверх чай, собирая жидкость в воздухе и оставляя кружку стоять на столе. Удерживая жидкость потоком воздуха, поднесла прямо к испуганному лицу Сильвии. Да, не очень приятно, когда твоя же несдержанность в действиях оборачивается против тебя, ну что поделать. Если спустить ей с рук этот поступок, то кто знает, как далеко может зайти её фантазия дальше.
— Ты не посмеешь! Использовать силу вне полигона запрещено. Я читала правила, я знаю, — она уперла руки в бока, радуясь своему преимуществу и с превосходством смотря на меня.
Сильвия была так зачарована моим представлениям, что даже не заметила, что воду я удерживаю лишь одной рукой, а второй завязываю её шнурки на ботинках. Да, по-детски, но я действительно
