громкие команды принялись слаженно пробивать оббитое металлом дерево.
Стратег, не впервые участвующий в битвах у Змеи и сейчас встретивший не такое серьезное сопротивление, как раньше, посчитал это своей заслугой: верно выбранное время и грамотно расставленные дозорные не выдали его планов по штурму раньше нужного, и он нанес неожиданный удар. Когда ворота разлетелись вдребезги, и солдаты стали проникать внутрь защитного сооружения, опытный воевода понял, как сильно он ошибся.
Из темноты, с фланга, на армию налетела тысяча всадников Афины, принявшись рубить головы разбегающихся в разные стороны воинов. Оказавшись зажатой в тиски, основная ударная сила Ареса потеряла единство и слаженность, вынуждено разбившись на немногочисленные группы, что поставило крест на всем наступлении. Смерть была неизбежна, однако войско Бога войны приняло ее с достоинством, бок-о-бок с собратьями и верным оружием в руках.
— Тебя вновь обхитрили. В который раз, Совет?
— Я сбился со счета несколько лет назад. — Солон уже давно предлагал снять с Николаоса ответственность за северный фронт и всячески способствовал этому.
— Пора бы мне прислушаться к старику.
— В этот раз мы не сдадим позиции! — набрался храбрости Никола.
— Вместо настоящего результата ты только обещаешь и пускаешь мне пыль в глаза. Твоя поспешность и вспыльчивость уступают стратегии Афины. Я даю тебе лучших людей, которых имею, выполняю любые запросы и не жалею никаких денег, чтобы добиться победы. Однако пока только проигрываю. — Арес закипал на глазах. — Я устал от горечи поражения и потерянных солдат! Мне нужен более хладнокровный человек на твоем месте.
Николаос в мгновение сделался мрачнее тучи, зная, что от неудовлетворенности покровителя его ничто не спасет. В порыве гнева Бог мог сказать разное, но сейчас он был рассудительным, и это страшнее всего.
— Клеистэнэс. — Арес перевел взгляд со сгорбленного старика с внушительной седой бородой и бакенбардами на своего второго эпистратега. — Ты порадуешь меня сегодня?
— Мои войска продолжают удерживать леса и отбивать нападения по ширине всей границы, мой Анакс. Мы накапливаем силы, чтобы нанести массированный удар и отбросить Артемиду еще дальше.
— Что до Башни? Наступление планируется и там?
— Умрет слишком много людей. — Мужчина на секунду взглянул на Олимпийца карими глазами и тут же вернулся к своим записям. — Мы не знаем гор так же хорошо, как враг. Они постоянно обустраивают новые засады, которые разведчики не успевают обнаруживать. У Артемиды слишком выгодные позиции — я придерживаюсь мнения, что необходимо властвовать на море, перекрывая доступ к поставкам оружия и продовольствия.
— Взять в осаду сотни миль суши, — попробовал предложение на вкус Арес. — И сколько лет остров будет истощаться?
— Десятки. — Клеис облизнул губы. — Может сотни.
— Основной материк меня привлекает больше, — отклонил идею Бог. — Каковы шансы на успех? Не приукрашивай правду, лучше сознайся во всех огрехах сразу.
— Нам не хватает лошадей и стрел. Лучники противника считаются лучшими во всем Гаиа — они расстреливают нашу пехоту еще на подходе, из-за чего мы вынуждены отвечать им тем же. От всадников люди Артемиды избавляются по-своему: кончают животное, а затем расправляются с выпавшими из седел солдатами. Ко всему прочему с недавних пор они подкупают обывателей, чтобы те сжигали наши конюшни и убивали наш скот. Отныне мы никого не пропускаем через границу.
— Не впервые в истории нашей с Артемидой войны она демонстрирует свою истинную натуру. Должно быть, ей известно о готовящемся нападении — враг пытается спровоцировать нас на поспешные действия. Тебе придется повременить с натиском. Продолжай накапливать силы, а озвученный недостаток я восполню.
— Благодарю, Анакс.
Бледнолицый морщинистый старик внимательно наблюдал за Аресом впалыми глазами, хмуря седые брови и ожидая своей очереди.
— Ты знаешь, как я не люблю слушать твои отчеты, — неохотно обратился Бог к Солону. — Ты вечно проливаешь свет на проблемы государства, заставляя меня злиться.
— Я принес новости о будущих Героях Посейдона, — невозмутимо сообщил Сол.
— Но все становится еще хуже, когда ты упоминаешь наших врагов.
— В Триаине на днях прошел отбор на получение метки среди претендентов на статус Героя. Наш человек, наблюдавший за ходом испытаний, сообщил, что в этом году у них подобралась очень сильная группа. Я настоятельно рекомендую незамедлительно послать солдат в пустыню, чтобы помешать противнику обзавестись новыми одаренными.
— Тебе известно, что такие решения наскоком не принимаются. Даже если закрыть глаза на вопрос целесообразности отправления войска так далеко ради предотвращения инициации пары десятков молодых людей, то для выполнения этой задачи мне необходимо прямо сейчас оставить все дела, выдвинуться на север, собрать ответственных за разведку людей и составить вместе с ними маршрут, который гарантирует, что отряд останется незамеченным патрулями Афины и Посейдона. Также мы будем должны определить конкретную точку вхождения Героев и их подопечных в пустыню, чтобы устроить засаду. Почему я узнаю о готовящейся инициации так поздно?
Солон вытащил из-за пазухи аккуратно сложенное письмо и передал его Аресу. Негодующий от проигнорированного вопроса Олимпиец разгладил пергамент: с каждой прочитанной строчкой его брови поднимались все выше, а сжатый рот открывался все шире.
— Хесперос, когда будут готовы наши воспитанники? — обратился он к пятому участнику Совета, который отвечал за подготовку будущих солдат со способностями.
— Не раньше, чем через три месяца, Анакс.
— Это хороший вариант, Сол. Рискованный, но хороший. Отправь птицу в Раскол и приготовься временно взять бразды правления в свои руки. Завтра, перед отбытием, я пошлю за тобой человека. На этом собрание окончено.
По неровному каменному полу заскрипели отодвигаемые клисмосы, и члены Совета стали спешно покидать лесху. Отворившаяся дверь впустила внутрь ослепляющие лучи утреннего солнца и освежающий поток прохладного ветра, от которого языки пламени в стенах заиграли с удвоенной силой.
— Анакс, у меня имеется еще одна новость, — остановил поднявшегося Ареса Солон. — За закрытыми дверьми.
Намеревавшийся успеть решить все насущные дела до завтрашнего восхода Бог присел обратно.
— Докладывай скорее.
— Вы приняли окончательное решение по Николаосу? — спросил старик после того, как они с покровителем остались вдвоем. — Вы его, наконец, замените?
— Не забывай, с кем говоришь!
— Приношу извинения, Анакс, но чем дольше вы будете тянуть с решением, тем больше людей потеряете. Из-за Николаоса мы топчемся на месте уже несколько лет, а вы только и грозитесь выгнать
