Лысенко рассовал по карманам штанов магазины и, повесив на шею АК, бросился следом.
Гроза – долгожданный подарок небес – незаметно стихла. Из-за туч одним глазом выглянула желтая луна. Ее свет искрами играл в дождевых каплях, стекавших с листьев травы и деревьев.
Шли молча, хотя у Егора на языке вертелась целая куча вопросов, на которые он хотел бы получить ответы. В голову лезли нехорошие мысли, навеянные рассказами военных о Зоне. Особого ужаса не ощущалось, так как Лысенко не очень доверял балагурам, типа прапорщика-земляка, но парочка черных кошек все же скребла на душе.
Неожиданно в просвете между деревьями показались крыши заброшенных, полуразваленных строений. Вдали справа раздался зловещий собачий вой. У Егора под мокрой курткой по спине поползли колючие мурашки. Он списал это на первобытный страх любого человека перед подобными ночными звуками и сосредоточился на ходьбе по раскисшей от ливня земле. Именно сейчас почему-то не хотелось думать о плохом, ухудшая и без того постепенно портящееся настроение. Как ни крути, а теперь он действительно стал преступником…
Путники приблизились ко второму слева дому, крыша которого уцелела лучше других, перебрались через удивительно хорошо сохранившуюся изгородь и остановились возле прислоненной к чердаку деревянной лестницы.
– Лезь наверх и прикинься ветошью, а то здесь жители нервные, сначала стреляют, а потом спрашивают, как звать, – проинструктировал сталкер.
– А ты? – Егор волновался все сильнее.
– А я предупрежу Варяга, чтобы он до утра упрятал своих цыплят, и побеспокою старую крысу Харитона, – Старый, стягивая камуфляж, хмыкнул. – Не боись, перекантуемся немного здесь, а потом дальше двинем. Не люблю оставлять дела незавершенными.
– Руки в гору, а то щас дуплетом жахну! – послышалось из-за угла дома. В лица собеседникам смотрели жерла стволов старенькой «тулки».
Лысенко вздрогнул от неожиданности. Он только хотел расспросить проводника об этой деревне и загадочном хищнике, а тут такой поворот. Его руки уже было потянулись вверх, но тут раздался голос Старого:
– Опусти пукалку, – опытный сталкер спокойно вытаскивал ногу из армейских штанов.
– Щас, разбежался! – прошепелявила голова из-под капюшона коричневой кожаной куртки.
Недавний пленник выпрямился и передвинул автомат на грудь.
– Убери ствол! – приказал обладатель такого же, как и у Старого, костюма, незаметно появившийся с другой стороны дома.
Сердце Егора снова ухнуло в пятки. «Неужели все так глупо закончится?» – промелькнула трагичная мысль.
– Варяг, можно я выбью последние два зуба твоему гадкому утенку? – спросил у незнакомца сталкер, пожимая протянутую руку.
«Твою мать! Если не пристрелят – так от инфаркта окочуришься», – пытаясь унять колотящееся в груди сердце, отходил от испуга Лысенко.
– Гуня, иди гуляй, – велел командир подчиненному. – Старый, на кой хрен ты выключил КПК? Ведь мой птенчик мог с перепугу наделать в тебе дырок, как в голландском сыре.
– Отобрали его вояки, а насчет своих инкубаторских ты сильно преувеличиваешь.
– Так, подожди, я чё-то не понял, а это что за фрукт? – кивнул в сторону незнакомца Варяг.
– Это Егор. Он помог бежать мне из-под ареста, и теперь я ему многим обязан. Ты знаешь – я свои долги всегда плачу!
– Ты бы переодел своего спасителя от греха подальше… – предупредил сталкер.
– Ладно, дружище, мы наведаемся к Харитону, а ты собирай новичков и уводи их куда-нибудь, а то с утра или даже через пару часов Сивоконь обыщет здесь каждую кочку и, возможно, вызовет «вертушки». – Они еще раз пожали друг другу руки, и Варяг растворился так же, как и появился. – Планы меняются. Пошли в бункер, – потянул Егора за рукав Старый.
– Ты мог предупредить, что знаком с местным населением! – сокрушался парень на ходу. – Меня чуть кондратий не хватил с перепугу.
– В штаны не наложил? – хохотнул проводник и уже серьезно добавил: – Привыкай! И запомни: в Зоне нельзя расслабляться ни на секунду. От того, насколько быстро ты среагируешь на опасность, зависит не только твоя, но и моя жизнь. Мы сейчас должны прикрывать друг друга по мере возможности, невзирая на опыт и личные отношения.
На краю деревни, между высокими старыми деревьями, зиял провал с металлическими дверцами, похожий в темноте на раскрытую пасть высунувшего из земли морду фантастического червя. Старый без остановки нырнул во чрево бункера, и, как только его голова поравнялась с уровнем земли, тихо произнес:
– Осторожно, здесь крутые ступеньки.
Нащупывая ногами путь и скользя рукой по стене, Егор стал медленно спускаться. Когда он очутился на промежуточной площадке, внизу раздался металлический стук, а затем громкий окрик:
– Открывай, старый скряга, мимикрим пришел! Буду целовать тебя в бороду!
Из-за закрытой железной двери, как из преисподней, послышался длинный поток брани, из которой только два первых слова можно было употреблять в приличном обществе. Через минуту щелкнул замок, и поток яркого света на миг ослепил гостей. Уже через мгновение они предстали перед заспанными очами Харитона.
– Старый, сволочь! Ты можешь хоть раз прийти по-человечески? Тебе что, доставляет удовольствие будить меня за полночь? Десять солитеров тебе в задницу!
– Да ладно тебе ворчать. После каждой такой ночной побудки ты кладешь себе в карман больше, чем зарабатываешь за неделю в светлое время суток.
Сталкер облокотился на прилавок, который отгораживал часть помещения, забитого оружием, амуницией, продовольствием и разным барахлом, от площадки у двери.
– Давай листок и ручку, я напишу тебе список, и, пока мы поедим твоей несъедобной колбасы, ты поработаешь сверхурочно.
– С каких это пор ты стал обременять себя отмычками? – хмыкнул Харитон, косясь в сторону Егора.
– А это мне на сдачу в супермаркете дали! – мелким почерком заполняя листок, вырванный торговцем из блокнота, ответил сталкер.
– Эх, дошутишься ты когда-нибудь. Как с тобой Молчун третий год уживается? – кряхтел Харитон, выуживая из холодильника хрущевской сборки колбасу и маринованные огурцы.
– А мы друг друга дополняем. Он молчит, а я ему сказки рассказываю, – сталкер протянул листок торговцу.
– Ну-ну, – проворчал тот, углубляясь со списком в свои закрома.
– Ешь, а то в ближайшее время нам будет не до еды, – нарезая хлеб, пробурчал Старый.
Егор уплетал за обе щеки, наблюдая за Харитоном, который аккуратно складывал в новенький армейский рюкзак товар заказчика. Малоподвижная с виду туша торговца порхала по складу с завидной легкостью. Тонкие кривые ноги в комнатных тапочках мельтешили под сенью свисающего пуза, придавая фигуре гротескный вид ощипанного цыпленка. Яркий свет «стоваттки» бликовал на лысине, моментами исчезая в редком кустике уцелевших в центре волос. Пухлые губы беззвучно шевелились, помогая мозгу производить сложные вычисления.
Не успела тарелка с колбасой опустеть, как торговец причалил к прилавку и водрузил на него располневший рюкзак. Рядом легли: новенький КПК, два фонарика с креплениями на оружейные стволы, необычный прибор с зеленым экраном, пара респираторов и нож. Все это накрыла тяжелая кожаная куртка черного цвета с капюшоном.
– С тебя пятьдесят тыщ, – деловито констатировал барыга.
Старый поперхнулся огурцом и закашлялся.
– Слышь, ты чё, охренел? Это же почти двойной тариф?!
– Это компенсация морального ущерба! Да к тому же, если я правильно понял, мне на несколько дней придется закрыть лавку на переучет. Так что, у тебя на счету остается всего пять кусков, – довольно оскалился торговец.
– Виверну тебе в кровать и свинорыла на подушку! – с досадой воскликнул Старый и заглянул в рюкзак.
– С каких это пор ты перестал мне доверять? – насупился Харитон.
Сталкер вытащил четыре магазина к АК и стал разглядывать патроны. Его лицо подозрительно нахмурилось. Морщины на лбу проступили сильнее.
– Что-то не так? – забеспокоился барыга, нервно пригладил рыжую растительность под носом и перегнулся через прилавок поближе к разнесчастным магазинам.
– Тебе не кажется, что патроны выглядят не золотыми? – Старый укоризненно повел бровью и сунул под нос торговцу предмет своего недовольства.
Харитон отпрянул, сполз с поверхности прилавка, недоуменно заморгал глазенками и спросил:
– С чего ты решил, что они должны быть золотыми?
– Так сто́ят – будто рыжье у цыганки! – возмутился недовольный покупатель. Ни один мускул не дрогнул на серьезном лице сталкера.
– А не пошел бы ты?! Вот придурок! – туша торговца плюхнулась в добротное офисное кресло. Уголки рта тронула легкая язвительная улыбка. – Эх, дошутишься ты, Старый! – пухлые ручонки скользнули на поверхность пивного аквариума, сцепив пальцы в замок.
