здесь Экрацем Хвалом. Вскоре к нему прибежал слуга и сообщил во всеуслышанье, что пришла беда. Что за беда — непонятно. Турнир закончился, поэтому мы отправились отдыхать.
— Господин, в палатке никого нет. Только трое человеческих рабов.
— Как ты стал наставником дочери Князя? — владыка всё ещё крутил в руках золотой лист с подписью отца Альтаи. Спесь с дознавателя сошла. Одно дело проявлять силу и давить авторитетом на безродных искателей, другое — на тех, кто имеет такие тесные связи с племенем Рин.
— Мы познакомились во время учёбы в школе Синего Лотоса, — охотно ответил я. — Затем выиграли турнир воинов, включая финальную часть в центральном дворце, за что получили право на посещение источника. Собственно, после этого Альтая Рин стала нашей ученицей. Князя и его помощников впечатлили наши навыки. Старший, могу я поинтересоваться, что произошло? Отчего такое пристальное внимание двум искателям, путешествующим между двумя мирами?
— Искатель Зандр и искатель Вилея, — медленно произнёс владыка. Ещё раз взглянув на золотой лист, он вернул его обратно. — Да, припоминаю что-то подобное. Школа Синего Лотоса увеличила плату за обучение из-за вашей победы. Что за завтрак?
— О! У меня есть хобби — каждое утро готовить что-то новенькое. Когда мы путешествовали в мире людей, мне удалось достать книгу с кулинарными рецептами. Вот, проверяю, насколько они хороши. Сегодня, без ложной скромности, завтрак мне удался. Приглашаю старшего попробовать моё творение и лично оценить уровень моего мастерства.
Да, Альтаи мне катастрофически не хватает. Одно дело разговаривать с позиции силы, когда ты понимаешь, что способен уничтожить своего противника и защититься от его первой, может быть даже второй атаки. Другое — когда тебе приходится играть словами, внимательно следя за тем, что и как ты говоришь. Всё же тройное сопряжение, которое давало мне возможность пользоваться составными техниками, являлось весьма ультимативным фактором в разговоре с владыками. Сейчас такого нет. Как нет и понимания того, как развивать сопряжённое ядро духа. Пока его не будет, придётся вспоминать слово «старший».
— Да, что-то в этом есть, — владыка, что даже не удосужился представиться, съел всё, что я положил ему в тарелку. — Как долго собираетесь находиться в Ка-Далине?
— Планировал ещё несколько дней, однако вчера мне удалось получить у Экраца Хвала расписку на десять тысяч духовных монет. Банка в этом городе нет, так что придётся двигать дальше. Куда — ещё не определился, особых планов у меня нет. Мы только неделю назад явились из длительного похода в мир людей, вернули Альтаю Рин в центральный дворец и, наконец, у нас впервые за долгое время появилось свободное время. К сожалению, наши преграды нависли над нами гранитными плитами, так что нам ничего не остаётся, кроме как искать интересные места в первых четырёх кругах и радоваться им.
— Полагаете, выше мастера вам не прыгнуть? — спросил Экрац Хвал. Причём спросил без разрешения владыки-дознавателя. Как я и думал, статус этого демона в секте весьма высок.
— И у меня, и у моей жены, к сожалению, есть преграды, ломать которые, наверно, каким-то образом можно, но прямо сейчас я не представляю, как это делать. Это данность, с которой мы живём долгое время и справиться с которой собственными силами пока не можем.
Какая всё же красота, когда можно говорить о двух совершенно разных вещах, при этом смысл сказанного одинаков что для первой, что для второй темы. Экрац Хвал явно намекал на преграды возвышения, я же сокрушался о том, что у меня существуют плотины на теле и духе. И да — прямо сейчас я не имел ни малейшего понятия о том, как их ломать. Логика подсказывала, что нужно становиться владыкой и тогда всё произойдёт, но обоснования своей уверенности у меня не было. Тем не менее Экрац Хвал не унимался:
— Однако разобраться с проблемой ты всё же хочешь?
— Кто же этого не хочет? Возвышение — это та цель, ради которой идущие к бессмертию и существуют. Ничего, что-нибудь придумаем. Если существует преграда — значит существует и способ её преодоления.
— Здесь я дальше сам, — Экрац Хвал повернулся к владыке. — Найди зверя, что хозяйничал в моём городе, а также того, кто этого зверя натравил. Уверен — всё, что произошло в городе, является звеньями одной цепи. Когда я вернусь в Холитон, у меня должна быть чёткая картина произошедшего и имена. Желательно вместе с телами. Господин не любит неприятности. Сейчас же я хочу поговорить с искателями, являющимися наставниками Альтаи Рин. Полагаю, мне есть что им предложить.
Глава 3
— Интересно, — протянул я, уставившись вдаль. Переигрывать было опасно, так что я вновь посмотрел на Экраца Хвала. — Мне приходилось сталкиваться с сектантами. Насколько я знаю, у них в груди находится кровавый сгусток, что легко определяется несмотря на артефакты. Искатель с кровавым сгустком — это… Даже слов подобрать не могу. Меня прикончат сразу, как только он у меня появится.
— В этом и заключается преимущество нашего способа. Никакого упоения кровавыми жертвами, страданиями или чем-то подобным. Всё, что вам нужно — выдержать боль возвышения.
То, что предложил мне Экрац Хвал, действительно походило на какое-то чудо. Никаких проблем с возвышением, никаких кровавых ритуалов, ничего противозаконного — идущий к бессмертию приходит в нужное время в нужное место, терпит боль и получает свой уровень. Леог о чём-то подобном и говорил — большинство сектантов даже понятия не имеют, что с их возвышением творится что-то неладное. Что для перехода на другой этап требуются человеческие жертвы. Для них просто происходит чудо, за которое они затем платят. Как, собственно, должен буду платить и я. Экрац Хвал явно умел находить выгоду во всём. Как можно влиять на независимых Князей? Через их детей! Напрямую на Альтаю влиять не получится, зато можно взять в оборот её наставников, что ради своего возвышения пойдут на многое. В том числе, как он полагал, на предательство. Причём по началу нам не нужно никого предавать. Так, рассказать подробности нашей встречи с Альтаей, особенности её поведения, её привычки и то, что она больше всего любит.
