Ни оружия, ни собственного электронного мозга Крошке не полагалось, но совершенно беззащитным он, тем не менее, не был. Обеспечивающий подъемную силу баллон походил, скорее, на клочок пены, вдруг заброшенной в небеса, и состоял из множества микроскопических пузырьков, заполненных гелием. Эта пена пропускала насквозь без малейшего сопротивления любой снаряд и тут же затягивала разрыв. Полимерная субстанция, образовывающая мембраны пузырьков, благодаря своим оптическим свойствам сливалась с небом для наблюдателя с земли и обманывала лазерные прицелы и дальномеры. Наконец, скорость Крошки не превышала сорока километров в час, и он почти не содержал металлических деталей, благодаря чему оставался невидимым для радаров.
Сейчас Крошка летел примерно на полкилометра впереди ведущего танка на высоте около ста метров.
– Первый, подними Крошку чуток. Смотри, как они в том поселке забегали! Как муравьи! Стрельнуть, может?
– Второй, тебе что, не терпится? У тебя снарядов сколько?
– По три на машину. Фугаска и два объемных взрыва.
– И у меня столько же. Так что остынь. Они нам, может, в городе пригодятся.
– Слушай, Первый! Знаешь, о чем я думаю? Зачем нам вообще в город лезть? Еще нарвемся там... У нас же эти... подозрительные районы – за городом и на окраинах. Давай разделимся – и в обход. Каждый проверит по одному району, а потом соединимся. А на разведку в город Крошку пошлем. Он небольшой, часа, наверное, хватит. Мы же не должны воевать, а только выяснить, есть ли там что-то в тех подозрительных местах.
– (неуверенно) Н-не знаю. Да нет, Второй, нам приказали – пройти через город, значит, пройдем через город. Чтобы эта... выманить противника из укрытий. А что побить могут... Помнишь, что старший-три говорил?
– Что эти «Охотники» и так по жизни недоделанные?
– Не. Хотя, конечно, и это тоже. Не, ну что ни одного из этих «Охотников» мы с собой обратно не возьмем. Все здесь останутся. Так что, сильно жалеть их незачем.
– Их чё, всех подрывать будут?
– Ты чё, Второй?! Ты слушай иногда, а? Не подрывать, а эта... оставить на консервацию. Разве не знаешь, на базе Восток танкоремонтный завод будут разворачивать. Чтобы их всех там собрать, и на этот, капремонт, вот.
– Ремонт, не ремонт... Все равно они недоделанные. Нам бы тут «Титанов» парочку, это да! Прошли бы через этот городишко и не заметили бы!
– (со вздохом) Да-а. «Титан» – серьезная машина. Старший-три говорит, их для настоящего дела берегут, а здесь использовать – только ресурс гробить. Потому и не взяли. Правильно, наверное… Хотя, даже если б и взяли – все равно, нас бы к ним и близко не подпустили.
– Ну, не знаю. Я, например, могу и с «Титанами» работать. Даже свидетельство есть.
– Да ты что! Когда это ты успел?
– А пока ты уставы изучал, да Императорские речи конспектировал! Надо было самому в библиотеке покопаться, а не только то, что по программе. Я сначала самостоятельно начал, а потом со мной старший-один Скуорн дополнительно занимался. Я даже экзамен сдавал!
– Ну, Второй, у меня слов нет! Уел ты меня! Ладно. Давай лучше к работе готовиться. Переходи на три-дэ.
– Давным-давно перешел. Интересно, они о нас знают?
– Да я думаю! Попробуй внешний микрофон подключить. Слышишь, как завывает? Это они нас увидели! Так что я так думаю, повоюем наконец-то по-настоящему!
В длинном, слабо освещенном больничном коридоре отдаленные звуки сирены были почти не слышны.
– Нет, операцию отменять не будем, – главный врач сердито поправил круглую голубую шапочку. – Больной уже под наркозом, аппаратура подготовлена. Нет, не будем! Свет отключить везде, кроме операционной, ходячих больных отправить в убежище – с этим вы и сами справитесь. А меня больше не отвлекать!
И потянул на себя дверь ярко освещенной операционной.
Курьер, бывший курсант школы полиции, закрутил вентиль баллона со сжатым воздухом, и сирена, напоследок взвыв, умолкла. Он закинул ее в рюкзак и снова взялся за велосипед, осторожно ведя его через заваленный камнями и битым стеклом перекресток. Еще один марш-бросок к сохранившемуся на северной окраине жилому кварталу – и задание будет выполнено.
Развалины, наконец, кончились, и курьер с удовольствием вскочил в седло. Он решил забрать сильно влево, ближе к западной границе города, чтобы объехать стороной зону самых больших разрушений в центре.
Пробираясь через небольшой сквер с поваленными и разбросанными в стороны деревьями, он не обратил внимания на проплывавший высоко у него над головой странный предмет, похожий на клочок тумана. Он, наконец, вырвался на оперативный простор и понесся по широкой улице, почти не заваленной обломками домов. Один перекресток, второй... Третий вывел его прямо под огонь танка пришельцев, который и расстрелял его как в тире. Длинная очередь из крупнокалиберного игломета выбила курьера из седла и бросила вместе с разбитым велосипедом на выщербленную асфальтовую мостовую...
– Есть! Снял одного!
– С почином, Второй!
– Каким еще почином? У меня их дюжины три, наверно. Не считая прошлого рейда.
– В этом бою первый, значит, с почином. Не спеши, Второй. Выровняй строй.
– Хорошо, хорошо, Первый. Выравниваю. Наваляли мы тут... Попробуй проедь.
– Ничего, проберемся. В крайнем случае, перейдем на антигравы. Погоди, придержи своих. Я Крошку вперед отправлю.
– Есть, Первый. Останавливаюсь. Все-таки, маловато здесь для нас одного Крошки. Хорошо бы два или три. И позубастее, чтобы не только разведывать могли, но и стрелять.
– Что есть, Второй, что есть... Опаньки! Вот они.
Короткий рейд Крошки сразу же высветил на компьютерной карте города россыпь темно-зеленых движущихся огоньков. Каждый огонек означал одного противника, интенсивность цвета – вероятность идентификации цели.
– Смотри, Второй! Таки один наш подозрительный район не зря подозрительный! Вон их там сколько. И все разбегаются.
– Цивилы, наверное.
– Кто?
– Да цивилы, помнишь, из миссий. Невооруженные юниты противника, мирное население. Интересно, что теперь с ними делать: игнорировать, выделять среди них боевые и выбивать их, не трогая цивилов, или рубить всех подряд?
– М-м-м... Знаешь, наверно, первое. А то начнем всех выносить, еще получим за перерасход боеприпасов.
– Так что, пусть смываются?
– Пусть. Наше дело – не за цивилами гоняться, а подозрительные места выявлять. Включи лучше биоискатели.
– Давно включил. У меня тут мерцает между вторым и третьим номерами...
– Ну и что? У меня тоже мерцает, прямо перед пятым. Плюнь. Старший-три говорит, ни одна зачистка не бывает полной. Это... остаточный элемент. Сами подохнут. Сейчас давай я проведу Крошку поближе...
– Гляди, что это?
– Где?
– Да прямо у нас над головой! Видишь?
– Ч-черт! Наверняка, какая-то пакость пришельцев!
– Проклятие! Надо смываться! А то как стрельнет!
– Не, не стрельнет. Если б могло, уже бы стрельнуло. Видишь, уходит. Это, наверное, что-то вроде шпиона.
– Так что, выходит, нас засекли?
– Скорее всего.
– Меняем позицию?
– Да, конечно! Двигаемся навстречу пришельцам. Может, удастся сделать им хороший сюрприз.
– Что это, Первый? Оно?
– Похоже. Компьютер говорит, вероятность 10/12. Не зря нас сюда послали, ох, не зря!
– А знаешь, мне даже нравится. Надоело уже цивилов щелкать на патрулировании. А тут будет настоящая драка! Вперед?
– Да погоди ты! Стой на месте! Я еще раз Крошку проведу. Уж наверняка эта парочка с ракетой здесь не одна...
Два человека с громоздкой «мухобойкой» полусидели, скорчившись, за обломком стены и, не отрывая глаз, смотрели на застывший в ста метрах прямо перед ними танк пришельцев. Бывшие охранники Наксе и Дешу заблудились в развалинах и, сами того не зная, заняли позицию намного ближе к западной окраине, чем должны были.
