отдыха. Не зная Тимми, они предположили то же самое о нем. Никто из них об этом не говорил, принимая новое пополнение с пренебрежением, свойственным всем двенадцатилетним мальчикам.
- Спасибо, деда! Это потрясающе.
- Не надо об этом. Хотя, если ты не возражаешь, я мог бы заходить время от времени и заглядывать в те грязные журналы, которые вы, мальчики, храните в ящике. В мое время дамы так не выглядели.
Они оба рассмеялись, а когда мама Тимми вошла в гостиную и спросила их, что смешного, они рассмеялись еще сильнее.
Она ушла, покачивая головой.
- Послушай, - сказал его дед. - Не будь слишком строг к своему старику, он хочет как лучше.
Тимми нахмурился:
- Я знаю. Но прополка огорода - это отстой.
- Да, это действительно так. Но я заставлял его делать то же самое, когда он был в твоем возрасте. Он просто пытается делать то, что считает правильным. Пытается быть отцом. Это тяжелая работа. А ты тем временем пытаешься быть мальчиком и делать то, что считаешь правильным. Это тоже тяжелая работа. И эти две вещи, быть отцом и быть сыном, они никогда не совпадают. Точно не совпадало, когда твоему отцу было двенадцать.
Тимми попытался представить себе своего отца в его возрасте или своего деда в возрасте отца и обнаружил, что не может.
Они смотрели, как Тундарр, Оокла и принцесса Ариэль надирают задницы мутантам, и оба ухмылялись.
Снаружи они услышали, как Элизабет зовет Рэнди.
- Оруэлл был неправ, - сказал его дед.
- Кто это?
- Джордж Оруэлл. Он был известным писателем. Ты, наверное, узнаешь о нем, когда станешь немного старше. Он написал книгу под названием "1984". Действие происходит сейчас, но тогда это было будущее, конечно. Общество должно было стать плохим местом к 1984 году. Не лучшее время для жизни. Но он ошибался. Сейчас лучшие времена из всех.
Через десять минут после окончания "Тундарра" раздался стук в дверь. Тимми ответил. Даг стоял в дверях, запыхавшись и задыхаясь. Его белый, забрызганный грязью велосипед "BMX Mongoose" лежал на боку во дворе. В двенадцать лет у Дага были сиськи, как у девчонки, результат слишком большого количества батончиков "Kit-Kat" и мисок мороженого "Turkey Hill". Они покачивались, когда он шаркал ногами. Под мышками его футболки были темные круги. Его толстые очки запотевали, а лоб был покрыт потом. Его покрытое веснушками лицо выглядело пятнистым.
Даг держал в руках длинный черный пластиковый тюбик, возбужденно размахивая им.
- Я закончил его, - задыхался он. - Работал над ним всю ночь напролет. Ты должен увидеть!
- Ну, - сказал Тимми, - вынимай.
Все еще пытаясь перевести дух, Даг покачал головой:
- В блиндаже. Давай возьмем Барри и посмотрим там.
Тимми заглянул внутрь. Его дед все еще лежал на диване, но родителей не было видно.
- Я не могу сейчас, - прошептал он. - Папа говорит, что я должен прополоть сад. Он уже там. Если я не помогу, он рассердится.
- Давай, - сказал его дед. - Это звучит более важно. Я разберусь с твоим отцом.
Тимми улыбнулся:
- Ты уверен? Я думал, ты сказал, что он делает то, что считает нужным.
Его дед махнул рукой:
- Конечно, я уверен. То, что он думает, что это к лучшему, не обязательно означает, что так оно и есть. Черт, сегодня первый день летних каникул. Мальчики твоего возраста должны играть и открывать для себя что-то новое. Ты не должен работать. Этого будет достаточно, когда вы станете старше. Вы, мальчики, не знаете этого, но это самые счастливые дни в вашей жизни. Наслаждайтесь ими, пока можете.
Он сделал паузу, кашлянул и сжал пальцы, как будто его левая рука погрузилась в сон.
Покачав головой, он продолжил. Его голос звучал слабее.
- И кроме того, твоя мама всегда говорит, что ты должен быть на улице, а не сидеть перед телевизором, смотря мультфильмы и играя в "Atari". Верно?
- Верно!
- Идите. Развлекайтесь, мальчики. Позже я надеру вам задницы в "Pitfall". Я наконец-то понял, как пройти мимо этих чертовых скорпионов.
- Спасибо, дедушка!
Тимми начал выходить за дверь, и тут, под влиянием импульса, он сделал то, что уже не делал с тех пор, как ему исполнилось двенадцать. Он повернулся, подбежал к дедушке и неожиданно крепко обнял его. Дед застонал от удивления и сжал одну руку в ответ. Он все еще сжимал свободную руку.
- Я люблю тебя, дедушка.
- Я тоже тебя люблю, малыш.
Он поцеловал Тимми в лоб, и тот почувствовал запах дыма от трубки - еще один дедушкин секрет, поскольку доктор и родители Тимми запретили ему курить.
- Ты в порядке? - спросил Тимми.
- Конечно, - прохрипел он. - Просто немного не хватает дыхания сегодня утром. Может, прилягу и вздремну, пока вас нет. Беги сейчас же, пока твои мама и папа не вернулись в дом. И смотри, чтобы папа не увидел, как ты уходишь.
Он взъерошил волосы своего внука, которые были подстрижены точно так же, как у Кевина Бейкона в фильме "Свободные", который Тимми и его семья смотрели всего несколько месяцев назад.
- Похоже, что на твоей голове умер дикобраз.
- По крайней мере, мои волосы все еще каштановые, а не серебристые.
- Подожди до моего возраста, - дед снова сжал руку.
Он сделал такое лицо, как будто у него несварение желудка.
- Ты уверен, что с тобой все в порядке, дедушка?
- Конечно. Теперь иди. Убирайся отсюда.
- Люблю тебя, - снова сказал Тимми через плечо.
- Я тоже тебя люблю.
Тимми последовал за Дагом на улицу, во двор. Собственный "BMX Mongoose" Тимми был припаркован рядом с тротуаром, его подставка для ног утопала
