— Любовное свидание, — сообщил он, полностью опровергая предположения Слоан о том, что он с ней флиртует.
— Ну и негодник, — добродушно покачала головой Слоан и нырнула в палатку за сумочкой. А когда появилась на свет Божий, у стола уже стояли Рейган и Бернби, типичные сорокалетние копы, представительные мужчины и надежные друзья, на кого всегда можно положиться, верные мужья и любящие отцы, в памяти которых хранились все чрезвычайные происшествия, автокатастрофы и семейные скандалы, какие только приходилось распутывать.
— Что-то случилось? — спросил Бернби.
Слоан накинула коричневый кожаный ремешок сумочки на плечо.
— Нет.
— Да, — запротестовал Джесс. — Слоан обозвала меня негодником.
— Похоже на правду, — пошутил Бернби, подмигивая Слоан.
— Точно, настоящий негодник, — вмешался ухмыляющийся Рейган.
— Кстати, попробуйте здешнего чили, когда представится случай, — ехидно посоветовал Джесс, ступив за спину Слоан. Та поспешно обернулась и едва не столкнулась с Джессом, которому пришлось схватиться за стропы палатки, чтобы не упасть, — И близко не подходите к этому чили, — предупредила она. — Карузо и Ингерсолл уже маются животами.
— Брюзга, — пожаловался Джесс, подталкивая ее в спину в направлении автостоянки. — Вечно отравит людям всякое удовольствие и испортит настроение!
— Здоровый балбес, — отпарировала Слоан, чьи плечи тряслись от смеха.
— Эй, Слоан! — окликнул Бернби. — Тебя снова показывали в новостях, по шестому каналу. Тот вызов прошлой ночью! Тебе здорово досталось, но ты молодец, крошка!
Слоан кивнула, правда, без особого восторга. Она уже видела выпуск в шесть утра и совсем было забыла о нем, но, очевидно, именно поэтому капитан Ингерсолл так осатанел сегодня.
Бернби и Рейган с живейшим интересом смотрели вслед удалявшейся парочке.
— Как по-твоему, — спросил Рейган, имея в виду подпольный тотализатор, действующий в полицейском участке, — удастся Джессу затащить ее в постель или нет? Ставлю пятерку, что Слоан натянет ему нос.
— Ставлю десять баксов на Джесса, — объявил Бернби и, сощурившись, еще раз присмотрелся к молодым людям, остановившимся поговорить с очередными посетителями парка. — Если Слоан узнает о пари, разразится настоящий скандал. Уж тогда она нам покажет!
— В таком случае у меня для тебя новость! — с хохотом сообщил Рейган. — По-моему, Слоан уже все знает, и поэтому ваше дельце не выгорит! Просто она слишком умна и хорошо воспитана, чтобы высказать все, что о вас думает.
Машина Слоан, белый «шевроле» без опознавательных знаков, предоставленный ей городом, была запаркована рядом с автомобилем Джесса. Попрощавшись с приятелем, она уже поставила ногу в салон машины, но, повинуясь привычке, оглядела стоянку, желая удостовериться, что вокруг все в порядке.
Белл-Харбор так быстро рос, что в городе каждый день появлялись новые незнакомые лица. Слоан смотрела на толстую девочку-подростка, которая вела за руку забавного малыша, на бабушку с близнецами, гонявшимися друг за другом, и бородатого мужчину, читавшего газету под деревом. Она их видела впервые. Но по мере того как Белл-Харбор превращался из сонного приморского поселка в процветающий центр деловой и культурной жизни, в городе неуклонно увеличивалась преступность.
В парке осталось не более полутора сотен людей. Клоун Кларенс и жонглеры ушли ужинать, большинство палаток и лотков опустело, если не считать скучающих продавцов. На скамейке возле Сариного ларька тоже никого не было, и чисто выбритый незнакомец в песочного цвета пиджаке, казавшемся таким неуместным в солнечный день, тоже куда-то исчез.
Удовлетворенная увиденным, Слоан села в машину, повернула ключ зажигания и посмотрела в зеркальце заднего обзора: никого. Она включила заднюю передачу и, выехав со стоянки, неспешно покатила по рассекающей парк аллее. Да, недаром Бернби поздравлял ее!
Слоан вспомнила о вчерашней ночи, когда пришлось долго отговаривать вдрызг пьяного и обезумевшего бывшего мужа от намерения прикончить дружка разведенной жены. Господи, что только она не делала, прежде чем он согласился бросить пистолет! Когда он наотрез отказался идти в тюрьму за «несовершенное преступление», Слоан принялась убеждать его взглянуть на пребывание в заключении как на возможность расслабиться, успокоиться и подумать о том, как найти более достойную женщину, которая оценит его выдающиеся качества. И ей это удалось. Никто бы ничего не узнал, если бы несостоявшийся убийца не дал интервью местному телевидению и не поведал, что именно Слоан предотвратила жестокую расправу. Опять она стала героиней, правда, на этот раз превозносимой не за храбрость, а за ум и сообразительность. Но лучше бы этого не было. Вчера вечером капитан неохотно похвалил ее за то, что блестяще справилась с ситуацией, но, очевидно, такая громкая слава подчиненной пришлась ему не по вкусу. Сегодняшние новости окончательно вывели его из себя. И Слоан до какой-то степени понимала его. В конце концов, пресса уделяет ей больше внимания, потому что перед ними женщина-полицейский.
Выезжая из ворот парка, Слоан намеренно запретила себе думать о неприятностях. Впереди ждет теплая ванна-джакузи, уют и покой мягкой постели.
Она свернула налево на Блайт-лейн, широкую, вымощенную брусчаткой улицу, вдоль которой выстроились дорогие бутики, антикварные и сувенирные магазинчики под шикарными зелеными маркизами и с огромными пальмами в горшках у дверей.
Слоан редко бывала в деловом квартале и каждый раз удивлялась переменам, произошедшим за последние несколько лет. И хотя вначале коренные жители громко протестовали против засилья чужаков, жалоб становилось все меньше, по мере того как доходы торговцев росли и еще недавно скромные, едва влачившие существование предприятия становились прибыльными чуть ли не за неделю.
Готовые на все, лишь бы привлечь новых процветающих налогоплательщиков, члены муниципалитета, с согласия жителей, выпустили много пакетов акций, доходы от которых было решено пустить на благоустройство города и окрестностей. По настоянию честолюбивой влиятельной жены мэра Блументаля в Белл-Харбор прибыла команда архитекторов из Палм-Бич, и работа закипела.
К тому времени как все было закончено, оказалось, что Белл-Харбор превратился в очаровательное живописное местечко, имеющее явное сходство с Палм-Бич, на что, очевидно, и рассчитывала жена мэра. Перестройка началась со здания муниципалитета и коснулась в основном государственных строений.
В этот час дня движение на улицах было оживленным, и прошло почти пятнадцать минут, прежде чем Слоан свернула на свою улицу и остановилась перед серо-белым угловым коттеджем, который так любила. Пляж был в двух шагах, и до Слоан доносились шум прибоя, детский смех и голоса родителей.
