Последний значительный приток эстонского населения на территорию России приходится на 1941-й и 1944–1945 гг., связан он с раскулачиванием крестьян и насильственной депортацией. Всего было депортировано более 40 тысяч человек, большинство из них вернулось на родину в конце 1950-х годов51.
Таким образом, в переселенческих процессах эстонского населения на территорию России можно отметить четыре волны, различающиеся по целям, масштабам и формам миграции:
1) стихийное немногочисленное переселение крестьян в западные губернии России до конца XVIII в.; 2) появление поселений ссыльных и каторжных эстонцев в первой половине XIX в.; 3) крупные по численности потоки эстонцев в поисках земель во второй половине XIX – начале XX в.; 4) насильственная депортация эстонского населения в середине XX в. Результатом всех миграционных потоков стало изменение этнического состава страны и формирование эстонской диаспоры в России.
Крестьяне, менявшие место жительство по собственной воле, образовывали поселения, преимущественно хуторского типа, и занимались традиционными для них занятиями – земледелием и животноводством, на Дальнем Востоке – рыболовством. В новых природно-климатических зонах они развивали знакомые и осваивали новые для них промыслы и ремесла52. Как отмечают исследователи, среди эстонцев было много ремесленников разного профиля: кузнецов, сапожников, портных53. В городах в XIX в. (больше всего в Петербурге) почти половина эстонского населения была занята в промышленной сфере, четверть – в сфере обслуживания, также было много представителей интеллигенции54. Н. В. Юхнева отмечает, что по данным 1869 г. в Петербурге многие эстонцы принадлежали к военному сословию, это были преимущественно отставные нижние чины и их семьи55. До середины XX столетия в местах компактного расселения, в сельской местности, эстонцы жили замкнуто, многие из них слабо владели русским языком, что способствовало сохранению их национально-культурных черт.
Во второй половине XX в. процессы межэтнического взаимодействия, урбанизации, интеграции эстонского населения в России усилились, следствием чего стало размывание многих этнических черт, уменьшение ареалов компактного и традиционного проживания56. В конце XX – начале XXI в. в городах и сельских территориях расселения эстонцев появились национальные общества, фольклорные коллективы, которые сохраняют народную культуру, поддерживают традиции, язык, налаживают связи с исторической родиной57.
Эстонцы на Урале
Первые эстонские поселения на Урале появляются в конце ХIХ в. на территории современной Республики Башкортостан – в Уфимской губернии. Одно из первых эстонских поселений Урала – хутор Панга (Панковка, Банковка) Стерлитамакского уезда, основанный выходцами с острова Эзель (Сааремаа) в 1890 г.58 В 1892 г. переселенцами второй волны, из эстонских колоний Самары и Крыма, было основано поселение Крымский хутор Белебеевского уезда59. Как и в других регионах России, появление эстонских поселений на Урале происходило в русле общих миграционных процессов. Уфимская губерния заметно лидировала среди уральских районов как по числу основанных поселений, так и численному составу эстонцев. В 1897 г. в Уфимской губернии уже проживало 617 эстонцев, в то время как в других уральских губерниях, Пермской и Оренбургской, их численность была невелика – 25 и 24 человека соответственно60.
Миграции эстонцев на территорию Урала активизировались в начале ХХ в. Однако в этот период большая их часть была направлена в районы Среднего Урала – в Пермскую губернию. Продолжает осваиваться эстонцами и Уфимская губерния, где в начале ХХ в. возникают еще несколько эстонских колоний – хутор Абдрезяк (1910) Златоустовского уезда, поселения Линда (1902), Эстонка (1902), Сакала (1902) в Белебеевском уезде в непосредственной близости от колонии Крымский хутор61. Исследователи отмечают в Уфимской губернии и колонию Тигазинскую (Зигазинскую)62. Характерной чертой этого периода стало и формирование эстонского городского населения в губернских и уездных городах Урала. По сведениям А. Ниголя, городское эстонское население было представлено жителями Перми (300 человек), Екатеринбурга (300), Златоуста (100), Верхнеуральска (более 60 человек)63.
Эстонские поселения в конце ХIХ – начале ХХ в. возникают и на смежных территориях Приуралья, в пограничных с Пермской губернией Сарапульском и Глазовском уездах Вятской губернии. В Вятской губернии первая деревня возникла в 1894 г. в Сарапульском уезде (Казекюла, она же Березовка), вторая – КнязевоЭстония – в 1907 г. в Глазовском уезде64. Таким образом, районы Среднего и Южного Урала стали одними из регионов России, куда в ходе миграционного движения на восток устремились эстонские крестьяне. Большая часть поселений была основана в более благоприятных территориях Южного Урала – в Уфимской губернии, в меньшей степени – в губернии Пермской. Эстонцами осваивались территории преимущественно западной части Урала.
По данным переписи 1926 г., на Среднем и Южном Урале отмечено в Башкирской АССР 1 190 эстонцев, среди которых 115 городских жителей и значительное большинство – 1 075 – сельских, в Оренбургской области в этот период проживало 53 эстонца. В 16 округах огромной Уральской области насчитывалось 2 177 эстонцев65, при этом за исключением западносибирских Тюменского, Тобольского и Ишимского округов, где численность эстонцев составила 70 человек, в уральских округах области проживало 1 476 человек. События 1920–1930-х годов, связанные с индустриализацией, раскулачиванием и репрессиями 1930-х годов, добровольные и принудительные переселения привели к новым миграционным потокам и увеличению эстонского населения в регионе. Согласно данным переписи 1939 г. по-прежнему значительная часть эстонцев зафиксирована в местах традиционного проживания в Башкирской АССР (1 302 человека) и Молотовской (Пермской) области (1 120 человек). Однако численность эстонского населения значительно увеличилась в Чкаловской (Оренбургской) области – до 238 человек, в Свердловской – до 862, Челябинской – до 1 152 человек66.
Миграции эстонцев на Урал, в том числе с территории Эстонии, были отмечены как в годы Великой Отечественной войны, так и в послевоенные годы. Первая послевоенная перепись показала, с одной стороны, значительное снижение числа эстонцев в районах их традиционного и компактного проживания, с другой – увеличение их числа в других районах Урала, прежде всего, восточных, промышленных – Свердловской и Челябинской областях. В Башкирской АССР в 1959 г. перепись учла 762 эстонца, в Пермской области – 1 128, в Свердловской – 1 329, в Челябинской – 1 39067.
Перепись 1959 г. зафиксировала наибольшее число эстонского населения в регионе за весь период пребывания эстонцев на Урале. С 1960-х годов происходило постепенное сокращение численности эстонцев, и причин этому несколько. Во-первых, уменьшение численности населения в районах компактного проживания эстонцев в Башкирии и Пермской области, прежде всего, за счет миграционного оттока – в города и в другие регионы. Во-вторых, за счет ассимиляционных процессов, активно проходящих в этот период в эстонской диаспоре Урала. В-третьих, за счет снижения миграционного притока из Эстонии. И, хотя на Урал по-прежнему приезжали эстонцы, – специалисты, попавшие по распределению на промышленные предприятия, приехавшие по семейным обстоятельствам или по другим причинам оказавшиеся в районах Урала, – миграционный приток этого периода не покрывал убыли эстонского населения, вызванного миграционным оттоком и ассимиляционными процессами. К 1970 г. на Урале общая численность эстонцев составила 3 465 человек, к 1989 г. – 2 699 человек, из которых в Курганской области проживало 104 эстонца, в Оренбургской – 155, в Пермской – 496, Свердловской – 706, Челябинской – 791, Башкирской АССР – 44768.
Эстонцы в Пермском крае
Формирование групп эстонцев на территории Пермского Прикамья происходило в контексте общих закономерностей их миграционного движения на восток России во второй половине ХIХ в.69 Приток эстонцев на прикамские земли начинается с середины ХIХ в. и особенно активизируется на рубеже ХIХ – ХХ веков.
Когда на территории современного Пермского края появились первые эстонцы, не известно. Первое их компактное место жительства в южных районах современного Пермского края зафиксировано в 1895 г., когда эстонцы основывают хутор Даго (Новопетровка). В тот период эти земли относились к Аскинской волости Бирского уезда Уфимской губернии. Поэтому численность жителей этих хуторов не была учтена в составе эстонского населения Пермской губернии во Всероссийской переписи населения 1897 г., дающей наиболее полные сведения о численности и расселении эстонцев в этот период на Урале.
Названная выше перепись отметила в Пермской губернии 25 человек70, показавших на эстонский язык в качестве родного. Все они проживали в западных уездах Пермской губернии (территория современного Пермского края). В Зауралье, в восточных уездах Пермской губернии, перепись не учла ни одного эстонца. В западной части губернии эстонцы отмечены во всех уездах, кроме Чердынского. Из 25 человек большую часть составляли мужчины (18 человек, или 72 %), меньшую – женщины (7 человек, или 28 %). Такую же пропорцию составляло среди эстонцев сельское и городское население. В городах проживало 7 эстонцев (28 %), в сельской местности – 18 (72 %). Большая часть всех городских эстонцев проживала в г. Перми, сельских – в Пермском уезде (см. табл. 1).
