Она вдруг увидела, как две ученицы бегут и прыгают в окно, а в этот момент бандиты расстреливают тех, кто пытался скрыться из-под огня, кровь на стенах, простреленные части тела, ошметки плоти…
— Прекрати! — заорала она в пустом магазине, ударив рукой о стол и зажмуриваясь.
Когда распахнулась входная дверь, она увидела рядом с ней красную кнопку. Зашедшая Мэри ничего не заметила, лицо было красным, глаза опухли, казалось, что пока Тэя переворачивала магазин, она успела крепко надраться.
— Развлекаешься?
Тэя ей не ответила, она рванула к кнопке на стене и силой по ней ударила, та в свою очередь впала и вернулась обратно с характерным щелчком. А дальше — ничего. Тэя огляделась: ни сигнализации, ни воды, которая должна тушить пожар, ни воя сирены. Как будто кнопка была декоративной. Страшное отчаяние охватило ее разум, она стала колотить по кнопке раз за разом, пока не сбила ладонь так, что стало больно. Она побежала к кассе, там должна быть еще одна тревожная кнопка, которая используется при ограбление, и она там была. Тэя нажала, но та в свою очередь тоже лишь вернулась на пружине в исходное положение с тем же характерным звуком.
— Черт!!! — Взревела она.
Мэри, ходила по залу, подбирая разбросанные вещи, предметы интерьера, и громко выругалась, когда обнаружила что автомат с напитками и шоколадками, пуст.
— Тут что ни кто не ест? — спросила она у пустой комнаты.
— Что ты делаешь? — не выдержав, крикнула Тэя, — Там наших друзей, возможно, всех перебили, а ты шоколадки ищешь?
— Да успокойся, подруга! Ничего мы не сделаем, уже.
Тэя не стала отвечать, она направилась к выходу из магазина, хлопнув дверью. Мэри не спеша вышла за ней.
— Кажется, мы в аду.
— Ты что издеваешься? Мы должны найти помощь!!!
— Очнись, Тэя! Оглянись вокруг, никого нет, никого ты не вызовешь! В колледже тоже никого, я не знаю, где мы, но тут, похоже, пусто! Посмотри на солнце? Гляди. — Мэри указала пальцем в небо, Тэя подняла глаза. — Оно не движется, Тэя!
— Что? — она снова подняла голову, щурясь от светящегося, огненного шара, — Как не движется?
— Сколько прошло времени? С того момента как мы убежали? Оно стоит на месте, черт возьми!
С того момента как они выпрыгнули из окна прошло не меньше полутора часов, но когда Тэя выглянула первый раз в окно, уже был полдень и солнце находилось в зените, как и сейчас. А должно было уже сместиться, оно не должно светить, как будто день только переваливает за 12:00.
— Что за хрень?!
— Не знаю. Но думаю, в колледже тоже никого.
Это надо было выяснить, раз уж они застряли в каком-то бесконечном дне, то времени у них полно, судя по всему. Тэя, ничего не объясняя, направилась прямо до корпуса, миновав дорогу. Она свернула на вымощенную тротуарной плиткой тропинку, Мэри шла за ней. Они прошли под деревом, под которым стояли сегодня утром, пока Мэри курила, а Тэя ее ждала. Это глупо, если террористы еще там, они сейчас просто их застрелят. Выстрелов не последовало, зеленого фургона тоже не было. Они забрали заложников и уехали на своей зеленой машине, зеленой как трава в тени, в темное время суток, поэтому никого тут нет, поэтому нет скорой и полиции, они преследуют зеленый фургон, вот почему. Это было глупо, конечно, но а где тогда люди? В их фургон не поместились бы все студенты, кто-то должен был остаться.
Приближаясь к входной двери, Тэя взглянула наверх, пытаясь найти окно из которого они выпрыгнули, ничего необычного она не заметила.
— Пошли, чего стоять! — сказала Мэри и открыла дверь.
Через мгновение обе оказались внутри. Пусто. Даже намека на присутствие кого-то живого не было. Они оказались в большом холле, светло тут как на улице. Высокие потолки с высокими окнами вмещали столько света, что даже в помещение приходилось щуриться.
— Ладно, пошли до нашей аудитории, если и там никого, то вероятно мы чокнулись! — сказала Тэя.
Она не позволяла себе думать, если бы она хоть на секунду задумалась с того момента, как вылетела из окна, то все бы уже поняла. А от этого осознания ее мозг бы просто не выдержал, а сердце остановилось, и она, зажмурив глаза, так и просидела бы вечность. Но когда они поднялись на третий этаж, подошли к той самой двери, в которую вломились вооруженные люди в масках, Тэя уже не могла отрицать очевидное. Часто ли вы видели, как дверь вышибали из оружия, буквально разносили ее в щепки, а через пару часов она стояла как новая, словно и не было этого ужаса, словно все это был кошмарный сон? Она уже догадывалась, что сейчас войдет в класс, а там все будет на своих местах, там не было войны, не было хаоса, там будет чистая, нетронутая и безжизненная аудитория! Тэя взялась за ручку, досчитала про себя до пяти, после каждой цифры произнося слово «секунда». В момент когда она давила на ручку, молилась, чтобы за дверью была гора трупов, и распахнула дверь. В этом мире нет запертых дверей, промелькнуло в голове.
Пусто, в классе было пусто. Открыты окна, лил свет, столы стояли друг за другом, идеально ровно, кондиционер не работал, но было и не жарко. Мэри прошла по ряду и провела пальцами по деревянным столешницам, подошла к их месту и села. Тэя потеряла равновесие секундой раньше и приземлилась на рядом стоящий стул, понимая, что вот-вот лишится чувств.
Они не разговаривали, не разговаривали так долго, что Тэя успела сосчитать до пятисот вслух, после каждой цифры проговаривая «секунда». Мэри барабанила длинными ногтями по столу, отбивая какой-то ритм и наконец взглянула на подругу.
— Мы что умерли? — спросила Тэя, не поднимая голову, которую опустила на свои руки, с силой зажмуривая глаза.
— Похоже на то, — ответила Мэри.
Слишком светло, как же она этого не замечала — слишком яркое солнце, такие лучи не проникают в комнаты. Слишком чисто, слишком спокойно, слишком, как? Мертво? Безжизненно. Когда же это произошло?
Тэя пыталась вспомнить, как они встали, как развернулись, как рванули в окно. Они бы не умерли от высоты, по крайней мере не сразу, она бы чувствовала боль. Или что там бывает, когда ломаешь себе ноги, руки и позвоночник.
Тэя посмотрела на Мэри, она сидела совершенно спокойная, будто смирившись с тем, что произошло, и как бы уже давно догадываясь что именно стряслось.
— Ты помнишь что-нибудь? — Мэри в ответ покачала головой. — Как думаешь когда это случилось?
— У тебя
