и ладно! Через пять минут строимся на утреннюю пробежку! — слово взял Петров. -Проветримся, а то вы как сонные мухи! Разойдись!
Пробежка прошла успешно, затем были утренние процедуры в умывалке, затем построение на завтрак. Мне на глаза попался Зайцев.
Тот старался на меня не смотреть, отводил глаза. Нижняя губа опухла, на голове большая шишка. На лбу заметное рассечение — наверное, когда падал, тормозил лбом. Вид у него был не выспавшийся — неизвестно, сколько они времени провели в каптерке.
Я решительно подошел к Зайцу на выходе из столовой. Толкнул плечом.
— Прости, не заметил. О, ну что ко мне какие-то претензии есть?
Тот нервно дернул плечом, но не ответил.
— Не слышу!
— Нет, — пробурчал тот. Его аж передернуло при этих словах.
Конечно, тяжело признавать собственное поражение, особенно в его случае. Мало того, что не смогли прогнуть под себя, так еще и люлей получили, сначала от меня, потом ночью от Васильева.
Сержант ведь тоже не дурак. Догадался, что именно эти трое пытались совершить. И тот нюанс с перемазанным пододеяльником тоже. Беседа в каптерке затянулась надолго, поэтому он все узнал. Со мной говорить не стал, да и смысл?
Отмечу, что больше эта компашка «земляков» в мою сторону даже не смотрела. Правда, они еще пытались найти себе другую жертву, но кажется, безуспешно.
После обычного завтрака, наш взвод отправился на специальные занятия.
Я планировал поскорее наверстать то, что пропустил, пока валялся с пневмонией в госпитале — чувствовал, очень пригодится. Теория сама по себе меня не завлекала, слишком все однообразно было. То, что считал нужным, записывал в специальную тетрадь, хранящуюся в секретном отделении. Их нам выдавали секретчики, специально на то уполномоченные. К концу обучения, там набралось достаточно нужного материала.
А вот практика мне очень нравилась. Работать на специальной аппаратуре, одно название которой держалось в секрете, было очень интересно. Тут, кстати, очень многое зависело от преподавателя — если он тупо монотонно читал с методички, то грош-цена такому учителю. А вот если он насквозь изучил свой предмет, знал в нем каждую собаку и умел заинтересовать, приводя примеры — вот он залог успеха.
Нам повезло, попался именно такой. В течении декабря, он не только разжевал нам весь материал и обучил работать на технике специальной связи, но и показал все нюансы, с которыми мы могли столкнуться. Подробно разъяснил проблемные моменты и как их решать. Теперь, со всей уверенностью я мог заявить, что готов к сдаче зачетов.
Их определили на пятнадцатое декабря. Обычные дисциплины мы сдавали прямо в процессе обучения. Всего зачетов было пять — общевоинские уставы, строевая подготовка, физическая и тактическая подготовки. Еще был отдельный зачет по даче норматива одевания общевойскового защитного комплекта и противогаза.
Со всем этим я справился на «отлично». Строевую я еще с прошлой жизни не любил, но от нас и не ждали чего-то феноменального. Так что справился без проблем.
А вот спецкурс включал в себя сдачу зачетов по всем трем предметам, которые и решили бы мою дальнейшую судьбу.
Правда, слишком уж недобро смотрел на меня Кабанов...
Глава 3. Полная неожиданность
Но пока я готовился к сдаче зачетов, произошло еще одно значимое обстоятельство, которое в значительной мере, тоже повлияло на мою дальнейшую судьбу.
Так уж вышло, что во внешний патруль я пошел не сразу, а намного позднее. Младший сержант Петров, на одной из утренних пробежек, серьезно подвернул ногу и соответственно с предстоящего наряда соскочил, причем, аж на три недели. Как следствие все почему-то переигралось — наряд в полном составе заменили. Меня неожиданно сняли с занятий и отправили в расположение готовиться к заступлению в наряд по роте, где, в общем-то, ничего интересного не было.
В патруль я попал уже с Бойко, во второй половине декабря.
Задачи у патрулирующих были очень простые, но вместе с тем ответственные — совершать обход всей подконтрольной территории, проверять целостность ограждений и в случае обнаружения каких-то подозрительных моментов, немедленно сообщать начпату. Тот уже докладывал дежурному по части, где и принималось окончательное решение и меры воздействия.
Пришлось утепляться.
Считай почти сутки на улице, а декабрь выдался холодным и сырым. Именно из-за влажного Краснодарского климата, температура здесь ощущалась совсем иначе. Там, где было минус десять, здесь ощущалось как все минус пятнадцать, а то и больше. Заметил, что на этом фоне у меня обострился сухой насморк.
Нам зачем-то выдали тулупы из овчины, пожелтевшей от времени. Мне сразу вспомнился фильм с Вином Дизелем, где тот щеголял как раз в таком тулупе. На ногах валенки, сверху шапка. Одевать их сразу не стали, решили пока обойтись бушлатами и обычными сапогами — не минус сорок же.
Всего было организовано три группы по два человека, у каждого определен свой участок. Все вместе обходили воинскую часть по периметру, ничего сложного. Группа доходила до границы своего участка, поворачивала обратно. И так целые сутки, каждый час. Ночью все то же самое. Периодически можно было заходить погреться или выпить чаю в специально оборудованном пункте обогрева, но это когда совсем тяжко будет.
Младший сержант Бойко провел быстрый инструктаж, затем быстро распределил участки. Сам он, как начальник, на обходы не ходил, а лишь принимал от нас доклады и отчитывался в дежурной части. Ну и вел документацию, иногда заменяя дежурного по КПП, когда тот уходил на прием пищи.
— Савельев, ты старший второй группы, — заявил он, сразу выделив меня среди остальных. — Так, вы со Степановым двигаетесь по участку номер два. Там территория глухая, ворот нет — сплошная стена. Да, кстати, часть освещения неделю назад демонтировали, тянут новую линию. Поэтому осторожнее, ноги не переломайте в темное время суток, грязи там хватает. Вопросы?
— Вопросов нет.
— Ну и отлично.
Наряд приняли, из оружия получили только штык ножи. Автоматы «Калашникова» были положены только для караула. У каждого был аккумуляторный фонарь «П-2» в серебристом корпусе, с длинной рукоятью.
Погода выдалась не самая лучшая, дул холодный пронизывающий ветер. Температура скакала в районе нуля градусов. Срывался редкий снег — не похоже, чтобы было что-то серьезное. Так, одно название.
Первые два обхода мы сделали без проблем. Маршрут простой — примерно метров четыреста до угла, а после него еще пятьсот. Там граница с крайней точкой третьей группы патрульных. Вдоль забора ни асфальта, ни бетона не было — утоптанная земля, местами раскисшая от влаги.
Какие тут могли
