быть нюансы? Да никаких.
Часть расположена глубоко в полях, до ближайшего населенного пункта километров семь. Нет, местных здесь хватало, но все прекрасно знали, чем чревато лезть на охраняемую территорию. Да и что там брать-то?
Оружие и боеприпасы надежно заперты на складе ракетно-артиллерийского вооружения, а тот под круглосуточной охраной караула. Столовая и продовольственный склад? Перспектива так себе. Нет, ну в теории продукты, конечно, воровать можно, но вряд ли нашелся бы индивид, который полезет на территорию воинской части за тушенкой. Оставался еще лазарет, но там особо не разбежишься. Про секреты я вообще молчу, кому они сдались?!
Вскоре стемнело. Судя по моим наблюдениям, было около десяти вечера. В казарме уже дали отбой — вот, где хорошо, лежишь под теплым одеялом и хорошо тебе. А тут, грязно, мокро и холодно.
Свернув за угол и двигаясь вдоль ограждения, мы периодически отключали фонари, чтобы те не сели раньше времени. Да и внутреннего освещения было достаточно, чтобы не провалиться в какую-нибудь канаву. Степанову быстро это дело наскучило — все одно и то же. Вокруг ни души.
Я случайно обратил внимание на то, что далеко в поле, где проходила одна из многочисленных дорог, горела пара огоньков. Автомобильные фары, не иначе. Наверняка определить было сложно, но, кажется, свет не приближался и не удалялся. Расстояние до машины было около восьмисот метров, но я вполне мог ошибаться.
— Дим, гляди туда! — я указал в сторону увиденного. — Машину видишь?
— Ага. Грузовая, вроде, — прищурился Степанов. — Хотя, черт его разберет. Будем докладывать?
— А что тут докладывать? До нее почти километр, мало ли кто там может быть.
Особого значения мы не придали. Хоть поселений рядом и не было, это мог быть кто угодно. Начиная от каких-нибудь заблудившихся колхозников, у которых тарантас сломался и заканчивая военными, которым срочно понадобилось что-то перевезти. Даже те же связисты вполне могли выбраться на очередной полевой выход или еще куда-нибудь. Согласно обязанностям, мы должны были фиксировать и докладывать обо всем, что вызывает подозрение. Но не в этом случае — слишком уж далеко.
Мы продолжили движение. Как назло посыпал мелкий снег, ветер усилился. Так прошло минут десять. В какой-то момент я заметил, что свет погас. Ну, подумаешь, уехала машина. Из-за погодных условий, не разглядеть дальше трехсот метров.
Дошли до конца маршрута, потоптались на точке. Ничего подозрительного здесь тоже не было. Впереди, светя фонарями по сторонам, показалась вторая патрульная группа — она двигалась к нам навстречу. Дождавшись и перекинувшись с товарищами парой слов, мы со Степановым отправились в обратный путь. Вообще, такой метод патрулирования был малоэффективным. Любой сторонний наблюдатель быстро раскусит такую схему, воспользовавшись этим в своих целях. Но командование считало такую меру вполне достаточной.
Следующие метров сто ничего необычного я не заметил — повсюду темнота, грязь. Снег летел в глаза, отчего те слезились. Видимость плохая, но терпимая. Ограда цела, ничего постороннего в поле зрения не было. Граница с полем представляла собой перекопанную трактором борозду, за которой росла сухая трава.
Миновав примерно половину пути, я вдруг заметил, что у одной из секций, откуда-то появились комья грязи, как будто счищенные с сапог. Причем, довольно много. И что-то мне подсказывало, что когда мы проходили здесь в прошлый раз, этих комьев тут не было. Я подошел ближе, наклонился и осмотрел.
Отчетливо было видно, что в грязи присутствует смятая сухая трава — как если бы кто-то шел полем, а добравшись до ограды, решил почистить ноги. Выглядело как минимум странно. Мародеры?
— Дим! Ты ноги чистил? — поинтересовался я, вертя головой по сторонам.
Чутье военного дало о себе знать. И хотя я пока еще ничего не заметил, все равно внутренне напрягся. Любой другой на моем месте, скорее всего, просто прошел бы мимо, даже не обратив внимание на такую мелочь. Именно это и продемонстрировал мой напарник — для него грязь, как грязь, ее тут полно.
— Неа. Толку-то? — громко зевнул Дима. — Через несколько метров опять налипнет. Пойдем уже, Леха. Чаю хочется.
Я выпрямился. Уходить не торопился.
Внимательно осветил фонарем ограду. Во всем секторе она была выполнена из простой сетки-рабицы, натянутой между столбов. Высота примерно метра два с половиной, может чуть-чуть больше. Сами столбы находились на равном удалении друг от друга, были вкопаны в землю, а для надежности еще и залиты бетоном. Сверху над сеткой шел ряд колючей проволоки, но ее натяжение оставляло желать лучшего. Многие крепления проржавели, и местами проволоку прицепили абы как. И именно в месте, где была грязь, «колючка» сильно просела, как будто бы случайно.
— Дим... — настороженно пробормотал я, заподозрив в этом некую последовательность. — Давай повнимательнее. Ну так, на всякий случай...
— Ага... Чего ты так напрягся? — стуча зубами, усмехнулся Степанов. — Видел бы ты себя, ну прям Шерлок Холмс.
— Пока ничего, — я никак не отреагировал на шутку. Перевел фонарь на заросли сухой травы — расстояние между оградой и полем было метра три-четыре. Спрятаться там было негде — борозда была узкой, размыта дождями. Все равно тщательно все осветил, но опять ничего подозрительного не обнаружил. Однако от этого мне спокойнее не стало.
— Пойдем уже, — напарник махнул рукой и медленно побрел вперед, светя себе под ноги.
Я повернулся в другую сторону, посветил — ничего. Где-то вдалеке были видны фонари третьей группы. Прислушался — ничего. Только выл ветер, да шуршал снег.
Нехотя двинулся за Димкой. Рассчитывал обо всем доложить Бойко — лучше уж перебздеть, чем недобздеть.
Степанов шел впереди, словно забыв о моем существовании. И вдруг, встал как вкопанный. В свете фонаря я видел только его спину. Однако свет его фонаря светил не вперед, а куда-то вниз.
— Ты чего? — сначала я ускорился, но потом тоже замедлил шаг. Дима почему-то не ответил.
— Степанов!?
Шагнув влево, я увидел, что в нескольких метрах впереди него кто-то стоит.
Насторожился — какого черта? Кто это? Может быть, начальник патруля решил проверить, как мы несем службу и двинулся по нашему маршруту? Не исключено, конечно, хотя и маловероятно.
Я сдвинулся еще левее, я отчетливо различил темный человеческий силуэт. Человек, одетый в какую-то темною одежду. Судя по ней — это точно был не Бойко и вообще не военный Луч света от фонаря Степанова бил ему прямо в ноги. Лица не разглядеть, скрыто шарфом или чем-то вроде того. Шапка натянута
