раздосадованным тоном ответил Саредос, – эту информацию мы уже не получим так быстро, как этого хотелось бы, требуется разведывательный полёт в туманность.
Император удивился:
– Почему не получим?
– Станция разрушена. Мы потому и получили эти данные, что комплекс засек взрыв, а ИИ мгновенно оценил ситуацию и сразу принял решение, после которого в срочном порядке отправил всю накопленную информацию в имперскую разведку, всё, что было собрано с последнего сеанса связи.
– Значит, это и есть тема Вашего доклада, который Вы мне обещали с собой привезти?
– Да, повелитель. Мы больше не имеем возможности отслеживать активность в туманности.
– А этот инквизитор, Бор`Гадот, теперь просит перемирия, – задумчиво произнёс император, – чувствуется связь, но не хватает информации.
– Сейчас можно предположить, что часть вражеского флота уничтожена, – предложил Симока Гарлак.
Саредос его поддержал.
– Это всё же возможно, а если это так, то встаёт вопрос, какая часть флота попала под катастрофу?
Советники закивали, поддерживая предположение советника Гарлака. Мнения совпадали, никто не предлагал другие варианты, все понимали, что у армии вторжения и её лидеров нет повода просто так предлагать внезапное и очень странное предложение о перемирии.
Император предложил:
– Пожалуй, я оставлю посла во дворце дней на двадцать, а сейчас пускай мучается в неведении нашего ответа. Этого времени хватит для того, чтоб попытаться выяснить затронул ли в туманности этот взрыв флот наших врагов или нет, хватит времени?
– У меня другое предложение, – добавил Саредос.
– Слушаю, – Дасарий заинтересовался и приготовился выслушать.
– Сократим до десяти дней, по окончанию дадим послу ответ, что мы готовы вести переговоры, но боевые действия останавливаться не будут, даже если это не в наших интересах. Я займусь разведкой в туманности и попробую выяснить, как это отразилось на флоте вторжения. Позже послу предоставим отдельную планету и возможность дальней связи. Планету изолируем. Это не помешает нам. Пускай посол остаётся в роли некоего заложника, в придачу у нас будет какая никакая, но всё же устойчивая связь между сторонами конфликта. Может, со временем это к чему-то да приведёт…
Саредос замолчал, ожидая оценок его предложения. Дасарий оглядел советников. Что-то хотел высказать советник Верша Нукали. Император предоставил ему слово. Советник встал и начал говорить:
– Перемирие само по себе лучше войны, почему бы нам его прям сейчас не принять? Мне скажут: есть шанс что это сыграет на руку послу, но это поможет и нам! Замечу, что мы не завоёвываем звёздные системы, мы их теряем, и они по праву наши владения.
Император был раздосадован. Он желал услышать иное предложение, а не это, поэтому ему пришлось вмешаться в речь советника с некоторыми объяснениями:
– Верша, это перемирие ничего нам не даст! Мы годами избегали прямого столкновения и готовились к нему, но тогда и уж тем более сейчас, мы знаем, что наши ресурсы нынешних военных сил конечны, и если мы сейчас не дадим отпор, то уже через несколько лет мы потеряем большую часть империи и уйдём в глухую оборону. Перемирие нам ничего не даст, даже времени. Боевые операции, идущие одна за другой – вот то, что будет поддерживать ситуацию на плаву. Даже если мы будем проигрывать эти сражения, мы в любом случае будем замедлять продвижение Шан`Аркудийцев. Садитесь советник, я благодарен за ваше мнение.
Верша Нукали, пристыженный самим императором, покраснел и сел в своё кресло. Кажется, он так и не понял, что именно сказал Дасарий и почему он не поддерживает идею перемирия, когда оно так нужно империи именно сейчас.
– Кто-то ещё хочет выступить за перемирие? Я слушаю аргументы, – Дасарий обвёл глазами совет. Никто больше не желал говорить, и не желали не потому, что боялись императора, не желали потому, что понимали его позицию, которую он только что высказал советнику Верше. Всем известно, что старый Верша Нукали очень предан императору, так что обвинить его в предательстве нельзя, но советники тоже ошибаются, а сейчас ошибаются чаще, потому что не всегда имеют всё полную информацию из-за множеств ограничений и секретности. То же самое произошло и сейчас. Дасарию требовалась оценка совета на появление посла, и он её получил, совет его поддержал за исключением одного. Это хорошо, это означает что советники понимают, что постоянные боевые действия не бесполезны для империи, даже если они порой безрезультатны для неё.
Дасарий решил закрыть совет и сделал завершающую речь, подытоживая обсуждение.
– Я завтра отбываю, посла продержите в Тор Сатане, потом объявите ему, что империя готова пойти на переговоры, но боевые действия продолжатся. Посмотрим, как он отреагирует. Предоставим им место под посольство, изолированное место и возможность связи. Если он изъявит желание улететь, то пусть проваливает, я его не держу. Адмирал, – обратился император к Саредосу, – организуйте операцию в туманности, посмотрим, что там к чему, возможно, и флота-то вражеского уже нет, а мы тут всё беседы ведём…
– Маловероятно, но шанс на то, что они потеряли преимущество в количестве кораблей, существует. Я точно знаю, что они распределяли корабли по секторам, но как, и на какое расстояние – нам неизвестно, мы не контролируем туманность. Визит посла – повод задуматься и выяснить что произошло…
– Вот-вот, адмирал, займитесь этим немедленно. Совет окончен, все свободны, – объявил император и закончил совещание.
Советники покинули зал, включая адмирала. Саредос, когда летел в Тор Сатан, знал о взрыве в туманности, именно доклад о том, что ему известно, он и доставлял, только было непонятно почему нужно было сделать это лично, сейчас он понял. Императору нужно было, чтоб адмирал сам оценил визит посла и послание, что он привёз. Так и произошло. Саредос оценил и сопоставил имеющиеся факты, после чего понял, что у противника есть некая неизвестная проблема, и они активно пытаются её решить. Теперь нужно выяснить, что стоит за предложением инквизитора.
********
Валтикарус как обычно находился в своей камере и сейчас сидел на диване, откуда наслаждался звуками музыки. Камера довольно большая и со всеми удобствами, включая самую лучшую еду и спиртное. Это было платой за то, что он стал сотрудничать и выбрал жизнь, но жизнь эта, а точнее её остаток, будет проведена в постоянном заключении. Почувствовав на себе взгляд, Валтикарус поставил бокал с вином на стол и обернулся. Император Дасарий спроецировал свою голограмму в камеру арестанта, при этом оставаясь где-то далеко во дворце, и сейчас наблюдал за ним. Валтикарус встал, приветствуя высокого гостя, но кланяться не стал.
– Ваше Величество… – стараясь придать почтительности своим словам, смирено произнёс барон.
Его, кстати, так и не лишили титула, в придачу пожалели больше
