пронёс до этого, — наклоняется, снимает изуродованную туфлю и, сморщив лоб, её рассматривает.
— Я сотрудник банка, — представляется её собеседник. — На ваше имя час назад был взят кредит на сумму один миллион рублей.
— Чего-чего? — девушка роняет обувь. — Подожди, вы там напутали, что ли? Ничего я не брала! Только за грёбаную шубу весной всё выплатила.
— Действия с вашего аккаунта показались нам подозрительными. Поэтому мы и звоним вам.
— Отлично. Мне чё делать-то? Какой, на фиг, миллион!
— Девушка, давайте вы успокоитесь.
— Успокоиться?
— Сейчас мы всё посмотрим и проверим. Для подтверждения личности продиктуйте, пожалуйста, свой логин и пароль.
— Это какой?
— Для входа в интернет-банк.
Мои губы медленно растягиваются в улыбке.
— У меня где-то в заметках записано, — скачет на одной ноге и реально пытается отыскать данные в телефоне.
— Ну что там, девушка? Нам нужно действовать быстро, — торопит её «работник банка».
— Щас-щас, секунду. Так, нашла. Диктую.
Совсем дура, что ль?
Прям не могу на это смотреть. Встаю со скамейки, подхожу к ней, внаглую отбираю телефон и сбрасываю вызов.
— Ээ, это чё такое? — возмущённо на меня таращится.
— Это мошенники. И ежу ведь понятно, — возвращаю навороченный айфон хозяйке.
— Чего? — хмурится, напрягая извилины. С соображалкой там, по ходу, туго.
— Говорю, развести тебя хотят, а ты ведёшься, — закидываю в рот оставшийся кусок чебурека.
— Ты думаешь, это не сотрудник банка? — её глаза расширяются.
Аллилуйя! Не всё потеряно, может?
— Естественно, нет. Во-первых, этот мужик тебе не представился. Во-вторых, у тебя запросили личные данные от кабинета: логин и пароль. Как думаешь, зачем? — выгибаю бровь.
— Ммм… Чтобы снять моё бабло? — предполагает она, ахнув.
— Бинго! — достаю из пакета второй чебурек.
— Вот сууука! — блондинка гипнотизирует взглядом свой гаджет, одетый в стразы.
— Никогда, никому, ничего не диктуй по телефону. На том конце может быть кто угодно. Даже заключённый.
— У них в тюрьме есть телефоны? — искренне удивляется.
— Всё, что хочешь, тебе достанут.
— Офигеть! Но ты не подумай, что я дура непроходимая. Он тупо позвонил в неудачное время! Застал меня врасплох с каблуком этим! — снова поднимает пострадавшую туфлю и вертит её в руках. — Едрид-Мадрид! Любимые мои! Как, блин, ходить теперь? Идиот! Просила же, осторожней!
Как ходить, как ходить.
— Дай-ка вторую.
Не спрашивает зачем, просто снимает.
Бац!
Под нужным углом хорошенько стукаю ею о плитку. В каком-то фильме видела подобную сцену.
— Ты… Обалдела? Знаешь, сколько они стоили? — в шоке пялится на второй каблук, валяющийся себе в сторонке.
— Сколько б не стоили. Теперь точно удобнее идти, — пожимаю плечом.
— Да зашибись! — обувается и оценивает результат.
— А, по-моему, отлично…
— Прикалываешься?
— Нет.
Вздыхает и усаживается рядом.
— Я Мари, кстати, — поворачивается ко мне и отщипывает кусок от чебурека.
— Яся.
— Ну и пекло! — машет руками. Смешная. Будто это как-то может спасти её от жары.
— Лето же…
— Я бы выпила чё-нибудь холодненького. Да и перекусить не помешает. Вооон там есть хорошая пиццерия. Ты как? — толкает меня локтем в бок.
— Я на нуле.
— Это понятно. В смысле, ты не позволила мошенникам меня развести и… почти починила туфли, — исправляется, усмехаясь. — Короче, Яся, — кладёт мне ладонь на плечо, — я однозначно угощаю.
Глава 5. Актриса
В пиццерии мы проводим целый час.
Не то, чтобы я настроена близко знакомиться… Просто в моём случае особо выбирать не приходится. Я обязана элементарно послушать её. Хотя бы в благодарность за сытный ужин, включающий в себя пиццу, бургеры, картошку, наггетсы и молочный коктейль.
— Мне двадцать шесть, а тебе? — наблюдает за тем, как я ем, уронив подбородок на сомкнутые в замок ладони.
— Вафимнадцать, — отвечаю, откусывая кусок от сочного бургера.
— Ты откуда приехала? Прости, но на москвичку не канаешь никак… — объясняется торопливо.
— Я из Екатеринбурга.
— Урал. Прикольно.
Хмыкаю.
— И не надо, блин, так удивляться. Я хоть и блондинка, но в школе училась хорошо. Четыре четвёрки в аттестате, — хвалится своими достижениями. — На всероссийскую олимпиаду в десятом классе ездила.
— Прости, Марин, на знатока географии не канаешь совсем, — отбиваю рикошетом её же реплику.
— Много ты понимаешь. Это продуманный образ.
— Ясно.
— Восемнадцать тебе значит… Классный возраст, — произносит она, будто бы с некой ноткой зависти. — Мне было семнадцать, когда я приехала в столицу. Как сейчас помню… Жара плюс тридцать. Белорусский вокзал, леопардовые лосины, чемодан с поломанной ручкой и море амбиций в придачу. Я тогда актрисой мечтала стать. Приехала поступать в театральное училище.
— И как? Поступила? — откидываюсь на спинку стула.
— Да нет конечно! — отмахивается, фыркнув. — Я завалила все прослушивания, впала в состояние безнадёжного отчаяния и по глупости связалась с одним мужиком, пообещавшим мне кинокарьеру и золотые горы.
— Он тебя обманул, что ли?
— Ну, это с какой стороны посмотреть, — усмехается Марина. — Порноиндустрия, так-то, тоже кино, да ведь?
Наггетс встаёт у меня поперёк горла.
— Кхм… Ты снималась в порнофильмах? — уточняю, прокашлявшись.
— Нет. Тогда, оказавшись на площадке, я дико испугалась.
— Надеюсь, ты как следует врезала тому козлу!
Я бы на её месте точно врезала.
— Просто удрала оттуда, когда кто-то отвлёк от меня его внимание, — отрицательно качает головой.
— Слава Богу.
— Да уж… Не о таком кино я мечтала, — подытоживает с грустью в голосе и поднимает чашку с кофе.
— И что было дальше?
Сама не знаю почему, но мне вдруг становится интересно.
— Ну что дальше… Типичный сценарий провинциалки. Сняла квартиру с компанией таких же неудачниц. Устроилась на работу. Сначала в кафе девочкой на побегушках, затем горничной в гостиничный комплекс.
— А потом? — присасываюсь к трубочке. Этот молочный коктейль — просто бомба. — Горничные вряд ли могут позволить себе брендовые вещи, — киваю на пакеты, разбросанные по дивану. Если мне не изменяет память, это стоит очень дорого.
— Потом меня заметила Лаура. Я бросила работу в гостинице и стала одной из её девочек.
«Одной из её девочек».
— Ты… Ты что…
Видимо, у меня то ещё выражение лица, потому что Марина звонко смеётся.
— Я не проститутка, Ясь. Эскорт — это другое.
— Другое? — скептически выгибаю бровь. — А, по-моему, это тоже самое. Ты ведь спишь с мужиками за деньги.
Похоже, я слишком громко это говорю. Тучный, бородатый очкарик, сидящий за соседним столиком, косит в нашу сторону сальный взгляд.
— Чтобы ты знала, я вовсе не обязана с кем-то спать. В основном, это сопровождение. Мероприятия, вечеринки, закрытые клубы, поездки.
— Ой, да не заливай! Я вот тоже промоутером работала. Звучит красиво, а по факту, тупо листовки раздавала в костюме Чебурека.
— Ты? В костюме Чебурека? — хохочет.
— Меня уже уволили.
— А зарплату выдали чебуреками? —
