с Сашей основным рабочим местом будет трансперсонодром, — выкрутился ее дедушка.
Глава 3
Новая опасность
— Хорошо, — сказала Катя, — поехали в сберкассу, она как раз открылась. Оставив отца Саши следить за рабочими, все сели в машину и поехали в центр города.
В сберкассе, молоденькая кассирша, увидев сумму в аккредитивах «старателей» ойкнула и побежала за заведующей. Она вернулась с пожилой женщиной строго вида. Та взяла в руки оба аккредитива, внимательно изучила их и спросила откуда такие деньги. Предупрежденные заранее Медведем — Саша и Сергей Порфирьевич — передали ей документы, которые им приготовили в главной конторе старательской артели и Управлении в Хабаровске.
Заведующая сберкассой тщательно изучила все документы, особенно печати и подписи, после чего кивнула кассирше, дав добро на проведение всех финансовых операций, включая оформление сберегательных книжек, но сразу предупредив, что такой суммы для обналичивания у них нет, и ее нужно заказывать заранее.
Катя, на правах владелицы сберегательной книжки, пояснила, что всю сумму им не нужно и она бы сняла только пять тысяч рублей. Такую же сумму попросил и Сергей Порфирьевич. Оказалось, что выполнить просьбу обоих одновременно — у работников сберкассы возможности нет. Сошлись на том, что пять тысяч рублей выдали только дедушке Кате, а ей самой предложили прийти завтра. На том и порешили. Получив деньги и сберегательные книжки компания покинула здание финансовой организации.
Саша поцеловал Катю, откланялся и ушел в лабораторию к отцу. А вот оставшаяся троица уселась в машину, где Сергей Порфирьевич передал все полученные деньги внучке, и они отправились за покупками.
В универмаге, выбирая с Аней постельное белье, Катя неожиданно столкнулась с своей бывшей одноклассницей.
— Катя? Катя Бессонова? — услышала юная жена Саши удивленный голос за спиной.
— Юля? Юля Крякина? — обернувшись, она с не меньшим удивлением увидела ту, что — всего каких-то две недели, но успела побыть её одноклассницей.
— Привет! Ты вернулась? В отпуск или навсегда? — спросила, внимательно изучая свою более удачливую соперницу, дочка полковника милиции.
— Навсегда! Нельзя же Сашу оставлять одного! — не преминула уколоть ее Катя.
— Да, за ним нужен глаз да глаз! — пыталась уязвить ее и вызвать чувство ревности Юля.
— Думаю не за ним, а за теми бесстыжими девушками, которые охотятся на чужих мужей! — тут же дала сдачу собеседница.
За этой взаимной девичьей пикировкой с интересом наблюдала Анна.
— Чей же это он муж? Он же несовершеннолетний! — от подобной новости Юля растерялась, пропустив мимо ушей «шпильку» Кати.
— Мой! — и Катя показала сопернице ладошку с обручальным кольцом. — Он сделал мне предложение и я его приняла.
— Говори тогда правильно, — сухо ответила, быстро пришедшая в себя, Юля, — он еще только твой жених, а не муж!
— Какая разница? Скоро нам исполнится по восемнадцать лет и мы сразу поженимся! — заявила гордо Катя, добивая соперницу.
— Ну что же, желаю вам счастья. Совет, как говорится, да любовь! — Юля взяла себя в руки, а потом ехидно добавила: — Хотя, в жизни всякое бывает.
— Что ты имеешь в виду? — попыталась уточнить Катя.
— Количество женихов частенько больше, значительно больше, чем количество последующих фактических мужей! — ответила Юля, и, злобно зыркнув исподлобья на свою бывшую одноклассницу, сказала: — Ну, до свидания! Была рада увидеться! Передавай привет Саше! И на свадьбу не забудьте пригласить!
— Кто это? — спросила Анна свою будущую невестку, провожая задумчивым взглядом задиристую красотку.
— Наша бывшая одноклассница, она за Сашей пыталась ухлестывать. Она мне сразу не понравилась! Задавака и воображала! — ответила Катя.
— Мне показалось или она грозила? — задумчиво произнесла жена отца Саши. — Кто она такая?
— Дочка местного начальника милиции, — ответила Катя равнодушно махнув рукой.
— Катя, я бы не относилась к этому так просто! — серьезно произнесла Анна. — От таких как она, точнее от ее отца, могут быть большие неприятности.
— Ой, Ань, да не обращай ты внимание, — отмахнулась Катя, и вернулась у насущным делам: — Как тебе нравится вот этот комплект из шелка?
Разозлившаяся Юля шла быстрым шагом домой. Все ее планы, связанные с покорением — столь перспективного парня, каким был Александр Иванов — полетели к черту! Любила ли она его? Это вряд ли. Ее мама давно объяснила дочке разницу между мужем и любовью. На своем личном примере.
Что толку любить какого-нибудь красавца или талантливого парня, если он нищий и не способен зарабатывать. Если он не сможет обеспечить своей семье достойный уровень жизни? Чтобы не считать копейки от зарплаты до зарплаты.
Нет, для этого нужен муж. И пусть он ее любит. Такой брак по расчету самый крепкий. А уж если ей захочется большой и чистой любви, так для этого есть, существующий тысячелетиями, институт любовников.
Она уже строила планы на то, как обучаясь вместе в Московском Государственном Университете, она охомутает этого Сашу — такого перспективного молодого ученого! И вдруг возвращается эта фифа из-за границы! И все портит! И еще смеет над ней насмехаться! Но ничего, хорошо смеется тот, кто смеется последним. Юлия Крякина не привыкла отступать, она всегда добивается своего. Да, иногда она отступает, но лишь для того, чтобы оттолкнутся, совершить прыжок и нанести удар, которого ее враги не ожидают.
Вернувшись домой, она продумала свой план. Решающую роль в нем должен был сыграть ее отец.
Начала она с того, что стала мало есть и перестала улыбаться. Сидела все время с грустным видом и печальным лицом. Похудела и осунулась.
Ее отец, полковник полиции, суровый и грозный на службе начальник, души не чаял в своей единственной дочке — умнице, отличнице и красавице, с отличием закончившей школу. Он быстро заметил изменения в поведении своей любимой дочурки и через несколько дней, вечером, решительно вошел в ее комнату, сел рядом с ней на кровать и сказал:
— Рассказывай!
— Все хорошо, папуля, — вяло ответила хитрая малолетняя интриганка.
— Я вижу! Что случилось? Кто тебя обидел? Говори! Я все равно все узнаю! — настаивал отец.
— Тут ты не сможешь помочь, — и юная актриса выдавила из себя слезу окончательно расстроив полковника.
— Я сам решу, что я могу, а что нет! Говори! Ты же знаешь я не отстану!
— Хорошо, — всхлипнула стервозная дочка, —
