выезде из города и правда была заправка. Для меня это всё было как кино из прошлого. Колонки как часы со стрелкой. Название бензина А-66 и А-72 — тоже были как что-то древнее и давно забытое. А-76 и АИ-93 были всё же ближе мне. Я такими сортами и сам заправлялся в девяностые. Правда девяносто третий позже почему-то стал девяносто вторым, но это уж мелочи. Меня это никак не касается.
Коля залил себе в бак топливо, и мы поехали дальше.
— Ты не голодный? — заботливо он спросил меня.
— Нет. Завтрак был недавно.
— Ага. А время уже к обеду. Бутер будешь?
— Буду.
Кусок чёрного хлеба с салом исчез так быстро, что я не успел даже насладиться его аппетитным чесночным ароматом. Ну, то есть. Аромат чеснока остался, а сало… испарилось в момент вместе с довольно толстым ломтём ржаного хлеба.
— Ну, вот… А говорил не голодный? — усмехнулся мой попутчик, — Держи ещё. Но больше не дам. А то мне не достанется… А нам ещё ехать и ехать…
После Коврова дорога превратилась в кошмар. Но Коля ловко объезжал глубокие ямки, не буксовал в глубоких лужах. Он явно знал дорогу.
— Дорогу, мля, ремонтируют. Уже год назад начали. Никак не закончат.
— Ага. — разговаривать при такой тряске себе дороже. Так можно и язык откусить…
Коля тоже молчал. Но курить стал в два раза чаще… Так мы ехали ещё примерно часа три. Наконец Коля притормозил у какой-то конструкции с буквами «Шуя». Вдали возвышалась большая белая колокольня.
— Хвост, чешуя… вот вам и Шуя. — схохмил водитель. — Ну, чё? Тебе найти попутку или сам.
Явно было видно, что заморачиваться на поиски машины для малолетнего пацана, у Коли не было ни малейшего желания.
— Спасибо! Не надо. Справлюсь как-нибудь.
— Ну, давай! Бывай!
Я выпрыгнул из грузовика и захлопнул за собой дверь. Обдав меня едким выхлопом, машина удалилась от меня. А я стоял и думал: «Ну и на хрена я здесь?»
День клонился к вечеру. На моей трофейной «Ракете» стрелки показывали полшестого. Пора бы уже определиться: Оставаться здесь или двигаться дальше? Налево пойдёшь — в Иваново попадёшь, а направо… А направо — долгая и извилистая дорога в сторону Горького, но перед Волгой, надо всего лишь свернуть налево и попадёшь в Пучеж. Спрашивается: А туда мне на хрена?
Глава 6
В городе Шуя мне пришлось задержаться на какое-то время.
Мне почти что сразу попался самый нужный магазин — «Хозтовары». Как и во всяком маленьком городке, ассортимент был не велик, но то, что мне надо я нашёл. Фонарик и двойной комплект батареек к нему. Небольшой топорик, Котелок, кружку, алюминиевую ложку… Подумал. И на всякий случай взял вторую ложку… Кухонный нож… Две «авоськи». Авоська — правильное изобретение для тех времён, когда ещё не было полиэтиленовых пакетов. Спички. Взял сразу пять коробок. Свечки.
Всё. Хватит. Выйдя из магазина на ближайшей лавочке вытряхнул из рюкзака свои вещи и собрал всё по новой, с учётом приобретённых полезностей. Котелок поместил в авоську. Так удобнее. И на спину давить не будет.
В булочной я купил буханку хлеба. Хлеб был не чёрный и не белый. А какой-то серый. Помню такие серые хлеба, у нас в армии были. Есть можно.
Потом нашёл и обычный продуктовый магазин. Народу не много. Даже странно. Зайдя в магазин, я понял, почему нет народу.
Да… Это неописуемо, как сказал Бобик, глядя на баобаб. С Пятёрочкой не сравнить. Ряды консервов и трёхлитровые пузатые стеклянные банки с соком. Тушёнки нет. Консервы в основном рыбные, но вот попался завтрак туриста. Возьму пару банок. Да и рыбные тоже можно. Кильку взять, что ли? Ну, ни фига себе? Шпроты. Дороже чем килька раза в три. Но я беру именно их. Тоже пару банок.
В молочном, я попросил нарезать мне двести грамм сыра. Толстая продавщица длинным ножом нарезала его. Сыр был одного сорта. «Сыр». Может, Российский? Какая разница. Взял ещё два плавленых сырка. К этому прибавилась ещё и Любительская колбаса. Тоже в нарезанном виде, и тоже грамм двести. Всё упаковывалось в коричневатую бумагу. С пластиковыми пакетами в этом времени, увы, не срослось…
В овощном мне насыпали пару кило картошки в авоську, а сверху я добавил штук пять луковиц.
Так… Крупы, макароны пока мимо. А вот сахар колотый беру. И пачку грузинского чая. Лимонада в бутылках не было. Я купил себе пару бутылок минеральной воды.
Хорош. Не унесу. А мне ещё идти и идти…
Проходя по улице. Заметил вывеску: «Почта»… Зайду. Купил газет себе. Правду и Пионерскую правду. Взял бы Комсомолку. Но её не было. Зачем газеты? За неимением гербовой бумаги, пишут на туалетной. Ну а за неимением туалетной… Беру газеты.
Через некоторое время я покидаю гостеприимную Шую. И топаю пешком обратно по дороге, по которой меня пару часов назад привёз на грузовике Коля. Дело в том, что минут за двадцать до въезда в город, я видел, как по дороге навстречу нам шли военные. А если выражаться точнее — солдаты. И шли они строем. Не совсем ровным, но строем, в сопровождении какого-то офицера. Примерно человек тридцать, сорок. Не успел посчитать по головам. Шли, как положено по уставу. Впереди один с красным флажком, позади тоже. А это значит, что идут куда-то или откуда-то. Но недалеко. Так как далеко они бы ехали на транспорте. Следовательно, здесь где-то есть воинская часть. А там может быть то, что мне очень пригодится в скором времени. Ну, вот я и схожу на разведку. Да и погляжу одним глазком…
Где придётся ночевать, я ещё не придумал. Ну, либо в деревне какой попрошусь к кому-нибудь на ночлег… Если пустят. Либо… А… Там посмотрим. Я человек не гордый, я и в лесу переночую. Дай бог не замёрзну.
Спички есть, топор и нож. Нас так просто не возьмёшь.
Иду себе, иду… Шагов не считаю. О будущем размышляю.
И снова дохлым червячком противные мысли сверлят мою больную голову. Зачем я здесь? Для чего? Мир спасать?
Чушь! Спасение мира — вещь бесполезная и опасная. Опасная для себя и для окружающих.
Спасать СССР? А от чего его спасать? От распада? Распад любой империи неизбежен. Сначала, конечно империи развиваются и укрупняются… А потом… При достижении критической массы… Буу-ум! Взрыв. Революция, война или что ещё там? Глядишь… И нет империи.
Сколько их было, империй-то? Римская, Византийская, Османская, империя майя
