ожидал от меня услышать, но его ответ меня вполне устроил, особенно его с легкостью оброненное «мы».
— Скарлетт, я наслышана, что вы большая поклонница театра и у вас даже есть любимый актер, кажется… Элиос. Дорогой, помнишь того красавца?
— Нет, мне все актеры кажутся на одно лицо, — натужно рассмеялся Андре, чувствуя неловкость за свою пару, что взялась меня третировать.
— Ну как же, сразу после завершения спектакля к нему, словно мотыльки на огонь, бегут все дамы, — продолжила настырная особа, бросая украдкой взгляды на Мэттью, — Элиос в этом сезоне будет выступать в нескольких представлениях. Скарлетт, вы не можете пропустить это.
— Отчего же? Вполне могу. А вам, миссис Селин, уверена, не стоит пропускать такие мероприятия, ваши глаза зажглись, едва вы только вспомнили… — недоговорила, намеренно сделав паузу, и снисходительно улыбнувшись, продолжила, — о театре. Мы же с Мэттью прекрасно проведем этот театральный сезон здесь в Бибери, да, дорогой?
— Конечно, — согласно кивнул мужчина, с трудом сдержав изумление, и, подняв свой бокал, быстро проговорил, — предлагаю выпить за встречу и за прекрасный обед, что организовала Скарлетт.
— Поддерживаю, — подхватил приглашение мистер Андре, Селин ничего не оставалось, как тоже поднять свой бокал. Я отсалютовала стаканом с лимонадом, после чего приступила к еде. Ко мне тотчас присоединился Мэттью, прежде положив мне на тарелку овощного рагу. Гости тоже не стали более тянуть, наконец, приступив к трапезе, и какое-то время за столом стояла тишина, разбавляемая редкими и короткими, ничего не значащими фразами, звоном посуды и скрипом старых стульев…
За чашкой послеобеденного кофе миссис Селин совершила еще пару жалких попыток меня задеть, но мистер Андре избавил меня от ответа, вступая в разговор со своей женой. И вскоре чета Пикард, поблагодарив за компанию, попрощались и быстро покинули дом, чему я, признаться, была очень рада. И хотела было тоже последовать их примеру и сбежать на полчаса на улицу, чтобы хорошенько поразмыслить над услышанным, но муж тихим покашливанием остановил меня буквально на пороге:
— Кхм… обед был отличным, ты идеально все подготовила.
— Да, я знаю, — не стала кокетничать, вопросительно посмотрев на мужчину.
— Эм… в шкатулке на каминной полке в моем кабинете я оставил сотню фунтов, ты говорила, что хотела купить платье у миссис Дебры, — растерянно произнёс Мэттью. Кажется, я своей резкой сменой поведения окончательно запутала мужчину.
— Спасибо, — отказываться от денег я не собиралась: мало ли решусь развестись с Мэттью, и запас наличности мне не помешает.
— Селин… она бывает немного бестактна и резка.
— Немного? — деланно вскинула бровь, отпуская ручку двери, — по-моему, она не слишком рада тому, что я стала твоей женой.
— Думаю, она изменит свое отношение, узнав тебя поближе, — примирительно промолвил Мэттью, взглядом показав на дверь, — ты собиралась куда-то идти?
— Да, хочу немного прогуляться по саду.
— Не буду тебя задерживать, — произнес мужчина и, не дожидаясь ответа, резко развернулся, двинулся к лестнице. Равнодушно пожав плечами, не понимая, к чему был этот разговор, я наконец толкнула дверь и выбралась на улицу, жадно втягивая в себя раскалённый, ароматный воздух. Но долго у выхода я не задержалась, устремилась к все еще стоящему под кленом столу и, обессиленно упав на стул, задумчиво прошептала:
— Что, черт возьми, случилось с избранниками Скарлетт? Они умерли? Сами? Или это она… — осеклась, боясь даже подумать о таком, но сказанное Селин прочно засело в моей голове, а выстраиваемые мной версии были одна страшней другой. И никаких идей, как бы разжиться достоверной информацией, у меня не было. Поговорить с отцом или сестрами? Но я даже не знала, где они живут.
У Мэттью спрашивать будет странно. Если только рассказать мужу о временной амнезии… но он и без того на меня косо смотрит. Что, если мужчина попросту сдаст меня в психушку? Ведь я все еще не знаю истинных причин нашего неравного брака, возможно, Мэттью…
— Госпожа, прибыл ваш заказ, — прервала мои лихорадочные мысли Роуз, неслышно подойдя к столу.
— Заказ? Какой заказ?
— Кажется, это шляпки от миссис Боррель и перчатки от Луи, — ответила женщина, выжидающе на меня посмотрев.
— Ясно, а мистер Мэттью в доме?
— Нет, он только что отбыл в торговый дом.
— Вот как, и в какое время он обычно возвращается?
— Не раньше семи, миссис Скарлетт, — ровным голосом ответила служанка, но было заметно, что ее удивляют мои вопросы.
— Что ж, пойду посмотрю, что я заказала у… Луи?
— И миссис Боррель, — подсказала Роуз, последовав за мной.
Глава 7
— «Сколько?!» — мысленно воскликнула, мягко сказать, изумившись названной суммой за кусок шелковой ткани и нескольких серебряных пуговок. И тотчас принялась внимательно изучать товар, пытаясь найти в нем, хоть что-то, что объяснило бы мне его явно завышенную стоимость.
— Мистер Луи, как вы и просили, выполнил ваш заказ до воскресенья, — растягивая каждое слово, протянул молодой парнишка, который мог с успехом побороться за первенство в надменности с Ее Величеством.
— Если бы мистер Луи сразу предупредил меня, что из-за срочности заказа качество будет желать лучшего, я бы не просила выполнить его до воскресенья, — заговорила я, радуясь, как ребенок, найдя огрехи в работе портного. Отдавать пятьсот семьдесят фунтов за лоскут тряпки… о чем только Скарлетт думала.
— У мистера Луи… — попытался возразить парнишка, сердито сощурившись и поджав губы в тонкую полоску, но я взмахом руки прервала высокомерного курьера и, указывая на торчащие нити и на часть необработанного края, произнесла:
— Платить за такую работу я не намерена, мало того, буду требовать компенсации. Я ждала эти перчатки и шляпу на важный прием, а сейчас мне необходимо подбирать новый наряд.
— Миссис… это какое-то недоразумение, мистер Луи лично… перчатки будут готовы завтра, приношу вам искренние извинения.
— Можете не стараться, брать я их уже не буду, — теперь я надменно вздернула к потолку нос и добавив в голос как можно больше льда, проговорила, — и заберите коробку со шляпой, я даже смотреть ее не буду.
— Как прикажете, — пробормотал парень и больше ни слова не сказав, подхватил коробки и перчатки, поспешил к двери, возле которой замерев немым истуканом, стояла Роуз и судя по ужасу на ее лице, я только что совершила непоправимое.
Но служанка ничего мне не сказала, молча вышла
