и сумасшедший напор большого, сильного парня — все это смешалось в одно, и я забилась в сладких, долгих судорогах кайфа, сжимаясь и выгибаясь так, что поясница отрывалась от матраса, несмотря на то, что на мне не меньше ста кило сейчас лежало.
Тигр, стискивая меня совсем уже несдержанно, выматерился и еще ускорился, проводя меня через оргазм и гонясь за своим.
Я, уже сходя с ума, не контролируя себя совершенно, смотрела в напряженное лицо своего парня, ловила на себе его голодный острый взгляд, удивлялась, как странно нелепо и беспомощно подрагивали мои ступни на его широченных плечах… Самое офигенное, самое горячее порно в моей жизни…
Огненно-острое. Грубо-сладкое. Невероятное…
Меня, кажется, опять вырубило, но в этот раз ненадолго.
Второй раз я проснулась уже от говора здоровенной плазмы в гостиной, видной из спальни. Пощурилась на мелькание цветных пятен по экрану, приподнялась, ощущая себя невероятно разбитой и в то же время очень-очень довольной. Словно кошка, которую всю ночь таскали и тискали… Хотя, так оно и было, реально!
Я откинулась обратно на кровать, спиной, посмотрела в белый потолок с минималистичными точками светильников и поверить не могла, что мои мечты сбылись. Что я теперь — реально девушка Тигра.
Боже… Это словно сказка какая-то! Про Золушку. Но только с хорошим концом, потому что мне не надо ничем притворяться, и в двенадцать ночи я не превратилась в оборванку и не сбежала из дворца принца.
Мой принц в двенадцать ночи меня в рот трахал. И явно был бы против, если б я сбежала…
На мгновение представив себе картину, как я, прямо во время минета, встаю и бегу прочь из квартиры, и как на это реагирует Тигр, я засмеялась. Потянула на себя шелковую простынь, укуталась в нее, наслаждаясь запахом наших тел, нашего секса, что остался на ткани.
Это в самом деле случилось.
В самом деле!
— Киса, — Тигр появился на пороге спальни, в одном лишь полотенце на бедрах, и я замерла, завороженно глядя на него. Бог, просто бог, реально.
Это тело, эти капли воды по волосам и вниз.
Этот взгляд… О-о-о…
Все внутри сжалось…
— Киса, нам пора в универ, — пробасил Тигр, а затем добавил, хищно улыбнувшись, — но ты так смотришь, что я, наверно, пошлю его нахер…
Его слова, пусть и опозданием, дошли до моего напрочь поплывшего мозга.
Универ!
Черт!
Надо ехать!
Сегодня пара по психологии! Проф не простит, если пропуски будут!
— Ой! — я подпрыгнула на кровати, — ой-ой! Надо ехать! Тигрик! Надо ехать!
— Как ты меня назвала? — белозубо заржал Тигр, наблюдая за моими паническими сборами, — Тигрик? Прикольно.
— Не нравится? — затормозила я на полпути, уже всунув ногу в джинсы.
Трусы найти не удалось, и я решила на них наплевать.
Похожу так, не страшно.
— Нравится, кис, — сказал Тигр, подходя ко мне и мягко вытаскивая из рук джинсы.
Я заторможенно позволила ему это сделать, хотя какая-то далекая и совсем уже ненужная трезвая часть мозга судорожно вопила, что это неправильно, и мне надо собираться…
Надо, очень надо…
Но как? Когда он так смотрит, что все внутри полыхает?
— Я бы тебя не выпустил сегодня из кровати, кис, — Тигр за локти приподнял меня и поставил на кровать, уравняв нас, таким образом, в росте, — ты слишком сладкая… Но мне тоже надо ехать…
Он выдохнул мне это в губы, лишая воли окончательно.
Что он говорил? Что? Ехать, да? Куда?
— Иди в душ, кис, — шепнул Тигр, — а потом я тебя довезу… А после пар встречу… И трахну так, что ноги свести не сможешь…
— Я… уже… не… могу… — боже, я как бандерлог перед Каа…
— Можешь, — улыбнулся Тигр, — вон, как стоишь красиво… Иди, кис. А то я не железный же…
После этого он чувствительно куснул меня за шею и резко снял с кровати, поставил на ноги и легким шлепком по заднице придал ускорения.
И я ускорилась.
Пусть и не сразу, чуть-чуть пошатавшись, словно пьяный кролик, но потащилась в ванную, потом обратно в спальню, натянула бойфренды, постояла в ступоре над футболкой, как оказалось, разорванной в хлам.
Тигр, проходя мимо, сунул мне в руки чашку с дымящимся кофе, а затем, порывшись в шкафу, кинул на кровать футболку.
Эта молчаливая забота потрясла меня до глубины души.
Тигр не говорил ничего про нас, про то, что мы будем делать дальше, но сделал мне кофе, дал свою футболку и намекнул про вечернее свидание.
Определенно, он — лучший парень во всей вселенной.
Я вытащила самый счастливый билет!
8
Я до такой степени была не в себе от случившегося, что первую половину первой пары сидела с нереально глупым лицом и мыслями вообще не здесь.
А потом меня к реальности все-таки вернул препод. Правда, несколько вопросов, которые он мне задал, так и остались без ответа, потому что я их тупо не слышала, полностью погруженная в сладкие будоражащие воспоминания.
Тигрик меня подвез до самого крыльца универа.
И целовал в машине, так сладко, так долго… О-о-о… До сих пор трусы проветриваю!
Какие могут быть занятия?
В конце концов, меня пихнула под локоть непривычно хмурая Вася, и я заморгала, с недоумением пялясь на профа, уже стоящего надо мной с задумчивым лицом:
— Вот скажите мне, милая моя, чем отличается преподаватель от шизофреника?
Я, словно рыбка гуппи, открыла и закрыла рот, не зная, что сказать, и проф, насладившись сполна моей невероятно тупой физиономией, выдал в конце концов ответ:
— Шизофреник разговаривает сам с собой, а преподаватель думает, что с группой…
Однокурсники начали ржать, я продолжила моргать, не зная, что делать, улыбаться или нет?
Как реагировать вообще?
И тут у меня зазвонил телефон, который я тупо забыла поставить на беззвучку.
Я посмотрела на экран, где высветилось имя моей соседки по комнате, Ирки.
Проф глянул туда же и сказал спокойно:
— Ответьте, там явно интереснее новости, чем у меня на лекции.
И вот, наверно, надо было бы отключить звонок, но Ирка отсутствовала на паре, а она обычно не пропускала, та еще заучка, и, если б я не была настолько не в себе, то давно бы набрала ей…
А тут она сама позвонила. Явно что-то случилось!
Короче, я схватила трубку и, краснея щеками, шеей и ушами, вылетела из аудитории.
По телефону Ирка убито сообщила, что сегодня утром навернулась с лестницы и повредила позвоночник.
И, пока я охреневала от этой новости, добавила, что надо собрать ее вещи,
