— Что вы говорите, — покачала головой девушка и откусила крохотный кусочек от крохотного пирожного, которое лежало перед ней на блюдце уже битый час. — Ужас какой.
— Кишмя кишат! — подтвердила вдова. — Ведь правда же?
Остальные дам решительно согласились: прежде в Ульшане если и заводились нелюди, то не надолго, и уж конечно у них никто ничего не покупал. Теперь же непонятно, куда и смотрит Магистрат, а бургомистр, говорят, и вовсе на четверть эльф.
— Гном! — заспорила адвокатша. — Я точно знаю, что с его бабушкой был в свое время целый скандал. Хотели даже отказаться от ребенка, но…
— Как же гном, если эльф?! — возмутилась другая адвокатша. — Я тоже точно знаю!
Прочие дамы с удовольствием вмешались в их спор, но Агнеша предпочла продолжить негромкий разговор со вдовой.
— Но у вас-то здесь, я вижу, довольно тихо? Эти студенты, они такие милые в своих мантиях!
— Того и гляди что-нибудь сопрут, а то и шляпку сорвут с головы, будьте с ними осторожны! — не разделила ее умиления старушка. — К счастью, студенты больше ходят вниз, к рынку, там и безобразничают. Хотя вы правы, по нынешним временам наша Ровная улица — довольно приличное место. Но говорят, что декан Университета, господин Урмис, хочет уговорить Магистрат допустить к обучению нелюдей. Ох, это будет ужас какой-то!
— Не думаю, что кто-то, кроме людей, захочет здесь терять время, — фыркнула Агнеша, но тут же опомнилась и сменила тон на прежний: — Здесь такие красивые дома! Наверное, живут исключительно приличные господа?
— Почти. Есть парочка недотеп, вот хотя бы этот дом напротив. Впрочем, что и удивляться? Там устроился господин Хлумиз, профессор из этого же Университета. Не удивляюсь, что студенты так себя ведут — есть кому их научить безобразиям! Этого с позволения сказать профессора вчера только ночью притащил вышибала из кабака ниже по улице. Между прочим — сам нелюдь! И хозяин кабака — гном, да как туда вообще могут заходить уважающие себя люди?!
— Профессор! — Агнеша мягко, но как-то очень цепко прихватила вдову за плечо. — Вы не слишком строги к нему? Я знала очень достойных профессоров. Он, наверное уже пожилой… Может быть, одинокий?
— Кто же с таким пьяницей бестолковым будет жить? — даже удивилась старуха. — Конечно, одинокий. И помрет одиноким. И никакой он не достойный, раз служит в этом ужасном Университете. Раньше, правда, студенты вели себя иначе, и профессора не позволяли себе…
— Даже прислуги нет? — не позволила Агнеша уклониться от интересующей ее темы. — А родственники, где-нибудь в городе? За городом?
— Никогда не слышала о родственниках, он вообще не местный. Прежде в этом доме какая-то дама проживала, была у нее и прислуга. Потом она умерла, и вот — выискался наследничек! Где-то, говорят, чуть ли не в тюрьме сидел. Или с эльфами якшался в лесах, я уже сейчас не помню.
Их соседки, как раз закончившие ничем спор о бабушке бургомистра, немедленно стали выяснять прошлое профессора Хлумиза. Девушка же, узнав все, что требовалось, немного заскучала, глядя в окно, и вдруг увидела высокого, весьма полного человека в черном сюртуке и синей шляпе.
— Это он? — Агнеша довольно грубо пихнула в бок вдову колбасника.
— Он! — старуха даже подпрыгнула от неожиданности.
Агнеша еще немного полюбовалась на старого профессора. Неплохая физиономистка, она сразу оценила характер господина Хлумиза и пришла от него в восторг. Рваный Лом ничуть не обманул ее, рассказывая о профессоре, скорее даже преуменьшил его достоинства как объекта для разработки. Можно было бы проверить остальные варианты, но тянуть Агнеша не любила. Девушка запихнула в рот остатки пирожного и пошла к выходу, жуя на ходу.
— Должна вас покинуть, — сообщила она уже от дверей. — Очень было приятно пообщаться. Уверена, что еще увидимся!
В кондитерской повисла мертвая тишина. Через окно дамы, не смея даже мигнуть, наблюдали за странной особой. Она между тем почти бегом пересекла улицу и нахально схватила профессора за рукав.
— Что же это делается?.. — только и прошептала вдова колбасника. — Такая милая с виду, и вот…
Профессор Хлумиз отреагировал на поведение Вселенной куда сдержаннее: повернул голову и уставился на весьма симпатичный образ девушки.
— Простите, что вынуждена вас побеспокоить, господин Хлумиз… — Агнеша ни минуты не сомневалась. С таким типом надо действовать быстро и нагло. — Но мне крайне необходимо поговорить с вами об одном очень личном и очень важным для нас обоих деле.
Хлумиз тяжко вздохнул и нахмурился: вообще-то он надеялся, что сейчас придет в иллюзию дома и спокойно уснет. Вселенная сегодня уж слишком многого от него хочет. Да еще выражается как-то странно…
— Продолжайте, — попросил профессор.
— В доме! — Агнеша потянула его за рукав ко входной двери.
Вздохнув еще раз, профессор принялся шарить в карманах штанов: ключ обычно находился там. И в самом деле, очень скоро он вставил иллюзию ключа в иллюзию замочной скважины. Дверь открылась, и хозяин с гостьей проникли в темную, замусоренную прихожую.
— Разве вы не пригласите меня в гостиную? Не предложите чашку чая? — Агнеша позволила себе немного покапризничать, потому что чувствовала себя полной хозяйкой положения.
Вместо ответа профессор прошел на кухню, замусоренную куда меньше по причине крайне редкого использования, и похлопал дверцами шкафчиков. Он помнил, что когда-то нашел чай именно здесь и честно попытался повторить фокус. Однако мешочка с измельченными листьями там не оказалось.
— Здесь чая нет, — громко сказал он, рассудив, что если Вселенной все же хочется чаю, то пусть она сама подскажет, где эту иллюзию раздобыть.
— Ладно, поговорим так! Поднимайтесь же, милый господин Хлумиз! — донесся голос сверху.
Агнеша успела побывать во всех комнатах, пока профессор поднимался по иллюзии лестницы. Похоже было, что Хлумиз безобразно беден. Обстановку только с натяжкой можно было назвать таковой, гардероб и прежде скудный износился до неприличия, и даже постельное белье оказалось, мягко говоря, несвежим.
— Позволите мне присесть? — Поднявшийся профессор обнаружил девушку скромно стоявшей посреди комнаты. — У вас здесь так… Неуютно.
— Вот как? — Хлумиз указал гостье на пыльное нелюбимое кресло, попрочнее утвердил трость и переступил толстыми ногами. Иногда Вселенная начинала вести себя грубовато, и тогда профессор умел постоять за себя. — Вам что здесь нужно, юная госпожа?
— Мне, право, так неудобно к вам вторгаться, тем более, что мы даже не представлены… — Агнеша зарделась, но стекла в окнах были такими грязными, что это осталось незамеченным. — Однако у меня были уважительные причины забыть о приличиях, я скажу о них чуть позже. Может быть, вы все-таки сядете? Я так волнуюсь…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
