И собрав всю волю в кулак, она все же сумела отвоевать себе в этом мире крошечный уголок. Пусть она всего лишь помощница, и каждые полгода приходится покупать новые беговые кроссовки, это не важно. Она любит офис, любит вид из окна. Любит чистоту и яркость. Больше никаких трещин на потолке и тараканов за холодильником, а стоит чему-то сломаться, как сразу же за дело берутся специалисты. Здесь всегда горит свет и работает отопление. Она наконец-то сумела вырваться из жалких лачуг Кабрини-Грин.
– Звонила миссис Уоррен, – сообщила она, устраиваясь на своем привычном месте перед Маркусом.
– Чтобы вытянуть из тебя мои планы на свадьбу Хэнсон? – уточнил он, не оборачиваясь.
– Именно. Ее волнует твоя спутница. Точнее, ее отсутствие.
Маркус тяжело вздохнул.
– Если тебе еще интересно, я кое-что узнал о младенце.
– Что?! – воскликнула она и, поймав на себе удивленный взгляд, заставила себя успокоиться. – То есть, конечно, мне интересно.
– Но сама ты о нем даже не спросила.
– Ты обещал навести справки, и я не хотела лишний раз тебя дергать.
Он удивленно на нее посмотрел, но за этим удивлением угадывались нежность и забота. Та самая забота, из-за которой он и дал это обещание.
– Либерти, – начал Маркус, и она почувствовала, как у нее сразу же загорелись щеки. Но что плохого в том, что ей нравится, как он произносит ее имя? – Не говори так, словно ты обуза.
Она судорожно сглотнула.
– Хорошо.
– Малыша уже выписали из больницы.
– Как он? С ним все хорошо? Его маму уже нашли?
– Здоров как бык, но его родителей пока так и не отыскали. – Он виновато на нее посмотрел. – Судя по всему, даже несмотря на мои настоятельные просьбы, ищут они не слишком упорно. Не думаю, что такими темпами они вообще их когда-нибудь отыщут.
Она даже не знала, как на это реагировать. С одной стороны, так жаль малыша, но с другой… Его же один раз уже бросили. Найдут они его мать, и что дальше? Чтобы бросить ребенка, не обязательно оставлять его в парке. И она слишком хорошо об этом знает.
– Меня заверили, что ему нашли заботливую приемную мать и обеспечили всем необходимым.
Уставившись на Маркуса, она вдруг поняла, что ее рот все еще открыт. Глубоко вдохнув, она заставила себя немного успокоиться. Заботливую приемную мать? Все необходимое? Сама она ничего этого так и не получила.
– Отлично, могу я его навестить?
Маркус посмотрел на нее так, словно она попросила космическую лошадку.
– Я не спросил адреса.
– Понятно. – Она уставилась на стол. – Просто я подумала, что… – Кашлянув, она попыталась вернуться к делам. – Я изучила рекламу «Роквотчес» и считаю, что она не отвечает требованиям выбранного тобой рынка. А еще тебе нужно отыскать спутницу на свадьбу.
Передав Маркусу рекламные листовки и свои заметки, она встала и направилась к двери.
Ладно, так даже лучше. Она сделала все, что в ее силах, Маркус сдержал обещание, а с малышом все будет в порядке.
Да и что тут еще остается? Ну не самой же ей ребенка усыновить. Она работает с девяти утра до шести вечера пять дней в неделю, а потом еще приходит в офис в субботу, чтобы подготовиться к общему еженедельному собранию. У нее просто нет другого выбора. Она слишком мало знает об этом мире и не может допустить, чтобы в ней разглядели истинные корни, поэтому ей приходится без устали трудиться круглыми сутками.
– Либерти.
Оклик застал ее на пороге.
Замерев, она сразу же напряглась. Не собирается же он снова звать ее на свадьбу? Она обернулась.
– Да? – Этот взгляд. – Ты же не собираешься снова звать меня с собой на свадьбу?
Маркус насмешливо ухмыльнулся:
– Кажется, ты сама велела поступать так, как мне хочется.
Но не может же он в самом деле хотеть именно этого?
– Да, но…
– Так ты хочешь снова его увидеть? Я про малыша?
Она пристально на него посмотрела. Это какая-то игра? Но для нее это совсем не шутка.
– Мистер Уоррен, вы же не станете ломать комедию? Только не говорите, что раздобудете его адрес, если я соглашусь пойти с вами на свадьбу, став каким-то подобием человеческого щита…
Маркус разом напрягся. Мало кто осмеливался ему отказать, но Либерти как раз и принадлежала к этим немногим.
– Просто ответь на вопрос. Хочешь ли ты снова увидеть малыша?
Она стиснула зубы:
– Да.
– Вот и все.
Повернувшись, Маркус снова сосредоточился на компьютере, словно вообще забыв о ее присутствии.
И ей это совершенно не понравилось.
Глава 4
Чтобы выяснить фамилию и адрес приемной матери, на этот раз Маркусу пришлось просто представиться, и разговаривавшая с ним сотрудница службы опеки буквально с ног сбилась, стараясь ему угодить.
Что ж, приятно, когда хоть кто-то ведет себя подобающим образом. В отличие от его личной помощницы.
Маркус задумчиво посмотрел на записанные на фирменном бланке данные. Хейзел Джонс. Роджерс-Парк.
Ну что за бред? Сейчас ему следовало бы обдумать стратегию и тактику выживания на свадьбе, а вместо этого он тратит силы, время и энергию, разыскивая брошенного младенца ради секретарши.
Он ничего на этом не выиграет. И он не хочет превращать Либерти в щит… Да одно предположение, что этот щит ему необходим, уже само по себе оскорбительно. Черт, он Уоррен. Он всегда получает желаемое, никогда и ни от кого не прячется и безжалостно сокрушает осмелившихся встать у него на пути безумцев.
Вот только в данном случае этим безумцем оказалась Либерти Риз.
Когда он вышел из кабинета, она разговаривала по телефону, бросив на него лишь встревоженный взгляд. И от этого он еще больше разозлился. Да что он такого сделал, что она его теперь боится? Ничего он не делал! И это при том, что отец уже в конце первого месяца уложил бы ее прямо на стол, а вздумай она потом хотя бы раз косо на него взглянуть, похоронил бы заживо.
А он себя как вел? Относился с уважением и ни разу и пальцем не тронул, ясно дав понять, что ее сексуальность не имеет к работе никакого отношения.
Он всего лишь попросил сопровождать его на свадьбу, а теперь она ведет себя так, словно он какой-то престарелый развратник. И она его боится.
– Да, – продолжала она телефонный разговор. – Верно. Нет. Нет. – Теперь ее слова звучали жестче. – Эти данные должны быть у меня на столе к двенадцатому. – Она подняла на него глаза: – Да?
Он скрестил руки на груди:
– Ничего, я подожду.
Даже в этом вопросе звучала тревога. Черт, наверное, все же не стоило звать ее с собой. Тем более что он и сам туда идти не хочет.
– Нет, к двенадцатому. Что тут неясно? К двенадцатому! – рявкнула Либерти, и он невольно улыбнулся.
Он ее нанял потому, что она жила вне сферы влияния его родителей и бегала по утрам. И ни разу не пожалел о своем выборе. Она оказалась первоклассной помощницей и при необходимости не боялась настоять на своем.
