Зато в темноте я вижу четче и яснее, но сейчас, без поддержки Лана, мне лучше не рисковать. Он словно знал, что так случится, и заранее обо всем позаботился.
Наставник рассказывал, что его город находится южнее, и идти надо вдоль реки. Он объяснял приметы по пути к городу, но кто бы его тогда слушал. Какой же я была беспечной! Я думала, что Лан непобедим, и он всегда будет со мной рядом. А теперь я одна. Ну ладно, не совсем одна, но чем мне может помочь маленькая Вепь, которая сама дрожит от страха при любом звуке?
В полумраке слышались звуки, издаваемые всевозможными созданиями. Одни готовились ко сну, в то время как другие только просыпались.
Где-то из-под куста поползли из своих земельных пещерок крылатки — мерзкие создания с черной мохнатой шерстью и длинным носом. Питались они мелкой мошкарой и противно свистели свои летние серенады. На вкус же словно тухлые кислые муравьи. Я в разные времена успела попробовать и их. Поняла, что это явно не вкусно. При воспоминании о еде мой желудок забурчал. Мда, я же со вчерашнего дня ничего не ела, а для далекого путешествия нужны силы.
— Вепь, нам надо кого-то поймать. Кушать хочется, очень, — при этих словах моя ночница свернулась и зафыркала. Она не любила эти истории. Завибрировав, сказала что-то типа «фуу, какая гадость», чем меня рассмешила.
— Не волнуйся, тебя я даже в самые голодные времена на жаркое не пущу, — улыбнулась я ей в ответ. — А тебе я зерна прихватила. И лепешка есть. Будешь? Вепь довольно завибрировала боками, урча.
— Еда. Корми.
— Э, хитрая. Не сейчас. Ты, значит, пузо набьешь, а я голодная на тебя смотреть буду? Рискуешь, Вепь, — злобно пошутила я.
— Вепь не еда. Фу-фу-фу, жаркое из Вепь!
— Ладно, тогда пошли ловить мне еду.
***
Помню, когда я была еще меньше, мне всегда нравился вкус сырого мяса, только Лан постоянно бормотал: «Да содрогнется земля, что ты ешь?.. Этого не может быть, ты снова поедаешь сырую плоть! Сколько тебе говорить, это небезопасно! Мясо надо есть обработанное огнем, в нем меньше заразы, — почесав неуверенно голову, добавлял: — всякой! И вообще, ты не дикарь, а прекрасное дитя. Девочка. И вскоре превратишься в девушку. Но ей богу, сейчас ты настоящий дикарь! Кровожадный!»
Как-то мы сварили мясную похлебку. Ничего так, есть можно, хоть и не очень вкусно. Я часто ловила и жарила рыбу. В этом мне не было равных. Я знала, наверное, все виды ее приготовления и сушки для походов. Особенно вкусно, конечно, оторвать ей голову и прям так съесть, но, увы, я так делала только тогда, когда не попадалась под напыщенные брови Лана.
Предательский живот все чаще напоминал мне о голоде.
Вспомнив, что на напояснике дорожной мантии есть сеть для рыбы, я поспешила к уже виднеющейся реке. Это лучше, чем оставаться ночью голодной. Приготовив немного хвороста для ночного огня, спустилась к воде за уловом.
Рыбы в этих краях было много, и отловив самых крупных, я с жадностью прямо на берегу реки съела пару штук сырыми. Было вкусно. Но сейчас я бы все отдала за взгляд Лана и его бурчания. На глаза опять навернулись слезы. Смахнув их рукой, я почувствовала недовольное шебуршание в волосах.
— Какая дикость! Фи! Фи!
Я улыбнулась, словно душа отца меня сопровождает голосом Вепи.
— Это не дикость, я просто голодна. Будешь? — протянула ей недоеденный рыбий хвост.
— Неееть! Будь это стригун хотя бы. Фи!
Вепь любила порой лакомиться всякой мошкарой, особенно стригунами, маленькими паразитами, которые как мурашки обитали в шерсти других животных или ползали по веткам деревьев. Ловкими лапами она ловила и съедала их. Причмокивая, пела свои трели — вепь-вепь-вепь. Вот именно поэтому я ее так и назвала — Вепь.
Поймав еще несколько крупных рыб про запас, пошла к тому месту, где присмотрела безопасный ночлег. Под корнями огромного дерева было пространство, которое могло укрыть меня от ветра, дождя и от взора хищных глаз.
Разбрызгав вокруг своего укрытия снадобье, отбивающее запах, я, сорвав пару пышных веток, перекрыла все проходы под корни дерева и легла отдыхать. Теперь меня точно не найдут.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Мне и раньше приходилось ночевать в лесу, но так непривычно в этот раз быть без наставника.
На рассвете пожарив себе на огне пару рыб, завернула их в огромный лист лопуха. Мантия путника хороша тем, что вместе с тканевым рюкзаком всегда в карманах, внутри мантии, есть все необходимое для выживания в чаще — веревка, камни для разжигания огня и многое другое, что мы брали раньше с собой. В одном из тайных карманов я нашла и красивые камушки, цену их я не знала, но Лан говорил, что любой встречный маг оценит их, а в темные времена они уберегут меня.
Положив камни на место, на всякий случай затянула тканевый мешок потуже и убрала в карман.
Лес летом всегда прекрасен. Я не знала другого места, кроме него, но, уходя дальше вниз по реке, все чаще понимала, что он становится все менее известен.
Все реки ведут в город, а значит, идя по течению можно добраться до города-огня под названием Миодрог — так говорил Лан.
Вот мое первое путешествие, самостоятельное — я оставляю позади себя привычный и родной лес, в котором выросла. Что меня ждет впереди? Конечно, мне сейчас это было неизвестно, но, видимо, пришло время узнать, кто я!
ВЯЗКИЙ ДЫМ
Тем временем в другом месте…
Открыв глаза, я смог увидеть лишь вязкий, черный как смог дым.
Где мое тело, руки?
Все вокруг было покрыто дымом.
Я больше не человек?
Кто же я?
Меня окружали такие же тела в дыму, которые неприкаянно передвигались по забытому старому городу.
Что это за место? Где я? Кто я?
В голове совершенно пусто. Нет ни одного воспоминания, ни своего лица, ни имени. Перед взором только улочки и дома без единого живого человека, огромная площадь и обветшалая каменная церквушка. Колокола иногда подают голос под силой ветра и песка, заполонившего все вокруг.
Передвигаясь по городу, везде вижу разбросанные вещи…
Что тут произошло? И снова тьма окутывает меня…
***
Снова очнулся я уже в середине города. Все равно ничего не помню. Мысли словно снегопад заваливают разум. Как я сюда попал? Почему теперь я стою в другом месте? Напротив меня та самая церквушка. Колокола, что были вдалеке, оказались прямо надо мной, покачиваясь и издавая тихий звон: дон-н-н…
В голове возникло огромное множество вопросов и совершенно ни одного ответа. Единственно, что знаю — мне надо домой. Откуда я это знаю? Но в голове словно осколки колят меня и безостановочно твердят: «Иди домой».
— Но где мой дом? — не выдержав, кричу я в ответ.
— Оооо, я умею говорить?! Это уже хорошо, — так странно слышать собственный голос.
Пробую взять что-то в руки. Опускаюсь на землю, вижу возле себя черную накидку, свои странные руки… успеваю схватить накидку и опять тьма…
***
Открываю глаза. Я стою возле главных ворот в город. В руках черная ткань. Как я так быстро переместился с середины города сюда???
Ничего не понимаю…
Надо идти домой — вновь напоминают мысли. Может, попробовать заговорить с другими? Нужна помощь.
— Добрый… — сделав небольшую паузу, пытаюсь понять: сейчас день или вечер? Небо затянуто дымкой, и солнце совсем не пробивается сквозь смог.
— Милейший, — делаю еще одну паузу, так как призрак не так уж и мил, но ох уж эти светские манеры. — Вы не подскажете, где мой дом? А то я тут чутка заплутал.
Безмолвная тень повернула ко мне свою голову, лица за дымкой было совсем не разглядеть, словно черная бездна глядела сквозь меня.
— Мы все уже дома… — ответил мне голос словно из подземелья.
— Нет-нет, — уперто пытаюсь возразить я. — Мне нужно домой, а это явно не он, — начинаю оборачиваться по сторонам. Меня окружают только крыши бывших домов и ветер вперемешку с песком.
Тень в дыму без всяких эмоций глухо твердит мне:
— Ты дома, служи властелинам!
— Властелинам? — такого ответа я не ожидал, и решил переспросить, о чем он говорит. — Вы уверены, что мне надо служить властелинам? А где они?
