Призрак, стоящий передо мной, отворачивает свою голову и стремительно начинает движение, исчезая прямо в пространстве.
— Вот и поговорили… Куда же вы? — в надежде пытаюсь догнать его своей фразой, но увы, ответа так и не получаю.
— Так, думаю, мне надо домой. Попробую все же покинуть этот городишко, — мысли продолжают блуждать в пустой голове, задавая множество неважных вопросов. — Интересно, а сейчас холодно или жарко? Ничего не ощущаю, — хотя какая может быть для меня разница? — Интересно, а я могу потрогать себя? — пытаюсь потрогать свое тело. На ощупь как плотный сгусток гуталина.
— Конфузно вышло. Но, по всей вероятности, я влип в неприятность… Кто же я? Такой же призрак, как и эти? Хотя, видимо, не совсем такой. Или у них просто скверный характер?
Делаю шаг за ворота, покидая этот город, в поисках прекрасного места под названием мой дом.
Еще одна мысль, но уже здравая, твердит: «В таком виде я явно привлеку много внимания, а проблем и так хватает». Накидываю ткань, что в руке, покрываю ею свое тело и голову полностью по самые ноги.
Ноги, конечно, одно название. Я их ощущаю, но из-за плотного дыма, что клубится черным облаком по самые колени, их совершенно не видно. Клубья черного вязкого смога парят, тяжело перекатываясь, иногда взмывая вверх словно щупальца, рисуя разные узоры и пики, пытаясь ткнуть меня или обвить по пояс, словно он хочет обхватить меня всего, но на это явно почему-то не хватает силенок.
Вот мне остается последний шаг. И я миную ворота. Странное место!
Стоило мне перешагнуть порог, и словно жизнь влилась в меня. Мои глаза видят четче. Начинаю разглядывать себя. Вот и кисти рук.
Заглядываю под мантию: ооо, у меня есть тело… часть тела. Только по пах.
— Ну и на этом спасибо, видимо, большего я не заслужил, — произнес вверх, отправляя слова в небо.
Обернувшись назад, уточнить не сон ли это, понимаю, что разум более точен и ясен. Прямо за мной стоит огромный город, когда-то называвший себя Великий Акрополь. Это было прекрасное место. Обрывками своей памяти вспоминаю, что ходил по красивым улочкам, там всегда было роскошно, много шелка и золота на каждом углу, а самое главное — огромное количество людей.
В былые времена город чеканил свои серебряные монеты. Производились вина высшего сорта. Можно было упиться до чертей мохнатых. А девушки в Акрополе были невиданной красоты. Всем был богат Акрополь. Теперь же это город призраков — Морок. Жуткое место, куда стекаются все умершие души, заключившие договора с богами второго мира.
С западной стороны город окаймляет долина и ряд гор. Они стоят друг за другом плотным полукольцом, создавая впечатление, что их не меньше сотни, оттого и дали им такое название: Долина ста холмов.
Акрополь стал жалким подобием величавого города на юге. Истлевшим скелетом. Больше тут нет жизни. Даже деревья высохли и своими остовами дополняли мрачность картины. Подвывающий ветер и песок заполонил все вокруг.
— Хорошая новость в том, что я не умер. Но я и не жив! — мысли продолжали заполнять голову.
— Неужели я мог заключить сделку с демоном и отдать свою душу? Даа… Много придется познать мне. Но сейчас мне надо домой!
Ноги сами несли меня, восточнее от Морока. Или то были не ноги, а этот странный дым? У мня возникло чувство, что он живет своей отдельной жизнью, и пытается управлять моим телом. Странная субстанция.
— Эй, куда мы идем? — обратился я к дыму.
Он не ответил. Естественно.
А чего я ждал? У него же нет головы. Голова есть у меня. А у него — мои ноги. И упертый нрав. Ну, мне так почему-то чувствовалось, во всяком случае. В голове крутилось четкое осознание, что мы с ним совершенно разные личности, но отчего-то неразрывно связанные и зависящие друг от друга.
Я передвигался мимо полуразрушенных деревенских поселений, не чувствуя ни усталости, ни боли. Те дома, что еще уцелели, покрыты старостью годов. Не единой души. Только затхлость и пустота, навевающая жуткую тоску.
Следуя не понимая куда, я удивлялся тишине в собственной голове. Ни единой, даже самой крохотной мыслишки. Так тихо, словно все мысли меня покинули, как и люди этот город.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Судя по небесному светилу, иду уже целый день. Скоро закатное солнце окутает все горы. Красивая дымка опускалась все ниже. Невероятное зрелище, когда солнце, такое близкое, большое, багряно-красное, фантастическое, прощаясь с летним днем, ласково дарит последние теплые лучи.
Горизонт уже окутался заревом уходящего светила. В небе полыхало множество цветов, от темно — синего до ярко-розового, вдали виднелись лишь горы, плотно стоящие полукольцом. Что-то внутри говорит: надо идти туда, в сторону ста холмов.
— Странное же я выбрал место для дома… Ни единой души вокруг, — я остановился, задумчиво озираясь. — Только огромное оранжевое поле… И горы. Куда же меня несет? — произнес я, обращаясь, видимо, к самому себе.
Дошел до странного поля, сплошь покрытого огромными одуванчиками, которые уже слегка светятся в полумраке красивым оранжевым светом, словно маня меня к себе.
Так хочется поближе их рассмотреть…
Постоял.
Подумал.
Решил продолжить путь по прямой.
Зайдя в поле, медленно провел ладонью по соцветиям. Ничего не ощутил. От моего прикосновения к растениям оторвалось и взмыло вверх несколько пушистых зонтиков.
— Ух ты! — восторженно воскликнул я, глядя, как подхваченные легким дуновением ветра они унеслись куда-то прочь.
Я двинулся дальше, вглубь, медленно и осторожно, внимательно осматриваясь вокруг. Но все же какое-то смутное воспоминание не давало мне покоя, но что именно, я не мог вспомнить. Опустив свой взгляд вниз, обнаружил интересную картину.
Под раскидистыми ветвями кустов виднелись трупики животных и птиц. Очень странное место: словно спящие, лежали они на земле, частично разлагаясь в тех местах, где растения были пышнее и горели ярче.
— Так вот вы какие, прекрасные пушистики! — усмехнулся я.
Пройдя еще глубже, где-то в середине поля наткнулся на человека и упал.
— Ох, тридовы демоны! — распластался я всей своим дымной тушкой. — Неожиданно!
Мужчина средних лет, улыбаясь, лежал на земле. Он был мертв и, видимо, счастлив, уже давно. Немного иссохшее тело прилегло отдохнуть навеки.
— И чему ты так бесконечно мертво рад? — обратился я к предмету своего столь неожиданного конфуза, попутно пытаясь совладать с собственным телом и подняться на ноги. — Развалился тут! Не даешь ходить лю… дям, — «а человек ли я? — промелькнула мысль. — Пока не понятно». — Радует, что я и так мертв. Ну почти мертв, наверное. Ну, или как минимум не жив, а иначе бы убился. Чего лежишь? Ну, двигайся, дай, что ли, тоже полежать немного, — распластался я на спине рядом с новым другом, обнимая его почти оголенный череп.
— Посмотри, как красиво. И ночь уже близка… — мне стало так хорошо и спокойно, и даже закралась мысль о том, чтобы остаться тут и более никуда не идти. Дом? А зачем он мне нужен, этот дом…
Такой сладостный дурман в голове… Может, поспать немного, а потом и пойти дальше?
— Пахнет так вкусно, садом и нектаром, чувствуешь? Хорошо-то как!
И тут же словно гром раздался голос в моей пустой голове: «ИДИ ДОМОЙ». В груди тревожно заныло.
— Да иду, иду….домой… — подчинился неведомой силе, заставляющей меня встать и немедля следовать дальше.
— Ладно, бывай, — попрощался я с неразговорчивым собеседником и двинулся вперед.
Вскоре поле закончилось. Уже совсем недалеко от меня была заброшенная небольшая пустошь. И ничего не видно, кроме темных гор. Наступила ночь.
— Ну и зачем я пришел в это место? И куда дальше? — дым вместо ног продолжил нести меня, словно помнил путь.
За небольшим первым холмом, прямо у основания земли, виднелся лаз с решеткой. — Потайной вход в город? Но где же тогда сам город? Судя по этой находке, он должен быть где-то не далеко. Может, под землей?
Не задаваясь лишними вопросами, попробовал открыть решетку, которая уже проросла травой. Приложив усилия, наконец осознал, что она не поддается.
