Яша: Он сказал, что позвонит через две недели и начнутся репетиции. Я все ждал, позвонит или забудет? Позвонил. Назначил встречу у метро «Проспект Просвещения». Я приехал и прождал его два часа. Тогда я еще не знал, что он всегда опаздывает. А он появился и спросил:
— А что ты не пошел на точку?
Удивился, когда я сказал, что не знаю, где она.
Теперь уже не вспомнить, был ли кто против, или все радовались приходу нового гитариста. Просто вскоре после прихода Яши в группу группа стала набирать популярность. Совпадение?
Количество поклонников группы росло. Когда публика стала приходить в клуб «Спартак», «Гора», «Полигон». Не просто потусить, а именно на «Короля и Шута». Музыканты поняли, что их действительно слушают.
Князь: Я тогда еще не знал, что наше творчество будет распространяться механизмом «из рук в руки». Одного зацепило — он следующему отдал. Нам было приятно, что на каждом следующем концерте народу все прибавлялось.
Бывали и другие концерты. На которых народу можно было по пальцам пересчитать. Но чем дальше, тем таких концертов становилось все меньше. Во многом это была заслуга их директора. Сотрудничество группы с Шумным длилось несколько лет. Первым шагом стало постоянное участие группы в программе Шумного «Лестница в небо». Именно Шумный в своей программе начал их отесывать и выводить в люди. То есть элементарно учил, как вести себя перед камерой, — иначе они включали полных идиотов.
Напившись пива и осмелев, Горшок еще мог что-то сказать в эфире. Князев — нет. Однажды, его спросили, как он выдумывает сюжеты для своих стихов. Князь ответил прямо:
— Ну, когда я начинаю о чем-то задумываться, то появляется фантазия, которая и приходит в голову, а когда она приходит — начинается то, что рождается.
Шумный договаривался о выступлениях везде, где только можно. Группе оставалось писать музыку и работать на сцене. Горшок часто ночевал у Шумного — потому что постоянно уходил из дома. Одновременно Шумный вел и «просветительскую» работу: у него дома слушали много музыки и отсматривали записи английских групп. В первую очередь, разумеется, панк-групп. Вызывающая и революционная музыка консервативных англичан заставляла терять рассудок не одно поколение. Молодежи хотелось свободы и анархии. Им было скучно в консерватизме. И именно эта бунтарская музыка давала возможность реализовывать свои силы и побуждения. Сказать «нет» форме и комплексам. «Да» — свободе. Оттого панк-движение на Западе так быстро и разрослось. Наркотики, свобода секса — что может быть притягательнее для неокрепших душ. Однако в нашей стране дело обстояло иначе. Все тот же протест, все та же противоположность. Но какой, на фиг, консерватизм? Берем глубже. Какая-то тупая зоновская концепция. Многострадальная гонимая страна. Железный занавес. И вдруг — панк-рок. Оттого и клюнули.
Князь: Все величайшие деятели нашего русского рока подкованы политически. Имеют свою гражданскую позицию и призывают молодежь к чему-то. А сейчас людям хочется нормальной жизни и свободы. И в принципе, панк может развиваться в нашей стране очень легко.
На одном из концертов в клубе «ТаМtАm» группа познакомилась с Александром Долговым, главным редактором журнала «Fuzz».
Александр Долгов: По моей инициативе группа «Король и Шут» стала участниками фестиваля «RadioFUZZ», который прошел в ночь с 21 на 22 июня 1996 года. Группе выпала честь закрывать фестиваль в пять тридцать утра. Ребятам было поставлено единственное условие — быть трезвыми, с чем они, к моему удивлению, справились.
Именно на этом фестивале их заметила Наташа Крусанова, режиссер «Пятого канала». Под утро на сцене она услышала нечто совсем непривычное и необычное. Присмотрелась — по сцене метался человек. Как позже выяснилось — Горшок. Наташа не могла оторваться от сцены до тех пор, пока группа не спела последнюю песню.
В ту пору Наташа работала на программе «Ржавые провода». Это был совершенно иной уровень, нежели у Шумного на крошечном 36-м канале. Петербургское телевидение тогда было федеральным. Аудитория канала составляла несколько миллионов человек.
Крусанова подружилась с группой и какое-то время ходила на все концерты «Короля и Шута» вместе со своим одиннадцатилетним сыном. Она посмотрела на них еще раз, а потом еще один, еще и… И приняла в каком-то смысле судьбоносное для группы решение — снять о них программу «Белая полоса». Наташа встречалась с Князем и Горшком, рассказывала, что и как видит в передаче… Но какое-то время между ними был connection errors — музыканты просто не могли поверить, что это не шутка — и кто-то всерьез хочет снять программу о них.
Наташа Крусанова: Они на тот момент очень отличались от остальных. «Белая полоса» — передача хоть и с музыкой, но она не про музыку. Она про людей, которые делают музыку. Поэтому если бы они меня чем-то не устроили — я бы не стала снимать. Они полностью отвечали моим внутренним запросам: были неизвестны, я их полюбила и очень хотела, чтобы их полюбили другие. И за десять лет я ни разу не пожалела ни на мгновение, что сделала программу, и до сих пор с ними общаюсь.
Съемки длились несколько дней. Отдельно снимались песни-клипы, отдельно — поездка на автобусе с заездом на репетицию, и отдельно — интервью. Руководство «Пятого канала» предоставило телестудию, но все остальное приходилось доставать самим. Оператор купил за свои деньги дым. На съемках к его камере привязали настольную лампу, а Крусанова ползала где-то рядом — следила, чтобы шнуры не запутались.
Наташа Крусанова: Передачу заметили все. И каждый так или иначе пытался меня обидеть. Высказывались:
— Что за дерьмо ты сделала? Что за подворотню вытащила на экран? Зачем это надо?
Было ощущение, как будто меня считают изгоем. Но меня это совершенно не трогало. Потому что я понимала, что сделала какое-то важное дело — и сделала его хорошо.
Когда программа пошла в эфир, Князев лежал в больнице. И страшно переживал, что не может посмотреть передачу сам. Поэтому обзванивал всех друзей и знакомых — разузнать, как получилось. Ему казалось, что, как только он выйдет из больницы, проходу не будет: звезда как-никак. И искренне удивлялся, почему по дороге домой его никто не узнал.
4.
Когда много лет первая австралийская панк-команда «Saints» выпустила свой первый альбом «(I'm) Stranded», панки встретили его с радостью и пониманием. Несмотря на его безупречность, никаких особых наград он не получил. Кроме одной — и, может быть, самой важной — он был признан «панк-классикой». Как и полагается классикам, в скором времени группу объявили культовой. Идентичная история произошла и с «Королем и Шутом».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
