А Лис... Лис не стал вести своих разведчиков вдоль трассы, справедливо полагая, что влети они в уже подготовленную засаду, то вдевятером от полусотни, а скорее всего намного большего числа, моджахедов отбиться им будет не просто. Да и не в этом была суть их свободного поиска! А взять хорошего «языка» можно только тогда, когда противник расслабился! И что? Да то, что в таком состоянии противника можно застать только на его базе, в его «родном доме», на отдыхе после «трудов ратных»!..
Вот и потащил Витушкин свою группу едва заметными тропами через горный хребет Сафедкох, к отдаленному кишлаку Ахундхейль, что расположился у подножия горы Оредалай, с высотой почти в 4000 метров...
Все было просто! Кишлак Ахундхейль был «родовым гнездом» племени Джадран. Очень воинственного и очень большого афганского племени, которое командование бригады подозревало в своих последних «неприятностях». И небезосновательно! Именно это племя совершало постоянные «набеги» на Гардез, а город Хост, находящийся в ста километрах за перевалом, вот уже давно и плотно держало в осаде! Ну и, кроме того, абсолютно точно было известно, что именно это племя контролирует в провинциях Пактия и Хост все контрабандные караванные тропы, ведшие сюда из Пакистана...
Пещерный Ахундхейль был чем-то типа перевалочной базы. Здесь караванщики отдыхали, а потом уже выдвигались себе дальше на север, в Панджшер. Здесь же и происходили расчеты с главарями племени за «аренду горных троп». Ну и понятное дело, что здесь были отдыхавшие от своих «трудов праведных» отряды «духов», ну или готовившихся к нападению...
Идти разведчикам в этот пещерный город было очень опасно! Но!.. Скорее всего именно здесь, где «духи», накуренные опием под самую маковку, расслаблялись, именно здесь и был шанс прихватить знающего хоть что-то «языка», а возможно, даже и одного из главарей племени – это вообще было бы огромной удачей!..
И была в этом походе разведчиков еще одна опасность, ничуть не меньшая, чем попасть в «духовскую» засаду... Опасность эта называлась – СВОИ!.. Нет, не поймите неправильно – это не какая-нибудь там аббревиатура чего-то! Это именно свои, советские войска!
Дело в том, что группа Лиса всегда ходила в свои свободные поиски, переодевшись в национальные афганские одежды и вооружившись точно так же, как это делали отряды «духов»... Так же, как это делала всегда и группа «грушников» из Бараки, да и вообще практически все разведчики, уходившие в многодневные свободные поиски или на спецоперации... Точно так же поступил и Филин в 88-м, когда его группа пересекла практически весь Афган с севера на юг и обратно в поисках чайханщика Хайзуллы[11] ... Такая уж была принята система маскировки...
Бандера успел за эти месяцы отрастить окладистую черно-смоляную бороду и теперь ничем не отличался от остальных разведчиков. А они, в свою очередь, практически не отличались от моджахедов. Для тех, кто не знает, правоверный мусульманин, объявивший священный джихад, то есть войну против неверных, по Корану, не имеет права брить лицо. Именно это было и есть основным признаком для контрразведчиков, да и не только для них. «Бородатый» – значит «дух»!..
А теперь представьте себе, что начальник какой-нибудь колонны или блокпоста, скажем, видит приближающуюся группу «бородатых», да еще и вооруженных до зубов! И что он сделает перво-наперво?!! В общем, понятно?..
Нет, в группе была, конечно же, и рация, и не одна, а две, но... Очень много боестолкновений, особенно в горах, случалось по принципу: «Случайно столкнулись нос к носу!» Какая, в жопу, рация, когда все происходит в считаные секунды?! Да и не особенно-то и верили «потертые» в Афгане офицеры незапланированным разговорам в радиоэфире, зная, что огромное количество афганцев учились в Союзе, и не только в гражданских вузах, а и в военных училищах! Да хоть, к примеру, тот же «господин губернатор» провинции Пактия, со столицей в городе Гардез, отучился и закончил в свое время Рязанское высшее воздушно-десантное командное училище и говорил по-русски так чисто, что ему порой завидовали некоторые наши же офицеры, выходцы из Среднеазиатских или Кавказских республик[12] ...
А о передвижении своих разведгрупп ни один командир никогда и никому не сообщал, понятное дело, разве что за редчайшими исключениями!..
И что же тогда оставалось? А оставался мат! Великий и могучий, «трехэтажный», а иногда и поболе, русский мат!.. Странное дело, но афганцы никогда не могли запомнить из этого русского «фольклора» ничего сложнее, чем «Еп твою мать!» и «Пошел на фуй!»... Парадокс, но это было именно так! Вот этим «паролем» и обозначали себя переодетые разведгруппы, буде им доводилось случайно встретиться со своими же... Если успевали, конечно же...
В группе Лиса было два непревзойденных мастера загнуть такое, что заворачивались в трубочку не только уши, а и воротнички «афганок», а у некоторых, «нецелованных» солдатиков-первогодков, еще и портянки... Сам Витушкин – ну, это понятно – должность у него такая и образ жизни, и... Как бы это ни было странно, его «молодой» заместитель – Сашка Черный...
Где таким замысловатым, витиеватым руладам научился Бандера в свои неполные 19 лет, было непонятно, но порой даже сам Лис заслушивался, развесив уши. А потом говорил, усмехаясь:
– М-да-а... Я в армии уже двадцать лет! От кого и чего только не слышал! И уж думал, что в этом матеро-матюгальном деле меня никто ничем не удивит!.. Ошибался!.. Ты, «младшой», меня удивляешь при каждом с тобой общении! Ты где такого набрался-то, Бандера? Ты ж матом не ругаешься – ты ж на нем разговариваешь!
– Да само оно как-то!.. – смущался Сашка и при этом краснел.
– Вот уж уникум, так во всем!..[13]
И именно Лис раскрыл Бандере «самый главный пароль» при неожиданной встрече – «еханый бабай!»...
Этого словосочетания за всю ту девятилетнюю афганскую войну ни один афганский «дух» так и не понял и не смог правильно произнести!
Вообще-то «бабай», с тюркских наречий, в которые входят афганские и фарси, и дари, означает «черт»... Это пошло на Руси еще от времен татаро-монгольского ига, и маленьких непослушных детишек наши бабушки до сих пор пугают: «Ну-ка, закрывай глазки и засыпай поскорее, а то придет страшный бабай и заберет тебя к себе!»
Поэтому-то эту часть «пароля» «духи» понимали очень даже прекрасно! А вот насчет «еханого»... Кто это, что это вообще такое, до их мозгов так никогда и не дошло – «непереводимый русский фольклор»!..
А уж если говорили во множественном числе «еханые бабаи»!.. То тут уж без вариантов повстречавшиеся «бородатые» были своими...
В общем... Все это, наверное, лирика, но группа Лиса, уходя в поиск за знающим «языком», подвергалась тройному риску!
Третьим и, наверное, самым большим риском была природа. Вернее, горные хребты, занесенные снегом...
Кто-нибудь ходил в горы зимой? А кто-нибудь в горы Гиндукуша зимой?
Есть такие, конечно!.. «Братишки», отслужившие в ОКСВА!.. Вот они-то как раз и поймут, в какую жопу полезли эти девятеро башибузуков!..
В общем...
...Группа находилась в свободном поиске уже четвертые сутки...
Именно столько времени потребовалось этим опытнейшим разведчикам, чтобы пройти эти полсотни километров от Гардеза до кишлака Ахундхейль, а заодно и перемахнуть через заснеженный, завьюженный хребет Сафедкох по каким-то козьим тропам при температуре около минус двадцать... Тяжелейший был переход! Тяжелейший!!! Устали, вымотались все! Даже многоопытный Лис и двужильный Бандера!..
...21 января, 11.30
– Ну что, «замок»? Пришли?
Лис, с черными от усталости кругами под глазами, лежал на скальном выступе и наблюдал в бинокль за тем, что происходило внизу, метрах в трехстах, в крохотной горной долинке.
