мы с Вильгельмом смотрим мультфильм.
– Ложись уже, завтра рано вставать. Я заберу тебя после уроков.
О фотографии в рюкзаке я вспомнил, когда папа уже погасил свет. Ничего, спрошу завтра.
Глава 8. Случайности не случайны, или Как я попадаю в одно очень важное место
Но утром Девица спала, так что поговорить с ней я не успел. Погода испортилась, ночью прошел дождь, и папина чистенькая «тойота» тут же покрылась грязными разводами. Я смотрел в окно и думал о том, что бы я делал, если бы школы не было. Сидел бы целыми днями и смотрел мультики. Или рассматривал бы старые энциклопедии. Или умолил бы маму купить хомяка и построил бы ему дом. Я уже придумал, что назову его Франц и что вокруг его дома будет закручиваться огромная труба, по которой он будет носиться как сумасшедший. Я уже собирался рассказать об этом папе, хотя по утрам с ним лучше не разговаривать, как вдруг…
– Вылезай, Морковкин, мы приехали.
Папа обернулся ко мне и улыбнулся, как будто это утро не было таким мерзким.
– Дай пять.
Я дал ему пять и поплелся в школу, к которой уже, как муравьи, сбегались другие дети.
На уроках я ничего не слышал, потому что думал о том, что можно сделать с бабушкиной фотографией. Может, приложить к ней лупу и сфотографировать на телефон? А может, отсканировать и увеличить на компьютере? Между русским и чтением я наконец придумал. В огромном доме рядом со школой, кажется, было все: ремонт обуви и часов, магазин сигарет, магазин зарядок для телефонов и всяких шнуров, магазин самих телефонов, магазин странных вещей, химчистка, что-то непонятное и фотоателье. Там наверняка можно увеличить и распечатать фотографию. И займет это вряд ли больше пятнадцати минут, на которые мама, как всегда, опоздает.
Когда уроки наконец закончились, я схватил рюкзак, скатился по лестнице, переобул кроссовки, накинул куртку и помчался к выходу.
– Мальчик, тебя кто забирает?
Чертики-бортики, как же я не подумал об охраннице. Эта милая тетя преградила мне дорогу, и довольно решительно.
– Э… мама.
– Позвони ей, пожалуйста, и попроси ее зайти в школу.
– Но мы договорились встретиться за калиткой.
– Прости, но по правилам я не имею права выпускать детей одних из школьного здания.
Тут как раз позвонила мама:
– Морковкин, прости, я опаздываю. Мне еще нужен где-то час. Сможешь меня подождать в школе?
Я снова надел сменку, снял куртку и поплелся обратно в наш класс. Но дверь уже была заперта, а мои одноклассники куда-то исчезли. От нечего делать я пошел дальше по коридору. В некоторых классах еще шли уроки, некоторые были заперты. Потом я поднялся на третий этаж, прошел мимо актового зала, заглянул в библиотеку и вдруг увидел дверь с табличкой, на которой был нарисован фотоаппарат и написано FLASH.
«Flash! Ah-ah. Saviour of the universe», – прокричал у меня в голове Фредди Меркьюри.
Я приоткрыл дверь и заглянул внутрь. Вроде ничего особенного: обычный класс с партами и доской. Только на стенах висели не расписания и всякие занудные таблички, а плакаты и фотографии. На стене за задними партами – плакат с меня ростом: лысый старичок в очках одним глазом щурился в фотик, а другим внимательно разглядывал меня. Я сам не заметил, как вошел и оказался у одной из фотографий. Фотка была просто сумасшедшая: по комнате в потоке воды летали бешеные коты, с ними усатый дядька с выпученными глазами и стул. Рядом висела еще одна: высоко над городом, прямо посреди неба, на какой-то жердочке сидели люди в кепках. А вот совсем старинная фотография, как из бабушкиного альбома: дядька в цилиндре и грустная тетенька, замотанная в платок, висели в корзине воздушного шара.
– Это Надар, – вдруг сказал кто-то прямо у меня за спиной. От неожиданности я чуть не пукнул, а может, все-таки пукнул и подпрыгнул – совсем как коты на фотографии. Я даже не заметил, как в класс вошел какой-то учитель. Или не учитель? На учителя он не был похож. Может, это потому, что в нашей школе одни учительницы? Он был какой-то лохматый и с бородой-щетиной, и пахло от него сигаретами, как от папы.
– Прости, я не хотел тебя напугать. Ты что-то ищешь?
– Э… я просто случайно зашел.
– Случайности неслучайны. Смотрел?
– Что смотрел? – сказал я и подумал, что этот учитель немного ку-ку.
– «Кунг-фу Панду». «Случайности неслучайны», – говорил мастер Угвэй. Люблю этот мультик, – сказал Борода-щетина, а потом засмеялся и закашлялся. – На этой фотографии – Феликс Турнашон, более известный как Надар, со своей женой. Он был знаменитым фотографом и любил делать всякие опыты. Между прочим, это он первый начал снимать не при дневном свете, а при электрическом. И вот он придумал сесть на воздушный шар, подняться над Парижем и с высоты птичьего полета сфотографировать город. Тогда же не было таких снимков. Но ничего не получилось. Зато вот он вместе с женой: залез в корзину воздушного шара в своей студии, а снял их сын. Тебя как зовут?
– Марк.
– Прикольно. А меня Макс.
– Что прикольно? – не понял я.
– Что нас почти одинаково зовут – только ты заканчиваешься на «рк», а я на «кс».
– У нас в семье всех так зовут. И бабушку, и маму, и меня.
– Вы все Марки? – не понял он и выпучил глаза.
– Да нет, всех на «Ма». Бабушка – Марта, мама – Марика. Хорошо еще, я не родился девочкой, а то мама назвала бы меня Мариэттой.
– Откуда ты знаешь?
– Она сама сказала.
– Да, можно считать, тебе свезло.
– А вы кто? – невежливо спросил я, потому что совсем растерялся.
– Смотря когда. Утром учу школьников химии. Днем веду в школе фотокружок.
– Вау, – пробормотал я.
– А ты интересуешься фотографией?
– Скорее, это она интересуется мной.
– Как это?
– Бабушка и мама просто помешались на фотках: целыми днями слышишь «замри», «повернись», «застынь», «улыбнись». А потом еще и друг другу шлют ужасные фотки, на которых я выгляжу по-идиотски.
– Фотография не рассказывает, как выглядят фотографируемые объекты. Она показывает, как выглядят эти объекты на фотографии, – задумчиво сказал Макс.
– Это тоже из «Кунг-фу Панды»?
– Нет, это слова Гарри Виногранда. Слышал о таком?
Я помотал головой.
– О, это великий фотограф. Вообще, он хотел стать художником. Но однажды – наверняка он тоже думал, что случайно, – Виногранд оказался в фотолаборатории и так обалдел от увиденного, что через пару недель бросил занятия живописью и решил стать фотографом. И
