Читаем без скачивания Моя Америка - Ana Shark

и не подлежали обсуждению. Юбки или шорты девочек выше колена девочкам запрещались, все футболки заправлены – никаких открытых животиков. У мальчишек все намеки на бороду и усы должны были быть уничтожены. Однажды наш куратор мисс Магги отправила моего одноклассника Уилла домой бриться, и не допускала до уроков до того, пока он не примет «достойный вид». Каждый ученик обязан был быть образцовым лицом школы. Мне же, привыкшей с детства вежливо разговаривать с учителями и прилично одеваться в школу, было легко влиться в консервативные ряды Orangeburg Friends.

Вторым уроком во вторник и четверг была журналистика. Ее преподавала старая вдова, миссис Купер. Класс журналистики находился в северной части школы и всегда казался мне холодным и неуютным. Миссис Купер смотрелась в этом полумраке очень гармонично. Бессменная темно-синяя кофта и черные брюки вписывались в угнетающий интерьер комнаты, а сиплый и немного отрешенный голос учительницы служил музыкальным сопровождением всего этого безобразия.

По иронии судьбы или по счастливой случайности, именно в этом таинственном и мрачном классе я нашла друзей, с которыми до сих пор поддерживаю тесный контакт. Ими оказались сестрички Ларсен. Старшая, вдумчивая и рассудительная Мария, и веселая кареглазая Алисон, которая была младше сестры всего на три минуты. С первого дня я почувствовала необъяснимую симпатию к сестрам Ларсен и она была обоюдной. Мы дружили настолько искренне и честно, насколько это возможно в пятнадцать лет.

На уроках журналистики мы тайком уплетали сладкие вафли, и задорно смеялись по каждому поводу, чем очень злили миссис Купер. Мы строили планы, как проведем вместе выходные, и рассуждали на важные темы – например, женится ли принц Уильям на одной из нас. Двойняшки понимали мой юмор и позволяли мне быть самой собой. Недавно я услышала фразу, которая точно отражала суть нашего дружеского трио – «Стыдно, но весело».

На праздник Homecoming с нами случилась невероятная история, после которой моя популярность в школе возросла до небес. Каждую осень в учебных заведениях Соединенных Штатов проводят Homecoming. Все ученики и выпускники школы в этот день могут вернуться в родные стены и заново прочувствовать дух времен High School. С утра в школьном дворе выпускной класс проводит всевозможные товарищеские спортивные состязания, гости и школьники устраивают пикники и запускают воздушных змеев. Вечером футбольная команда школы играет против заведомо слабого противника, и обязательно выигрывает, вызывая всеобщее ликование. Школьный оркестр, маршируя, исполняет победные марши, а девочки из группы поддержки показывают свои самые лучшие акробатические номера. Как только стемнеет, все отправляются на праздничный бал, где старшеклассницы и старшеклассники борются за звание короля и королевы бала.

Нам, как ученикам курса журналистики, поручили взять интервью у мистера Реймонда Гроли, самого почетного выпускника-старейшины Orangeburg Friends, бывшего профессора Колумбийского университета и активного ученого. У каждой школы есть свой талисман: для Orangeburg Friends это был красно-белый индеец, а для Palmeto High – желто-синий лев. На любые спортивные мероприятия и на день школьного духа все одевались в цвета талисманов учебного заведения и старались всячески на них походить. Наша троица – Мария, Алисон и я – отнеслась к празднику очень ответственно. Мы загримировали лица наполовину белым и красным, вставили перышки в гульки и гордо пошли выполнять серьезное задание.

Мистера Гроли мы разыскали быстро. Низкорослый и седоватый мужчина в круглых очках был в ярко-красной футболке с белым индейцем. Он стоял в кругу наших преподавателей по точным наукам и выпускников биологических факультетов. Пробившись через толпу, я представилась и спросила разрешения взять интервью. За день до этого сестрички Ларсен решили: такая разговорная практика пойдет мне на пользу, потому интервью должна была вести я. Двойняшки стояли рядом со мной, записывая и подсказывая нужные вопросы. Безусловно, я нервничала и порой путала слова. Благо, мистера Гроли мои ошибки не смущали, он корректно поправлял юную журналистку и давал развернутые ответы. Я очень гордилась собой. Завершая беседу, я решила подвести итог и уточнить, на пенсии ли сейчас профессор. Мысленно сформулировав вопрос, я деловито спросила: «Are you retarded Sir?»

Мистер Гроли, минуту назад смеявшийся над шуткой Марии, застыл с фальшивой улыбкой, быстро заморгал и уставился на меня. Решив, что пожилой профессор не расслышал моей финальной фразы, я набрала полную грудь воздуха, добавила громкости и повторила вопрос. Повисла неловкая пауза. Краем глаза я увидела, как Алисон одной рукой схватилась за живот, а второй прикрыла рот, повернулась к нам спиной и затряслась от смеха. Ученики биологического факультета таращились на меня, а учитель физики закрыл лицо руками.

Мистер Гроли менялся на глазах: его щеки со слабым румянцем побагровели, ноздри расширились, а круглые очки на носу запотели. Побледневшая Мария слабой рукой отодвинула меня в сторону и начала невнятно извиняться, как провинившаяся первоклассница перед директором школы. Я же, ничего не понимая, спокойно наблюдала за всей этими превращениями, широко улыбаясь своей индейской боевой раскраской. Молодая методистка по математике не выдержала и прыснула заразительным смехом. «Ох, Мистер Гроли», – через смех и слезы выговорила она, – «уверена, что такого вопроса вы за всю свою педагогическую карьеру не слышали».

Я заметила, что улыбка, как солнце сквозь тучи, пробивается через гнев и негодование профессора. «Пожалуй, Кейтлин, вы правы, – на выдохе произнес он, – не слышал!» Почтенный ученый от души рассмеялся. Его смех стал сигналом для остальных свидетелей этой сцены. Народ расслабился – гроза миновала. Бедняжка Мария сняла запотевшие очки и принялась монотонно их протирать. Алисон, похрюкивая, заходилась хохотом в кустах, а я пыталась понять, что не так ляпнула, и чем так позабавила публику.

Когда веселье немного поутихло, а мистера Гроли отвлек подоспевший мистер Данкинс, учитель геометрии, Мария схватила меня за рукав и повела прочь от толпы. Там она мне пояснила, что слово пенсионер или на пенсии – это retired, а RETARDED, – в моем варианте вопроса – это «заторможенный» или «недалекий». Получается, что я на полном серьезе пригвоздила профессора Колумбийского университета, старейшего выпускника частной школы Orangeburg Friends вопросом: «Мистер Гроли, вы заторможенный сэр?» Какой позор! – пожурила я себя, но уже через секунду, переглянувшись с Алисон, расхохоталась до слез.

Глава седьмая. Такая разная осень

Медленно вступая в свои права, осень выкрашивала деревья Южной Каролины в багрово-красные и ярко-желтые тона, напоминая мне шарфы факультета Гриффиндор из любимой книги о Гарри Поттере. Пахло спелыми яблоками, корицей и опавшими листьями. Ранним утром и поздним вечером