Трое других повернулись, чтобы уйти, но рыжий юноша заковылял вслед и схватил одного из них за плечо. Возник короткий обмен репликами, во время которого парень пытался заставить других претендентов забрать лоскут, который он не мог донести сам, но юноши отказывались, отталкивая его. Охранники Хербиса вмешались и отделили проигравших, прогоняя их обратно в толпу гневными подзатыльниками. Как только все утряслось, одиннадцать оставшихся конкурентов вернулись на свои места перед Бореем, красный лоскутья они повязали вокруг талии. Хербис воздел руки, и после чего болтовня и крики его народа затихли.
— А теперь покажем почтенным гостям, как мы можем прыгать по воздуху подобно древесным обезьянам, — объявил он, хлопнув в ладоши еще раз.
На этот раз, двадцать воинов вышли из пещеры, каждый нес пучок тонких застроенных палок длиною примерно до пояса. Они выстроились перед Бореем слева направо и присели на корточки, удерживая копья в вертикальном положении перед собой. Первый юноша вприпрыжку подошел к краю линии, а затем повернулся и поклонился космодесантникам. После ответного кивка Борея, он побежал к сидящим на корточках воинам. Подпрыгнув воздух, он наступил на спину первого и перескочил через острия копий на спину второму. Так раз за разом, он проворно проскочил весь строй, пользуясь воинами как ступеньками, чтобы избегать острых наконечников. В двенадцатый раз он дрогнул, бросился в сторону и тяжело приземлился прямо в грязь. Хохот жителей деревни эхом отразился от стен кальдеры, когда он поднялся на ноги и выпрямился со вскинутыми руками.
Следующий юноша упал после восьми прыжков, с резаной раной от копья на бедре, равновесие удержать не удалось, и он завалился вперед. Он так и стоял на одной ноге, кровь стекала по другой, пока мальчик принимал восхищение толпы. Следующий претендент почти добрался до конца, упав лишь после семнадцатого прыжка, и рев благодарных соплеменников сделался оглушительным.
Другие претенденты в свою очередь достигли большего или меньшего успеха, пока испытание не завершилось. Один из воинов, загнал проигравших юношей обратно в толпу, подгоняя их рукоятью тонкого копья. После этого осталось только семеро претендентов.
Эти семеро бегом отправились в одну из пещер и исчезли с глаз Борея, но вышли снова через несколько минут. Каждый нес дубину, утыканную зубами гигантского хищника и щит, изготовленный из шкуры, натянутой на деревянную раму.
— Теперь, когда мы уже доказали достоинства нашего тела, мы докажем достоинства нашего духа! — крикнул Хербис, и толпа перестроилась обратно в полукруг перед космодесантниками, оставляя претендентам пространство около двадцати метров в поперечнике. — Только в бою мы узнаем это!
Юноши принялись барабанить дубинами о щиты, и остальные барабаны по всей кальдере подхватили бешенный ритм. В течение нескольких минут они барабанил все громче и громче, мальчики потели от усилий, их руки дрожали от напряжения. Хербис бросил взгляд на Борея, тот кивнул.
— Пусть испытание начинается! — взревел Борей, заглушая какофонию, вставая и вскидывая правый кулак над головой.
Юноши сломали строй и расположились вкруговую, лицом друг к другу, взяв оружие и щиты наизготовку. Барабаны замедлил темп, басовитый звук их ударов раздавался каждые несколько секунд, пока юноши осторожно сближались, бросая взгляды вверх, на космодесантников. Не говоря ни слова, Борей опустил руку, и ритуальное сражение началось.
Белокурый юноша справа бросился вперед и сократил расстояние до противников, он держал оружие высоко поднятым, испуская боевой клич. Храбрый, но опрометчивый, подумал Борей, увидев, как этого мальчика быстро окружили свалили другие. Борьба вскоре распалась на отдельные поединки, если не считать двух бойцов, которые стояли спиной к спине, настороженно наблюдая за ходом сражения.
Борей очень внимательно наблюдал, как эти двое работают вместе, в то время как уцелевшие в одиночных поединках подступили ближе и бросились на свежих врагов…
Вскоре осталась только эта пара и еще один юноша, остальные претенденты, бросив оружие, сдались, или лежали без сознания от полученных побоев, или, сидя в грязи с сильным кровотечением, не имели сил продолжать. Племя гикало и скандировало, вездесущий грохот барабанов эхом раздавался в круге амфитеатра.
— Быстрые, сильные и умные, — передал Тамиил через комм-устройство, безусловно, имея в виду первую пару.
— Да, они выглядят перспективно, — согласился Борей, улыбаясь в шлем. — Тот, другой тоже смелый, смотри, он продолжает бороться, хотя видел, как они избивали остальных.
Сам Борей уже насмотрелся достаточно, и в продолжении кровопролития не было смысла. Капеллан вскинул руку над головой, разом прекращая бой.
— Внешний адрес. Отправьте всех троих в комнату испытаний, — обратился космодесантник к Хербису, после чего отвернулся и вслед за товарищами прошагал обратно в пещеру.
Там он миновал заполненное реликвиями святилище и очутился возле тяжелого занавеса, сотканного из листвы. Смахнув в сторону легкую преграду, Борей прошел под аркой и очутился за пределами святилища. Тут располагались маленькая комната, в центре которой доминировала каменная плита, установленная на высоте пояса и окрашенная красно-коричневыми потеками давно засохшей крови. Это напомнило капеллану камеру допросов в Башне Ангелов.
В ситуации присутствовала ирония, место вербовки — надежда на будущее — имело определенное сходство с местом, предназначенным для ликвидации позора прошлого.
Смущенный Борей иногда задавался вопросом, почему самое первое дознание все чаще приходит ему на ум. Все прошлые недели во время молитвы и в более-менее спокойные часы его мысли возвращались к встрече с Астеляном. Она произошла пятнадцать лет назад, позже он еще дважды проводил допросы, но все равно, самый первый поединок воли с одним из падших навсегда запечатлелся в памяти.
Борей списал причину на жизнь в отрыве от братьев. Год за годом он со своими людьми служил в гарнизоне системы Писцина, и за все это время не имел контактов со старшими по ордену или с другими членами внутреннего круга. Время повлияло на разум, и даже продолжительные молитвы лишь в незначительной степени облегчали усилившиеся в последние месяцы сомнения. Сжав кулаки, Борей постарался взять мысли под контроль и вернулся к делу.
Они прождали несколько минут, после чего занавес качнулся, и три претендента вошли, их глаза широко раскрылись от страха и благоговения. При виде плиты мальчики замерли, нервно поглядывая на окруживших их гигантских космодесантников.
— Кто из вас будет первым? — спросил Нестор, придвинувшись.
Претенденты переглянулись, самый старший и самый высокий мальчик вышел вперед. По мнению Борея, парень быль чуть старше двенадцати-тринадцати терранских лет и идеально подходил для целей Темных Ангелов. Он был худой и жилистый, с густой копной черных волос, которые падали на глубоко посаженные глаза. Мальчик ухмыльнулся по-волчьи и сделал шаг к апотекарию.
— Я Варсин, я буду первым, — заявил он с гордостью.
— Ляг не плиту, — приазал ему Нестор.
Мальчик вскочил на стол испытаний и лег, скрестив руки на груди. Нестор маячил над ним, набор ножей и игл торчал из нартецума, встроенного в правое предплечье.
— Положи руки по сторонам, Варсин, — попросил он, опустив руку на лоб пациента. Пальцы Апотекария, которые умели ломать кости, двигались выверено и нежно, когда он произвел беглый осмотр.
— Это может вызвать у тебя сильную боль, — предупредил он и погрузил нартецум в живот Варсина.
Пронзительные вопли отразились от стен, когда лезвия прорезали кожу и мышцы, а усики ворвались во внутренности через рану. Нестор положил руку на грудь мальчика и надавил, придерживая, пока тот дергался и кричал, размахивая конечностями в дикой агонии. Пузырящаяся кровь брызгала из глубокой раны, стекая на плиту и покрывая белую броню Нестора алыми каплями.
Двое других юношей в ужасе ахнули и попятились к занавешенным дверям, но выход блокировал Тамиил, который остановил их, заботливо положил ладони на макушки претендентов.
— Вы видели кое-что и похуже, когда кто-нибудь ошибался на охоте, — сказал он, и мальчики молча кивнули в ответ, по-прежнему ошеломленные кровавой сценой.
Пока Варсин корчился, Нестор стоял спокойно, в то время как нартецум сам взял то, что было необходимо. Автоматические зонды отобрали образцы слизистой желудка мальчика, извлекли кровь, желчь и другие жидкости, измерили артериальное давление и пульс, ввели противоядия и прижгли раны. Свечение задней панели устройства из оранжевого сделалось красным, и Нестор убрал руку. В считанные мгновения система игл
раскрыла и зашила рану. Варсин лежал весь в поту, слезы стекали по лицу, грудь вздымалась под ладонью Нестора.
