глаза, Штырь первым делом уставился на часы. Было полдесятого утра. В окно молотил проливной октябрьский дождь. Вернувшийся из нирваны организм просился обратно. Болью терзало голову.
«Пзк», – мигнул пятой по счету не отвеченной эсэмэской мобильник.
Сообщение означало «Подтвердите заказ», и с минуту Штырь маялся, борясь с навязчивым желанием послать заказчика ко всем херам. Затем, собрав ошметки воли, отправил подтверждение и поплелся в ванную. Матерясь вслух, укротил бунтующий организм холодным душем, прибил головную боль ибупрофеном и сунул ноги в кроссовки.
Заказ был далеко не первым, и с предыдущими Штырь неизменно справлялся. Времени, однако, оставалось в обрез, а погода тому, что предстояло проделать, мягко говоря, не способствовала. Кляня дождь и слякоть, Штырь трусцой добежал до автостоянки и с облегчением нырнул в уютное нутро серой неприметной «Тойоты». Завел двигатель, с минуту прикидывал план действий, затем тронулся.
Качество товара заказчика не интересовало: ни внешность, ни здоровье, ничего, кроме возраста, поэтому все предыдущие жертвы Штыря были из беспризорников. Уговаривать бездомного голодранца или голодранку сесть в машину долго не приходилось – как правило, достаточно было показать пару-тройку пятисотрублевых купюр. Дальнейшее было делом техники: отъехать в безлюдное место, товар оглушить, связать, заткнуть рот кляпом, перетащить в багажник и, тщательно соблюдая правила движения, доставить куда следует. На этом риск и опасность заканчивались. Бездомные, брошенные дети были никому не нужны. Об их исчезновении не заявляли в полицию, их не разыскивали, и волноваться об их судьбе было некому. Пропал никчемный оборванец и пропал – дело обычное. И для малолетних дружков пропавшего, и для взрослых бомжей и наркоманов, временно деливших с ним кров – подвал, чердак, заброшку или канализационный колодец.
До двух пополудни Штырь безостановочно колесил по городу. Дождь не унимался. Дворники едва справлялись, сгоняя небесную хлябь с лобового стекла. Ветер рвал зонты из рук редких прохожих. А места, облюбованные для сборищ беспризорными попрошайками, обезлюдели. Непогода загнала бездомных в норы. Не было ни души ни под арками вонючего проходного двора на Второй Советской, ни в заплеванном скверике на Охте, ни на захламленном строительным мусором пустыре в Девяткино. Нигде.
К четырем пополудни Штырь изрядно занервничал. Не выполнить заказ было нельзя. Предшественник, у которого Штырь унаследовал бизнес, после того как однажды подвел заказчика, прожил недолго.
В шесть вечера не оправдалась и последняя надежда – купчинская окраина. Найти беспризорницу не вышло, осознал Штырь. Теперь придется брать первую попавшуюся девчонку. Это было опасно, смертельно опасно, даже если удастся затащить товар в машину без свидетелей. Пропажу станут искать, и кто знает, как долго будет тянуться и как далеко продвинется розыск. Штырь заставил себя мобилизоваться. С учетом времени, что он потратит на путь в Левашово, на дело оставалось часа полтора, не больше.
На город пали вечерние сумерки. Дождь наконец подустал и пошел на убыль. Штырь погнал «Тойоту» вдоль городской окраины. Через полчаса ему повезло. Метрах в сорока по ходу дорогу пересекала одинокая девчоночья фигурка. Штырь огляделся по сторонам. Слева сплошняком шли тускло освещенные приземистые строения, по всему видать, склады. Справа линия гаражей, вдоль нее пустырь, ближайшие жилые пятиэтажки метрах в двухстах.
Безлюдно.
Штырь дал по газам. Когда «Тойота» поравнялась со ступившей на пересекающую пустырь тропинку соплячкой, резко затормозил. Выскочил, в три прыжка настиг худосочную, русоволосую малолетку, с маху всадил кулаком в висок. Девчонка коротко вскрикнула, стала заваливаться, продолговатый, вычурной формы футляр отлетел в сторону. Штырь подхватил падающее тельце, волоком дотащил до «Тойоты», швырнул на пассажирское сиденье и прыгнул за руль.
Сообщение от инфорга поступило за час до полуночи, когда Иерей, помолившись, уже собирался на боковую. С минуту он вчитывался в лаконичные скупые строки. Затем набрал Гека.
– Общий сбор, – бросил в трубку Иерей. – Ты как?
– Я в деле, – немедленно отозвался абонент. – Подробности?
– Катя Чистякова, тринадцати лет. Шла из музыкальной школы домой. Не дошла. Сбор в час сорок пять в Купчино, угол Складского и Гаражного. Обзвони остальных и выходи, я через десять минут подъеду.
– Принято.
Иерей наскоро переоделся, навьючил на плечи рюкзак со снаряжением и двинулся на выход. На пороге на секунду остановился. Оглянулся на иконы в углу. На ум пришло вчерашнее предостережение напарника.
– Помоги, Господи, – обратился к лику Спасителя Иерей и осенил себя крестом. – На тебя, милостивца, уповаем.
В четверть двенадцатого он подобрал Гека, в полночь Малую, еще через четверть часа Прапора. К месту сбора поисковая группа «Лиса-12» прибыла в полном составе за десять минут до срока.
Курьер проехал мимо припаркованной у заброшенной железнодорожной ветки «Тойоты» раз, другой. На третий он притер «Газель» к обочине, выбрался наружу и вразвалку зашагал к рельсам.
– Как житуха? – осведомился Курьер у сидящего за рулем «Тойоты» лохматого молодчика с кривоносым, костистым мурлом.
Лохматый молодчик бормотнул: «Течет» – и суетливо вылез из машины. Курьер распахнул заднюю дверцу «Газели», помог загрузить в кузов тщедушную, связанную по рукам и ногам малолетку с залепленным липкой лентой ртом.
– Гонорар, – потребовал лохматый, когда справились.
Курьер выудил из-за пазухи три стопки пятитысячных купюр в банковской упаковке.
– Здесь триста, – констатировал он. – Расчет?
– Расчет, – лохматый рассовал стопки по карманам и потрусил к своей «Тойоте».
Курьер дождался, пока он отъедет, неспешно выкурил сигарету и уселся за руль. Все прошло гладко, осталось лишь доставить товар Дамиру, получить честно заработанное и отвалить. Остальное Курьера не касалось. Его дело маленькое: принял товар, загрузил, привез, выгрузил и большой привет. Что за товар, значения не имеет. Вчера, например, это были клети с кроликами, позавчера – барашек и жирный хряк, а третьего дня вообще освежеванная олениха. Дамир держал загородный элитный ресторан и понимал толк в мясе. Зачем сегодня вместо свежатины ему понадобилась девочка, Курьер, конечно, догадывался. Однако догадываться – это одно, знать – другое. Курьер предпочитал не знать. Может, заболела официантка. Или посудомойка на кухне. Или уборщица. А возможно, Дамиру надоела нынешняя шалава и настала пора сменить ее на новую курву. Курьеру без разницы. Излишним любопытством он не страдал, да и профессия к тому обязывала.
Две сотни добровольцев «Лизы Алерт» искали Катю четверо суток. Поиск не прекратился и когда восвояси убрались полицейские оперативники, и когда отвалил МЧС. Лишь на пятое утро приказом координатора поисковые группы были распущены. «Лиса-12» осталась.
Добровольцами был неоднократно осмотрен каждый клочок земли в десятикилометровом радиусе. Прочесаны сотни подъездов, подвалов и чердаков.
