Кто он? Что это за создание? Обезумевший хирург? Маньяк? Сумасшедший ученый? Богатый джентльмен, ищущий острых ощущений? Выродок, сбежавший из сумасшедшего дома? Или один из лондонских полицейских?
Потом в газете появились стихи. Анонимное четверостишие, с помощью которого хотели положить конец пересудам и сплетням, но оно лишь взвинтило истерический интерес. Небольшое насмешливое стихотворение:
"Я не мясник, не иудей
И не заезжий шкипер,
Но любящий и верный друг,
Навек ваш, - Потрошитель".
А тридцатого сентября обнаружили ещё два трупа с перерезанным горлом..."
Тут я прервал сэра Гая.
"Все это очень интересно, "- боюсь, мой голос звучал чуточку насмешливо.
Он поморщился, но, не сбившись, продолжил.
"И тогда в городе воцарилась тишина. Тишина и невыносимый страх. Когда Кровавый Джек нанесет следующий удар? Прошел октябрь. Его, словно призрака, прятал ночной туман. Прятал надежно, - ибо никому не удалось установить личность убийцы или выяснить его мотивы. Вечерами под порывами холодного ноябрьского ветра дрожали уличные потаскушки. Они дрожали от страха всю ночь, и как избавления ждали рассвета.
Девятое ноября. Ее нашли в спальне. Она казалась очень спокойной, руки аккуратно сложены на груди. А рядом с телом, так же аккуратно, были уложены её сердце и голова. На сей раз Потрошитель превзошел самого себя.
И тут - паника. Напрасная паника. Жители Лондона, полиция, газеты, все в бессильном отчаянии ждали появления следующей жертвы. Но Джек Потрошитель больше не давал о себе знать.
Прошли месяцы, Годы. Страсти поутихли, но люди помнили Кровавого Джека. Говорили, что он уплыл за океан, в Америку. Что он покончил жизнь самоубийством. О нем говорили, о нем писали. И пишут до сих пор. Гипотезы, трактаты, теории, версии. Но никому так и не удалось выяснить, кем был Потрошитель. Почему совершались убийства. Или почему они внезапно прекратились".
Сэр Гай молча смотрел на меня. Он явно ждал, когда я выскажу свои впечатления.
"Вы хороший рассказчик, "- отметил я. - "Правда, излишне эмоциональный".
"У меня хранятся все документы по делу, "- сказал сэр Гай. - "Я собрал известные факты и изучил их".
Я поднялся. Зевнул, изображая усталость. - "Что ж... Вы прекрасно развлекли меня своей маленькой вечерней сказкой, сэр Гай. Очень любезно с вашей стороны было отложить важные дела в Консульстве, чтобы навестить меня, бедного психиатра, и угостить забавной историей".
Как я и ожидал, мой насмешливый тон снова подхлестнул его.
"Вы не хотите узнать, почему я так заинтересовался этой забавной историей?"
"Хочу. Очень хочу. Действительно, почему?"
"Потому", - торжественно произнес он, - "потому, что я иду по следу Джека Потрошителя! И уверен, что он сейчас здесь - в Чикаго!"
Я резко сел. На этот раз он застал меня врасплох.
"Ну-ка, повторите", - пробормотал я.
"Джек Потрошитель жив, он находится в Чикаго, и я намерен найти его".
"Одну минуту", - сказал я. - "Одну минуту".
Он был серьезен. Это не шутка.
"Но послушайте, когда произошли все убийства?"
"С августа по ноябрь 1888 года".
"Тысяча восемьсот восемьдесят восьмого? Но если наш Джек тогда был несовершеннолетним, он все равно уже состарился и умер! Подумайте: даже если он родился в том году, ему сейчас стукнуло бы пятьдесят семь лет!"
"Так ли с ним все просто?" - улыбнулся сэр Гай. - "Или надо говорить "с ней?" Потому что это могла быть и женщина. Тут каждый волен предполагать, что угодно".
"Сэр Гай, "- объявил я. - "Вы правильно сделали, что обратились ко мне. Вы явно нуждаетесь в услугах психиатра".
"Может быть. Но ответьте мне, мистер Кармоди, я по-вашему похож на сумасшедшего?"
Я взглянул на него и пожал плечами. Однако деваться некуда, придется сказать правду.
"Если честно, нет".
"Тогда вы, возможно, пожелаете узнать, почему я так уверен в том, что Джек Потрошитель сейчас жив?"
"Возможно".
"Я изучал эти дела в течение тридцати лет. Побывал на месте преступлений. Говорил с официальными лицами. Встречался с жителями тех кварталов. С друзьями и близкими несчастных потаскушек, ставших жертвами убийцы. Собрал целую библиотеку сведений, имеющих хоть какое-то отношение к Потрошителю. Ознакомился со всеми дикими теориями и бредовыми идеями, существующими на сей счет.
Я кое-что выяснил. Немного, но все-таки выяснил. Не хочу утомлять вас долгим рассказом о том, к каким выводам пришел. Однако я вел поиски и в другом направлении, и это дало намного большие результаты. Я изучал нераскрытые преступления. Убийства.
Могу показать вам вырезки из газет крупнейших городов мира. Сан-Франциско. Шанхай. Калькутта. Омск. Париж. Берлин. Претория. Каир. Милан. Аделаида.
Всюду прослеживается явная закономерность. Нераскрытые убийства. Определенным образом нанесены удары, определенные части тела вырезаны. У женщин перерезано горло. Да, я проследил его путь, - кровавый путь. От Нью-Йорка на запад, через весь континент. Потом, до побережья Тихого океана. Оттуда - в Африку. Во время Первой мировой войны он был в Европе. Затем - в Южной Африке. Наконец, после 1930 года он снова в Соединенных Штатах. Восемьдесят семь аналогичных убийств! Для опытного криминалиста не составляет труда увидеть, что все они - дело рук Потрошителя.
Не так давно произошла серия преступлений, так называемые кливлендские расчленения. Помните? Жуткие убийства. И, наконец, совсем уж недавно, нашли два трупа здесь у вас, в Чикаго. Промежуток между последними убийствами шесть месяцев. Одно произошло в Южном Дерборне, второе - где-то в районе Халстеда. Тот же стиль, та же техника. Говорю вам, во всех этих делах присутствуют неоспоримые указания... Указания на то, что они - дело рук Потрошителя!"
Я улыбнулся.
"Очень крепкая, продуманная версия. Я не задам ни единого вопроса по поводу собранных вами доказательств, или ваших заключений. Вы - специалист в области криминалистики, и я не вправе усомниться в ваших выводах. Остается единственная неувязка. Пустяковый вопрос, но о нем стоит вспомнить".
"Что же это?" - осведомился сэр Гай.
"Объясните, как способен человек в возрасте, скажем, восьмидесяти пяти лет совершить такие преступления? Ведь если Потрошителю в 1888 году было около тридцати, и он до сих пор жив, сейчас ему никак не меньше восьмидесяти пяти".
Сэр Гай молчал. Я убедил его. Однако...
"А если он с тех пор не постарел?" - вполголоса произнес он.
"ЧТО?"
"Если мы предположим, что Потрошитель не постарел? Что он остается молодым до сих пор?"
"Ну хорошо, давайте предположим это", - произнес я спокойно. - "Только потом я вызову санитара со смирительной рубашкой для вас".
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
