жилья внаем также были задачей муниципалитета, так что ими занимался бургомистр.) В соответствии с этими результатами удовлетворенность горожан управленческой деятельностью бургомистра Конрада также постоянно росла.
(Кое-кто из читателей может задаться вопросом: как в подобной игре-симуляции можно изобразить такие психологические величины, как довольство жителей? Мы сделали это вот как: тщательно разделив население на группы, мы превратили отдельные аспекты жизни горожан – уровень жизни, жилье, перспективы рынка труда, преступность (в Лоххаузене было и такое, но, конечно же, в весьма небольших масштабах), досуговые мероприятия – в цифры: например, 1 – очень хорошо, 0 – очень плохо, и затем, взвесив значение отдельных параметров, сложили эти цифры. Сумму мы назвали «удовлетворенностью». На самом деле все это было несколько сложнее: когда определенные компоненты «удовлетворенности жизнью» падали ниже определенной границы, мы взвешивали их особенно тщательно, но не делали этого выше определенной границы. Однако нам не хотелось бы заострять внимание на мелких технических деталях. Понадобилось огромное число расчетов, чтобы получилось то, что наши испытуемые принимали за правдоподобную картину довольства жителей Лоххаузена.)
У жителей Лоххаузена было больше оснований для недовольства при бургомистре Маркусе. Как мы видим, при нем городской капитал постоянно уменьшался. Число безработных примерно через девять лет вышло за пределы выбранной нами системы координат. Число нуждающихся в жилье сильно возросло, а уровень производства на часовом заводе так же сильно снизился. Естественно, жители Лоххаузена были недовольны управленческой деятельностью бургомистра Маркуса.
Это два примера успешных и неуспешных испытуемых. Мы выявили среди участников эксперимента примерно одинаковое количество и тех, и других; конечно, были и переходные случаи.
В этой ситуации нас главным образом интересовали не столько успехи или неудачи, сколько лежащая в их основе психология: особенности мышления, принятия решений, планирования, построения гипотез – то есть особенности когнитивных процессов у наших испытуемых.
Если сопоставить особенности мышления и планирования у тех, кто добился успеха в эксперименте с Лоххаузеном, с особенностями тех, кто потерпел в нем неудачу, то между «Конрадами» и «Маркусами» можно заметить отчетливые различия. Рассмотрим теперь некоторые из них.
Рис. 10. Среднее количество принятых решений в течение одного сеанса игры у успешных (обозначены кружками) и неуспешных (обозначены квадратиками) испытуемых
Первым делом обнаруживается, что успешные испытуемые принимали больше решений, чем неуспешные. В общей сложности участникам эксперимента пришлось принимать решения в течение 8 сеансов игры. Рисунок 10 показывает, что количество принимаемых решений во время эксперимента росло, однако у успешных испытуемых оно увеличивалось больше, чему у неуспешных. То есть успешным испытуемым приходило в голову больше решений, и они придумывали больше возможностей повлиять на судьбу Лоххаузена.
Однако различие между испытуемыми состоит не только в частоте принятия решений. В такой системе, которую представляет собой этот городок – комплексной, многомерной, в которой тесно переплетены экономика, экология и политика, – как и в Таналанде, невозможно совершить лишь какое-то отдельно взятое действие. Каждое решение влияет на различные аспекты всей системы одновременно. К примеру, когда испытуемый поднимает ставку налога для определенной группы населения, он не просто получает больше денег в городскую казну. Скорее он вызывает недовольство людей; при определенных обстоятельствах их можно довести до того, что они станут присматривать себе другое место жительства, где финансовая нагрузка будет меньше. В результате подобных мер может даже оказаться, что денег в казну поступает меньше, чем прежде. Очень хорошо, когда у человека есть наглядный пример особенностей подобной среды: тогда он принимает меры и решения не только для реализации одной цели, но и обращает при этом внимание на многочисленные другие аспекты системы.
Рис. 11. Среднее количество принятых решений на один замысел у успешных (обозначены кружками) и неуспешных (обозначены квадратиками) испытуемых
Как видно на рисунке 11, успешные испытуемые понимали это лучше, чем неуспешные. Мы подсчитали, сколько намерений, целей и действий стояло за каждым принятым решением. Оказалось, что успешные испытуемые реализовывали значительно больше решений на каждый свой замысел. (К примеру, цель «Повышение доходов» можно реализовать только через решение «Увеличение числа рабочих мест» или через комбинацию решений «Организация новых рабочих мест», «Инвестиции в развитие продукта», «Реклама». В первом случае мы имеем по одному решению на замысел, в последнем – три!) Таким образом, успешные испытуемые действовали более комплексно. Каждый раз, принимая решение, они обращали внимание на различные аспекты всей системы, а не только на отдельно взятые параметры. Несомненно, такое поведение в целом предпочтительнее в сложных, многокомпонентных системах, чем поведение, при котором внимание изолированно обращается лишь на отдельно взятый аспект.
Рис. 12. Уровень занятости в сферах «Расширение производства» и «Досуг» у успешных (обозначены кружками) и неуспешных (обозначены квадратиками) испытуемых
Успешные и неуспешные испытуемые отличаются друг от друга и типом принимаемых решений. К примеру, на рисунке 12 можно увидеть, что неуспешные испытуемые поначалу принимали много решений в отношении досуговых мероприятий. Они очень медленно переходили к тому, чтобы посвящать время действительно важным аспектам жизни горожан – производству на часовом заводе, сбыту товаров, финансам и т. д. Успешные же испытуемые еще на ранних этапах распознавали, в чем заключаются настоящие проблемы Лоххаузена, и первым делом занимались именно ими.
Если подробно рассмотреть мыслительные процессы – именно это мы и делали при помощи сложного анализа «мыслей вслух», высказанных нашими испытуемыми, – то можно обнаружить еще бо́льшие различия между участниками эксперимента, которые хорошо справились с задачами Лоххаузена, и теми, кому это удалось не столь хорошо. Таким образом, выясняется, что успешные и неуспешные испытуемые не отличаются друг от друга (по крайней мере, в статистически значимой степени) в том, как часто во время сеансов игры они строили гипотезы о взаимосвязи различных переменных в Лоххаузене. К примеру, и успешные, и неуспешные испытуемые одинаково часто выдвигали гипотезы относительно того, какой эффект произведет рекламная кампания туризма в Лоххаузене. Различие между ними состояло в том, что успешные испытуемые часто подтверждали свои гипотезы, наводя справки, в то время как неуспешные испытуемые этого не делали. То есть неуспешные испытуемые в известной степени демонстрировали «баллистическое» поведение при построении гипотез: выдвигается гипотеза, и таким образом становится известной реальность; ни к чему проводить дополнительную проверку! Таким образом, испытуемые вместо гипотез создавали «истины».
Далее обнаружилось, что успешные испытуемые задавали больше вопросов «почему?» (в противоположность вопросам «существует ли?»), чем неуспешные. Таким образом, они в большей степени интересовались изначальными причинами событий и той сетью причинно-следственных связей, которая формально была основой жизни Лоххаузена. Неуспешные же испытуемые, напротив,
