— Просто хочу убедиться, что твой маленький протест завершен.
— Завершен?
— Не глупи, Элли! — воскликнул Александр. — Прогресс необходим даже на таком небольшом острове, как Лефкис. Иначе вы просто не сдвинетесь с мертвой точки. Ты ведь хочешь добра для острова, правда?
— Я не хочу… не желаю, чтобы ты решал за всех нас, как нам жить. Я не желаю, чтобы обычные жители Лефкиса страдали. Я не хочу, чтобы остров, который я знаю и люблю, стал маяком твоей башни из слоновой кости. Игрушкой для тебя, когда ты заскучаешь. — Элли шла, не глядя на Александра.
— А если мы последуем твоему плану, — Коста не отставал, — экономика острова придет в упадок. Молодые люди вынуждены будут уезжать в поисках работы, оставляя стариков бороться за свое существование. Ты этого хочешь, Элли? Элли! Не уходи! — Александр схватил девушку за плечи и развернул к себе. В ее глазах плескалась ярость. — Я не позволю такому случиться. Я обеспечу молодежь работой… — Говоря это, он понял, что будущее острова интересует его сейчас меньше всего. Его поражала Элли. Настоящий боец. Побольше бы ему таких преданных сотрудников.
Александр увлек ее подальше от посторонних глаз. Он смотрел на ее губы. Воздух словно наэлектризовался. Искушение стало непреодолимым.
Целовать Элли было как вернуться в тихую гавань после долгого путешествия. Поначалу она сопротивлялась — Александр ничего другого и не ожидал. Но потом девушка обняла его за шею и притянула ближе. Это был отчаянный, горячий поцелуй, движимый желанием и яростью. Александр отстранился, рискуя потерять контроль над собой.
Отвернувшись, он вытер губы рукой, отчаянно пытаясь стереть с себя ее вкус. Элли была свежа, молода и невинна. И он хотел ее.
— Это твой способ заставить меня замолчать?
Александр глядел на Элли. Она дрожала, но не от страха. А затем развернулась и побрела к побережью.
Александр смотрел ей вслед с облегчением. С Элли Мендорас покончено. Можно переключить внимание на что-нибудь другое. Дело не ждет. В его мире бизнес всегда стоял на первом месте.
Что я наделала? Элли трогала свои губы снова и снова. Она подошла к зеркалу и взглянула на них. Обвела контур большим пальцем. Они еще пылали от недавнего поцелуя с Александром.
Элли до сих пор дрожала, ее сердце готово было выпрыгнуть из груди. Она чувствовала неистовое возбуждение. Но что удивляло девушку еще больше, так это то, что ее потянуло к Александру. К мужчине. А он… сначала целовал ее страстно, а потом вдруг так резко отстранился, холодно глядя на нее, словно ничего не произошло. Ладно, ее поведение можно назвать безумием, но его эмоциональная неуравновешенность по сравнению с этим… Что с ним такое? Неужели деньги делают человека столь бесчувственным?
Элли отвернулась от зеркала. Хватит глупостей. Она подставила себя под удар, но наперед будет умнее. Она позволила Александру думать, что ее победить — просто. Что ж, его ждет разочарование.
На следующий день, прогуливаясь по пляжу, Александр снова увидел лодку Элли на прежнем месте. Сама хозяйка судна явно готовилась к выходу в море.
Он выбросил из головы все мысли о ней, блокировал воспоминания о ее вкусе и о том, как она стонала в его объятиях. Сейчас он чувствовал лишь злость, направленную по большей части на самого себя.
— Я думал, ты уже у другого причала.
— Жаль тебя разочаровывать, Александр. Я бы с удовольствием поболтала с тобой, — соврала Элли. — Но как видишь, мне нужно готовиться к туру. Последнему с этого причала.
— Надеюсь, все места раскуплены?
— Да.
Элли пошла прочь, не оглядываясь. Она была заметно напряжена, хотя и вздернула подбородок.
— Если твои туры так популярны, тебе не составит труда уговорить своих клиентов последовать за тобой в другую часть острова.
— Будем надеяться, ты прав.
Если бы взгляд мог убивать, он бы уже лежал замертво. Она играла с ним по его же правилам. Словно между ними никогда ничего не было, будто они даже не знакомы.
— Я думал, в тебе больше уверенности.
— Уверенности мне хватает, Александр. — Элли тряхнула головой и снова зашагала прочь.
Но он еще не закончил. Никто и никогда не отворачивался от него.
— На борту «Олимпуса» сегодня состоится вечеринка…
— Желаю хорошо повеселиться.
— Приходи.
Элли остановилась и повернулась к нему.
— Мне жаль, Александр, но я не могу. У меня сегодня большая программа.
Он сжал губы.
— Мероприятие продлится до утра. — Александр подошел ближе. — Я буду ждать тебя, Элли. — Их лица находились в опасной близости. Если ей нужна битва, она выбрала подходящего соперника.
Александр глядел, как она уходит вдоль побережья — гордая, страстная, манящая. Он подождет до вечера. И сделает еще одну попытку понять, почему прелестная Элли так невзлюбила его.
Глава четвертая
Все равно мне нечего надеть, сказала себе Элли, готовя лодку к выходу в море.
Нет есть, твердил внутренний голос. Можешь пойти хотя бы в том, что на тебе сейчас.
Дешевый хлопковый топ и шорты? Любая девушка знает, что это не то, что нужно для обеда на борту роскошной яхты, принадлежащей миллионеру. Да Элли и не собиралась к Александру на обед. Она еще не совсем лишилась рассудка.
Отказавшись от приглашения, Элли увидела в глазах Александра удивление. Он не ожидал отказа. Пусть знает, что не все можно купить за деньги. Элли снова и снова прокручивала в голове недавний поцелуй. Но в мыслях он не представлял опасности, потому что Александр в мечтах превращался во внимательного, доброго мужчину, а Элли, разумеется, была сама Мисс Чувственность, опытная и умелая.
Пора позабыть о глупых мечтах, твердо сказала себе Элли, оглядывая свое судно в последний раз.
Лодка сияла чистотой. Стол накрыт для легкого ланча. Паста со свежим томатным соусом и сыром. Домашний хлеб и хрустящий зеленый салат.
Успех тура превзошел все ожидания. Заказано десять мест, а это максимальное число пассажиров для такой лодки.
Элли посмотрела на предписание, которое доставил агент Александра. Сорок восемь часов на то, чтобы покинуть причал, у которого ее отец всегда пришвартовывал лодку.
Александр не собирался терять ни секунды. К счастью, ему предстоит еще урегулировать массу административных вопросов. И, возможно, за это время жители Лефкиса найдут в себе силы противостоять ему.
Губы Элли сжались в тонкую линию. Канал перекрыт цепью, преграждающей путь ее лодке. Что за наглость! Просто невероятно!
Девушка повернулась к своим пассажирам и извинилась, пояснив, что именно здесь они должны были бросить якорь и поесть. Это было любимое местечко Элли. Небольшая бухта, в которой даже дети могли поплавать, не опасаясь ничего. Но новая табличка гласила и на английском и на греческом языках, что вход в залив без специального разрешения запрещен. Не стоило труда догадаться, по чьему приказу был поставлен этот знак!
