Элли вдохнула и выдохнула несколько раз, стараясь не замечать своей реакции на присутствие Александра. Она пыталась сосредоточиться на гитарной музыке, звучащей где-то неподалеку, пыталась заставить сердце биться ровно, но оно не слушалось. Грудь под формой налилась и потяжелела. Все тело горело.
Это безумие. Она не могла спать с мужчинами, а тем более с Александром.
Пытаясь прийти в себя, девушка оглядела роскошную каюту. Комната была слабо освещена. Кожаные диваны кремового оттенка стояли напротив друг друга, разделенные персидским ковром. На низком столике между ними стояла ваза с цветами.
Но она здесь не для того, чтобы глазеть на роскошную обстановку!
— Ты хотя бы представляешь себе, что происходит в твоих водах, Александр? Или слишком занят удовольствиями?
— Ты имеешь в виду свой док? Посол приехал неожиданно. Большая честь для нас. Думаю, ты первая согласишься.
— Посол… — Элли нахмурилась. Каждый раз, когда у нее находились аргументы против Александра, тому удавалось выйти сухим из воды. — Но даже он должен знать, что не по правилам занимать чужой док.
— У посла есть определенные преимущества, Элли.
Ему нравилось, как она выглядит в форме официантки. Очень женственно и сексуально. Внезапно Александр потерял всякий интерес к разговору о лодках и доках. Ему нужна была твердая поверхность и несколько часов земных удовольствий.
— Я говорю о простом чувстве такта.
— Жизнь отнюдь не проста, Элли.
— Только не на Лефкисе. По крайней мере, так было до того, как ты купил остров.
Александр начал терять терпение. Да любая женщина на борту отдала бы что угодно за то, чтобы оказаться на месте Элли.
— Если ты пришла укорить меня в том, чего я не в силах изменить… — Александр пошел к двери, удивившись, когда Элли встала у него на пути.
— И не изменишь, да?
— Да! — рявкнул мужчина.
Элли отвернулась.
— Мне следовало ожидать, что тебя не заинтересуют мои слова.
— Тогда зачем ты здесь?
Она ответила не сразу:
— Потому что кто-то должен противостоять тебе.
— И этот кто-то — ты? Кто позволил тебе говорить за всех жителей острова, Элли?
— Старейшины. — Она повернулась к Александру. Щеки девушки пылали. — Старейшины попросили меня.
— Ты разве не поняла, что они передумали?
— Нет… Они просто боялись тебя обидеть…
— Уверена?
— Никто не смеет перечить тебе…
— Кроме тебя?
— Именно.
Напряжение в комнате достигло максимума. Воздух словно наэлектризовался. Элли раскраснелась. Форма необыкновенно шла ей, как и зачесанные назад волосы.
Александр давно потерял интерес к словесной перепалке. Он хотел заключить Элли в объятия. Он видел, что она возбуждена не меньше его. Он желал видеть, как ее глаза темнеют от страсти, как ее тело взывает к нему. Хотел вдыхать ее запах, пробовать ее на вкус. Но всему свое время.
— Мои люди должны были связаться с тобой по радио. У тебя ведь есть радио на борту? Если нет, Элли, это серьезное нарушение морского протокола.
— Оно сломалось. Но я взяла с собой мобильник.
— А если бы ты оказалась вне зоны действия сети, что тогда? Ты всегда подвергаешь жизни своих пассажиров такому риску?
— Никогда! Если кто-то и подверг их жизни опасности, то это ты!
— Я?
— Твои капитаны, охранники, все эти люди…
— Сегодня же почини радио, Элли.
— Я не…
— У меня нет больше времени на пустые разговоры. Ты была на собрании и видела, что старейшины выслушали мои планы и согласились со мной.
— Думаешь, твои гонки состоятся, даже если местные будут против?
— Считаешь, у них хватит смелости противостоять мне?
— Хватит! Я знаю.
— Гонки состоятся в срок.
— Ты хотя бы представляешь, во что это может вылиться? Меня пугает то, что ты собираешься сделать с островом.
— То есть тебя пугают перемены?
— Ты не думаешь о последствиях. Тебя волнует только прибыль…
— Когда я купил Лефкис, он был на грани банкротства. Никто не знал, как спасти его. Или ты забыла, что Деметрос Линдос присвоил все деньги себе? Я не такой, как он, Элли.
— Может, и нет. Но ты законченный эгоист, которому плевать на чужое мнение. Знаю, ты считаешь себя лучше всех нас, вместе взятых, но в тебе говорит разум, а не сердце, Александр.
Мужчина нахмурился.
— Мне нужно возвращаться к гостям, так что если это все…
— Нет, не все. Ты не можешь просто отослать меня.
Александр собирался сказать, что она ошибается, но его внимание снова привлек уродливый шрам у нее на щеке. Он в очередной раз спросил себя, кто мог это сделать. Ведь отметина появилась не случайно. Элли довела какого-то мужчину до такой ярости, что тот набросился на нее, как дикий зверь?
— Я не собираюсь отсылать тебя. Садись.
— Не говори со мной в таком тоне!
— Хорошо. Присаживайся, пожалуйста. Никто нас не побеспокоит. Мы одни. Если сядешь на диван, под столом увидишь кнопку. Как только почувствуешь себя неловко, нажми ее, и кто-нибудь немедленно придет…
Девушка с благодарностью посмотрела на Александра. Он увидел ее страх и сделал все, чтобы она почувствовала себя в безопасности.
Выслушав ее, Александр рассердился не на шутку. Очевидно, его люди рассказали ему не все. Их поведение было непростительно. Александр пообещал Элли во, всем разобраться. И напомнил, что новый док будет предоставлен ей бесплатно на весь год.
— Ты можешь начать получать прибыль с завтрашнего дня…
— Прибыль? Ты только о ней и думаешь, Александр?
— Нужно думать о прибыли, если хочешь, чтобы твой бизнес стал успешным…
Мужчина сел на диван рядом с Элли. Она не вздрогнула, и это уже хорошо. Он понял, что Элли все еще побаивается его, и старался не нарушать ее личного пространства, но все же она отодвинулась.
За ее напускной самоуверенностью скрывалось напуганное сердечко. Элли легко сломать. Возможно, легче, чем кого-то другого, внезапно осознал Александр. Но кто так сильно напугал ее?
— Если тебе понадобится помощь в составлении бизнес-плана…
— Я найму кого-нибудь.
Что он делает? Предлагает свои услуги в качестве бизнес-консультанта? Очевидно, Элли пострадала от мужчины. Александру не понравилась эта мысль. Он вообще не хотел думать, что девушка страдала. Только не Элли. Ее характер восхищал Александра.
— То есть ты не знал, что позволяют себе твои люди? — прервала она его размышления.
— Только наполовину.
Он смотрел на нее так, словно хотел проглотить целиком. Элли почувствовала, как все тело словно обдало огнем. Его губы расплылись в обольстительной улыбке.
