сукно, олово, свинец, кожу и резные изделия из алебастра, изготовлявшиеся в графстве Ноттингемшир.
Принадлежащий англичанам порт Кале на северо-западе Франции был главным рынком, где продавалась английская шерсть. Так называемая Складская торговая компания[6] добилась получения монополии, которая позволяла ей продавать ввозимую в Кале из Англии шерсть купцам со всей Европы. Мир и спокойствие в Кале были необычайно важны для торговых сословий, однако мир этот часто оказывался под угрозой во время Войны Алой и Белой розы, когда враждующие феодалы избирали Кале местом своего изгнания или, еще того хуже, рассматривали этот город как своего рода плацдарм для вторжения в Англию.
Многие купцы, особенно жившие в Лондоне, разбогатели на ввозе предметов роскоши из Средиземноморья, куда стекались дорогие товары из еще более удаленных уголков мира: пряности, лекарственные снадобья, бумага, восточные шелка, рукописи, доспехи, вина, хлопок, сахар, бархатные ткани и драгоценные камни. Много веков англичане импортировали вино из Бордо и Гаскони, и, к счастью, завершение Столетней войны и победа французов не прервали этой торговли и даже не слишком сильно на нее повлияли.
Фортескью придерживался мнения, что «простолюдины в этой стране едят слаще и одеваются лучше, чем где-либо». Крепостное право после эпидемии «черной смерти» стало отступать, а из-за недостатка рабочих рук крупные феодалы и другие землевладельцы теперь соглашались платить крестьянам, готовым обрабатывать их угодья. Усилия правительства, пытавшегося установить предельную оплату крестьянского труда, не возымели успеха, а спрос на наемный крестьянский труд по-прежнему оставался высок. У многих лордов освободились участки земли для сдачи внаем, поскольку барщину быстро сменяла аренда, а плата за арендуемые наделы была соблазнительно низкой.
С исчезновением крепостничества крестьяне получили бóльшую личную свободу и свободу передвижения, однако их участь нередко оказывалась печальной, особенно зимой, когда им угрожал голод и холод. Многие крестьяне жили в крохотных хижинах, состоявших из одной-двух горниц, с земляными полами, маленьким оконцем и всего несколькими предметами обстановки. Скот держали тут же, в доме. Многие влачили жалкое существование в нищете и зависели от милостыни, подаваемой церковью или богатыми мирянами.
Впрочем, не так много крестьян пострадало от нужды в результате сельскохозяйственной депрессии, которая продлилась с конца XIV до примерно шестидесятых годов XV века и сопровождалась передачей пахотных земель под пастбища для овец. Депрессия привела к падению арендной платы за землю и цен вообще, а значит, крестьянское сословие, труд которого был столь востребован, стало преуспевать, как никогда прежде. Многие фермы оказались заброшены, особенно на севере, и землю можно было купить дешево. Отличительной чертой этой эпохи стал добившийся всего сам крестьянин, сумевший выкупить свою землю и процветающий. Один подобный фермер из Уилтшира получил большие прибыли от изготовления шерстяного сукна и по завещанию оставил своим наследникам две тысячи фунтов, огромную сумму для того времени.
Крестьянин в среднем зарабатывал от 5 до 10 фунтов в год; в 1450 году батракам платили по 4 пенса в день, тогда как искусные ремесленники зарабатывали от 5 до 8 пенсов в день. Построить крестьянский дом можно было примерно за 3 фунта 4 шиллинга (3,2 фунта). Впрочем, продукты питания по сравнению с XIV веком подешевели в два раза; например, яйца стоили 5 пенсов за сотню, молоко или пиво – 1 пенс за галлон, деликатесы вроде красного вина – 10 пенсов за галлон, сахар – 1 шиллинг 6 пенсов (0,075 фунта) за фунт, а перец 2 шиллинга (0,1 фунта) за фунт.
Управление страной осуществлял королевский cовет, который заседал почти непрерывно и состоял из лордов светских и духовных, а также из способных людей не столь высокого происхождения. Король иногда председательствовал на совете, однако его присутствие не всегда требовалось для бесперебойного функционирования этого органа; впрочем, любые решения принимались от имени монарха.
Главное назначение совета заключалось в том, чтобы помогать королю формулировать политику государства и выполнять текущие задачи управления страной. Долгое несовершеннолетие Генриха VI повысило престиж и полномочия совета, как и могущество вельможных феодалов, надолго пробудив в них вкус к верховной власти, утолить который им будет нелегко.
Королевством управлял именно совет, а не парламент. Парламент не играл столь важной роли, хотя на протяжении XV века его полномочия непрерывно возрастали. Парламент включал в себя три сословия королевства: лордов духовных и светских, а также общины, представленные в парламенте рыцарями из графств, управляемых от имени короля, или гражданами из городов, имеющих самоуправление. Главными задачами парламента были введение налогов и рассмотрение ходатайств. Кроме того, парламент выполнял функции Верховного суда.
Король мог созывать и распускать парламент, как ему заблагорассудится, однако существовали случаи, когда он не имел права действовать без его одобрения. «Не заручившись поддержкой своего парламента, король не может вести войну, – писал Коммин. – Это весьма справедливое и похвальное установление, и короли, опираясь на парламенты, обретают силу и лишь выигрывают. Король объявляет о своих намерениях и просит помощи у подданных; он не может ввести никаких налогов в Англии, кроме как на военный поход во Францию или в Шотландию или на какое-либо сравнимое предприятие. Это они одобрят с большой охотой, особенно если речь пойдет о нападении на Францию!» А еще без согласия парламента нельзя было принимать новые законы. Впрочем, выборы в парламент нередко фальсифицировали, а вельможи, когда это могло затрагивать их собственные интересы, не стесняясь протаскивали туда множество лиц из своей свиты.
Парламент можно было созвать на заседание в любом месте королевства, но обыкновенно он заседал в чудесном Расписном покое Генриха III в Вестминстерском дворце. Иногда палата лордов собиралась в Белом покое или в Маркульфовом зале дворца, а палата общин – в Трапезной Вестминстерского аббатства.
Центром решений в аппарате управления страной выступал необычайно влиятельный королевский двор, состоявший из собственно двора и различных государственных департаментов, в числе каковых наиболее важными считались Суд лорда-канцлера, Казначейство, Личные покои монарха и Гардероб. Они несли ответственность за юридические, финансовые и административные аспекты управления, а также обеспечивали всем необходимым двор и удовлетворяли официальные и личные потребности короля и его семьи, вплоть до предоставления ему лошадей, одежды и еды. Следовательно, королевский двор был неким политическим «мозгом» страны, а придворные служащие пользовались огромным влиянием просто в силу своей близости к монаршей особе.
Столицей государства и главным местом пребывания правительства, конечно, был Лондон, в ту пору занимавший примерно одну квадратную милю к северу от реки Темзы и обнесенный стеной с семью воротами, которые запирались на ночь. Главные оборонительные сооружения города были сосредоточены в лондонском Тауэре – одновременно крепости, дворце и государственной
