чего все его мускулы напрягаются, и на чуть смуглой коже выступает привлекательная испарина.
Или, к примеру, он повар. Фартук на голое тело, он начиняет тушку курицы лимоном, и смотрит тебе прямо в глаза…
Тьфу ты. Кажется, кто-то слишком давно не видел голого мужского тела. В голове вместо фантазий одни начала роликов неприличного содержания…
— Ксения! Вы что, не слышите? — Я вздрогнула, нажимая на кнопку лифта, потому что реально не слышала, чтобы меня кто-то звал.
Сзади меня оказался Антон Никитич, с очень странным выражением лица. Я такого вообще никогда у него не видела.
— Вы что-то хотели? Простите, задумалась, видимо. — Мы вместе зашли в лифт, и он тут же за нами захлопнулся, отрезая от остальных, и оставив в кабине лишь вдвоём.
— Да уже не важно. — Поджал губы начальник. — Кто был этот мужчина, с которым вы разговаривали? Какой-то наш заказчик?
Я посмотрела на Антона Никитича, и мне, почему-то, стало так обидно, что он думал, что со мной могли говорить только по каким-то рабочим вопросам. Что я и сама не поняла, как вылетела эта маленькая ложь из моего рта.
— Представляете, пошла сегодня впервые на спортивное занятие…
— Правда? — Перебил он меня, даже не дослушав. — Ты молодец, я давно говорил, что ты красотка, надо только придать огранку такому алмазу, и получится настоящий бриллиант. Что за занятия?
После такой речи говорить про «здоровую спину» было как-то не очень.
— Да просто в зале, с тренером занимаюсь. Ну, знаете, фитнес там… тренажёры… люблю тяжести потягать.
— По тебе и не скажешь. А куда записалась? Мне бы тоже не мешало ходить куда-нибудь, я, конечно, и так в неплохой форме, но лучше поддерживать результат.
— Да там у дома моего почти, вам, наверное, неудобно будет. Вы же про парня вообще спрашивали. — Затараторила я. — Так вот, он увидел меня на занятии, и, представляете, проследил. Говорит, понравилась я ему, номерами обменялись. Не знаю ещё, правда, позвоню или нет…
Если честно, то мне хотелось добиться того, чтобы Антон Никитич хоть немного меня приревновал, и разглядел, наконец, кто работал прямо у него под носом. Мужчины же любят конкуренцию… Но он опять меня удивил.
— Я думаю, звонить не стоит. — Вот тут я почти обрадовалась, пока он не продолжил. — Извини, конечно, но он не похож был на мужчину, который западает на таких девушек, как ты.
Слова мамы просто эхом отразились в моей черепной коробке, а начальник продолжал закапывать мою самооценку куда-то поглубже.
— Так что ещё не известно, что там у него на уме. Вдруг, он серийный маньяк какой-нибудь? Или альфонс. Сходишь с ним разок на свидание, а он потом прикинется больным, и станет деньги из тебя тянуть…
Хорошо, что лифт открылся, так как мы приехали на наш этаж, и мне не пришлось выслушивать дальше, какие именно типы, по мнению Антона Никитича, могли мной заинтересоваться.
— Спасибо. Я поняла. Достаточно. Я пойду на своё рабочее место, а то работы куча, не до болтовни.
— Ксюш, а я так и не понял что-то, ты смету к начальству отнесёшь? — Свел брови на переносице Антон, и мне вдруг невыносимо захотелось придумать к его имени такую созвучную рифму.
— Нет. Я уже сказала: ваш косяк, вы и исправляйте. Я на себя это брать не буду.
Вообще, в целом, дальше рабочий день потёк абсолютно как обычно. Я даже успела немного прийти в себя после всех утренних передряг, и перестать думать о своей никчёмности.
Всё шло гладко ровно до того момента, как я зашла в женский туалет, и закрылась в одной из кабинок. Через полминуты после меня, в туалет зашли дамы из нашего отдела. Я узнала их по голосам. Они возвращались с обеда, а я, после всего, что мне наговорили сегодня, его решила пропустить, наверное, поэтому мы не пересеклись в коридоре.
— Ой, Людмила Ильинична, ну вы даёте! В четвёртый раз замуж — это не каждый решится…
Людмила Ильинична была нашим главным бухгалтером, ей было чуть за пятьдесят, и от её взгляда у меня всегда на спине выступала испарина, казалось, она могла одним взглядом просто убить.
И вот как она уже четвертый раз выходила замуж? А я даже до предложения ни разу не дошла…
— Да замуж сходить, Насть, дело нехитрое. Ты ж сама замужем, тебе ли не знать. Там сложнее удержаться.
— Получается, вы замуж выйдете, и у нас только Ксюша Пухляшенко в отделе останется холостая… Бухгалтерия нарасхват!
У меня аж дыхание спёрло. Они же говорили про меня, не зная, что я всё слышала!
— Ой, боюсь Ксюша у нас старой девой и останется… С её везением, да и внешностью… Это в нашем возрасте уже на внешность никто не смотрит, а когда молодые…
У меня задрожала губа, и я, совсем этого не желая, вдруг громко всхлипнула. Этот порыв в себе было держать уже тяжело.
— Ой, тут кто-то есть, что ли? Пойдёмте скорее, там, наверное, обеденный перерыв давно закончился… — Залепетала Настя, наша главная сплетница, а потом раздались удаляющиеся шаги, хлопнула дверь и всё стихло.
Я так и сидела в этом несчастном туалете, плача от жалости к себе. Ну почему все считали меня недостойной любви? Чем я была хуже других? Тем, что немного больше? Ну так что я могла с этим поделать?
Я достала телефон, и нашла номер Павла, который он мне сегодня дал.
Ксения: «Я решила. Хочу замуж.» — отправила я сообщение, пока не передумала.
Павел: «Кто это?» — чёрт, я даже не подумала, что он ещё не записал мой номер себе. Прочитав своё сообщение, как если бы оно пришло от незнакомого номера, я разочарованно прикрыла глаза. Ну, Ксюша, ну как всегда…
Ксения: «Это Ксения. Мы сегодня познакомились на занятиях, и вы попросили меня об услуге, и взамен предложили ответную. Так вот, я придумала, что я хочу взамен. Я хочу, чтобы вы помогли мне выйти замуж. Ну, или хотя бы, просто найти мужчину…»
8 глава
Прошло несколько дней с нашего разговора с Павлом. С тех пор не так уж много что поменялось.
Я всё ещё была пятьдесят второго размера, несмотря на то, что уже дважды сходила на групповые тренировки, но они, кажется, не были волшебной пилюлей, о которой я мечтала.
Антон Никитич в офисе по-прежнему меня не замечал, пока ему что-то не было от меня нужно. Но к нему, если честно, после произошедшего я стала относиться несколько спокойнее.
