забыл…
Он потёр глаза, обернулся и бросил быстрый взгляд в центр зала, стараясь, чтобы никто этого не заметил. Девушка с кувшином уже повернулась к нему спиной и медленно удалялась, изящно покачивая бёдрами. Её походка и стать вскружили бы голову любому. Но Хуа Чэн слишком сосредоточился то ли на собственных делах, то ли на Се Ляне и словно не замечал красоток вокруг – неудивительно, что он не обратил внимания на лицо девушки. А вот Се Лянь хорошо его рассмотрел.
Неужто под личиной чаровницы вино им только что поднёс… Ши Цинсюань? Он принял женский облик, чтобы проникнуть во Дворец невероятного наслаждения?
Се Лянь всё не мог оправиться после кокетливого взгляда, которым его одарил Повелитель Ветра. Он подумал: «Вот сейчас мне бы не помешало выпить, чтобы успокоиться…» Но его отвлёк Хуа Чэн:
– Надо же, я-то думал, что жизнь даоса вольна и весела. Зачем вам эта вера, если она налагает столько запретов?
Се Лянь тут же взял себя в руки и ответил как ни в чём не бывало:
– Зависит от направления… Некоторые не накладывают больших ограничений. Мой же путь велит отказаться от алкоголя и плотских утех. Допустим, немного вина выпить можно, а со вторым правилом всё строго.
Услышав про воздержание, Хуа Чэн чуть приподнял правую бровь. Судя по его лицу, он был не особо доволен услышанным – и даже будто раздосадован.
– Есть ещё кое-что, – продолжил Се Лянь. – Например, игорный дом – это место, где люди переживают сильнейшие чувства: радость, печаль, гнев. Такого нам тоже следует избегать. Но если ты можешь контролировать свои эмоции и никак не реагировать ни на проигрыш, ни на победу, то проблемы нет.
Услышав это, Хуа Чэн расхохотался:
– Теперь-то всё ясно, гэгэ, про тебя и игорные дома.
Так, походив немного вокруг да около, Се Лянь ненавязчиво подвёл беседу к интересующей теме.
– Кстати, Саньлан, – сказал он, – в азартных играх тебе поистине нет равных.
– Мне просто везёт, – отмахнулся Хуа Чэн.
Повисла пауза. Сам Се Лянь подобной удачей похвастаться не мог, и ему даже стало малость обидно.
– Мне вот что любопытно… Только не обманывай меня, Саньлан. Во время игры в кости ты прибегал к каким-то хитростям?
Как бы иначе он тогда, в игорном доме, выбрасывал раз за разом нужное число? Возможно, Посланник Убывающей Луны тоже знал некий фокус, позволивший ему с первой попытки выкинуть две шестёрки. Хуа Чэн лишь улыбнулся:
– Разве я стал бы тебя обманывать? Есть разные способы. Однако за день ими не овладеть, да и не каждому эта наука под силу.
Примерно такого ответа Се Лянь и ожидал, но Хуа Чэн добавил:
– Впрочем, я могу быстро научить тебя одному приёму. Гарантирую, с ним ты станешь непобедимым.
– Что за приём?
Хуа Чэн поднял правую ладонь. Вокруг среднего пальца была обмотана красная нить, завязанная с тыльной стороны ладони маленьким, но приметным бантиком.
– Дай руку, – сказал Хуа Чэн.
Се Лянь не понимал, зачем это нужно, и всё же без вопросов подчинился. От кожи Хуа Чэна не исходило живого тепла, но и ледяной она не была. Он взял руку принца в свою, сжал её на мгновение, а потом легко улыбнулся и достал пару игральных кубиков.
– Ну что, попробуешь?
Се Лянь бросил кости, повторяя при этом про себя: «Пусть выпадут шестёрки!» И сработало: кубики упали шестёрками вверх.
– Что это за фокус? – удивился он.
– По правде говоря, нет никакого фокуса. Я просто одолжил гэгэ немного удачи.
Се Лянь не поверил своим ушам:
– Ого, выходит, везением можно делиться так же, как духовной силой?
– Ну конечно, – кивнул Хуа Чэн. – Когда в следующий раз соберёшься с кем-то играть, обратись сначала ко мне, я дам тебе сколько потребуется. И можешь быть уверен: никто тебя не победит.
Забавы ради они сыграли ещё несколько десятков раз, и Се Лянь убедился в правдивости его слов. Когда он наконец утомился, хозяин велел увести Лан Ина, а затем лично прогулялся с принцем до его спальни.
Се Лянь проводил взглядом фигуру в красных одеждах, неспешно удаляющуюся по коридору, закрыл дверь, присел у стола и подпёр голову рукой. Чем внимательнее к нему был Хуа Чэн, тем больше Се Лянь стыдился: «Саньлан ведёт себя безукоризненно, и он так заботлив!.. Очень надеюсь, что он никак не замешан в этом деле. Как только разберусь, что тут творится, непременно ему во всём признаюсь и попрошу прощения!»
Его мысли прервал шум в коридоре. Принц услышал тихий голос: «Ваше высочество…» – и поспешил отворить двери.
В комнату шустро проскочил Ши Цинсюань – это действительно был он, в женском облике. На нем всё ещё красовался наряд прислужницы: соблазнительное, но не похабное полупрозрачное платье, стянутое поясом на талии. Оказавшись в комнате, небожитель тотчас превратился обратно в мужчину. Схватившись за грудь, он заныл:
– Чуть не задохнулся! Эта тряпка меня едва не придушила!
Се Лянь затворил дверь, а когда обернулся, увидел, как мужчина в откровенном фиолетовом платье катается по полу, отчаянно сражаясь с тугим лифом. Смотреть на это без смеха было решительно невозможно, и принц, прикрыв глаза рукой, попросил:
– Повелитель Ветра! Вы не могли бы облачиться в свои даосские одежды?
– Я что, дурак? – огрызнулся Цинсюань. – Разгуливать среди ночи в белом халате – меня тогда только слепой не заметит!
«Ну, знаешь ли… – подумал Се Лянь. – Сейчас от твоего вида слепой и прозреть может! Так ты привлекаешь к себе куда больше внимания…»
Он присел на корточки и спросил:
– Повелитель Ветра, как вы сюда проникли? Мы же вроде договорились, что встретимся через три дня?
– А что мне оставалось?! На улице я услышал, что вас доставили во Дворец невероятного наслаждения, в логово самого князя демонов! Одно название чего стоит. Я как издалека его увидел, сразу понял, что это какой-то притон, гнездо разврата! Жутко за вас переживал! Еле сюда пробрался. Да что ж мне так не везёт-то? Сначала какие-то дамы затащили процедуры для лица делать, теперь вот пришлось, потеряв всякий стыд, вырядиться служанкой. Никогда ещё мне не приходилось идти на такие жертвы!
«По-моему, ты не столько страдаешь, сколько наслаждаешься», – улыбнулся про себя Се Лянь. Но вслух поинтересовался:
– А как же его высочество Тайхуа? Неужели вы оставили его снаружи одного? Как бы опять чего не вышло!
Ши Цинсюань наконец-то разорвал на себе лиф и облегчённо выдохнул. Он полежал на полу без движения и ответил:
– Не волнуйтесь! На правах старшего я приказал ему сидеть тихо и не высовываться. Должно сработать. А вот вам, надо сказать, невероятно везёт!
– Мне? – удивился Се Лянь. – Это в чём?
– Сами посудите: мы с Цяньцю натерпелись от этих призраков по полной. Его подвесили всем на потеху, штаны чуть не стянули! Мы скитались по городу, как бездомные собаки, нигде не находя приюта.
